"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

За разговором мы прошли по длинному коридору, тонущему в мягком полумраке. Десятки дверей, сотни надписей, различные указатели всех форм и расцветок, и ни одного человека.
— Где все? — поинтересовался я, заметив столь странную особенность. — Кабинетов вроде много, а создается впечатление, что в здании только мы втроем.
— На площадке все, — кивнул ученый в сторону двери, рядом с которой находился электронный замок с панелью. — Тысячи параметров приходится отслеживать, чтобы вас, не приведи господь, не бросило посреди океана или, того хуже, замуровало в скалу. Военные в ту пору, когда сама дверь только испытывалась, с этим делом не церемонились и в качестве подопытных кроликов поставляли зэков, из уголовников и насильников. Десятка два погибло точно, могу ручаться, с полсотни навсегда остались калеками. Времена те, слава богам, я не застал, иначе бы не вынес обстановки. Теперь проще. Есть карты местности, географические привязки, величина импульса и угол, с которым идет волна. Попытаться сбить настройки может что угодно, от вдруг заработавшего сотового телефона до фазы луны, и операторы установки как раз и занимаются тем, чтоб путешественника не размазало по стенке.
Приложив руку к считывающему устройству и дождавшись подтверждения, ученый толкнул дверь.
— Пройдемте, господа, нас уже ждут.
Помещение, где находились врата, ведущие на далекую и загадочную планету, признаться, разочаровали. Нет, с точки зрения логики там было все в порядке. Стройные ряды пультов и мониторов опоясывали площадку, на которой, обвитой толстыми силовыми кабелями, стояла довольно скромного вида рамка. Именно рамка, изогнутый прут в палец толщиной, на небольшом постаменте, куда и уходила вся инфраструктура, обеспечивающая питание и контроль. Сами врата больше были похожи на гардеробную вешалку, чем на что-то грандиозное, а будничные лица операторов скорее походили на выражения лиц телефонистов, замученных и замордованных однообразной работой.
— Это и есть врата? — Зимин с недоверием во взгляде обошел «вешалку» по периметру.
— Да, — кивнул ученый. — Все гениальное просто. Основная начинка врат, обеспечивающая переброску, находится в пластине, к которой они прикреплены. Сама рамка — не более чем отметка. Механизм врат тщательно скопирован, и десятки умнейших голов трудятся над тем, чтобы понять суть работы устройства. Проект дублирования идет семимильными шагами, и вскоре, заявляю это не без гордости, мы сможем воспроизвести не такие мощные, но все же врата, позволяющие путешественнику переходить, скажем, из Москвы в Тверь или из Лондона в Алупку. Потрясающее открытие.
— Работы ведутся с участием всех зарубежных партнеров? — как бы невзначай поинтересовался я.
— Да, — не заметив подвоха, кивнул господин Берк. — Все иностранные партнеры, давние знакомые босса, приложили немало сил и средств, чтобы воплотить идею «Легкого путешествия» в жизнь. Это будет прорыв, сенсация. Можно будет отказаться от всех видов транспорта, включая те, что оснащены двигателями внутреннего сгорания. Расстояние более не будет иметь никакого смысла. Хочешь в Мюнхен? Ради бога! В Дрезден? Проще простого.
— А как с окупаемостью данного проекта? — ехидно поинтересовался я.
— Над этим тоже ведется работа, — пожал плечами ученый. — Не все сразу, господа, не все сразу.
— Знаешь, — шепнул мне Зимин на ухо, — меня вообще удивляет, как этот проект стал международным. Это с нашим-то существующим в ту пору строем.
— На кофейной гуще гадать не будем, — отмахнулся я от приятеля. — Зачем нам это. Мы торговые представители, будем продавать, покупать, делать прибыль. Остальное нас не касается.
— И то верно, — быстро согласился Славик.
Небольшое электронное табло над воротами зажглось, стремительно отсчитывая секунды.
— На табло указано стартовое время, — пояснил Николя. — Извольте убедиться, ровно десять минут. По истечении этого времени установка подаст энергию на управляющие контуры врат, тем самым открывая проход. Ваша задача просто пройти туда. Место переброски, благодаря усилиям наших ученых, почти статично, и колеблется в радиусе ста метров от точки расчета. С этим, к сожалению, пока ничего поделать нельзя. Следующее окно переброски окажется там же ровно через три месяца по земному времени.
 
— Время там тоже отличается? — печально вздохнул я. Сдаешь ты позиции, Дмитрий, раз о таких очевидных вещах не озаботился. Сначала язык, потом время… Что на очереди?
— В марланских сутках двадцать пять часов, — пояснил профессор, — посему асинхронность присутствует, и весьма ощутимая, но не волнуйтесь, это тоже учтено. На той стороне стоит таймер, оповещающий служителей, официальных представителей королевства о дне переброски, а они уже сообщают всем посвященным.
— За долю малую, — продолжил я за него.
— Да, — согласился Берк. — Все имеет свою цену. Вещи, дела, услуги. Оповещение о времени, когда открывается дверь, ценная услуга и неплохо оплачивается. В принципе, никому не возбраняется вести самостоятельный учет времени, но практика показывает, что проще полагаться на служителей. Они же, кстати, присматривают за площадкой на той стороне, обеспечивая чистоту и порядок. Это скорее услуга, чем необходимость. Каждый из путешественников может взять свой таймер, но не факт, что сможет вовремя добраться до точки отсчета, ну или, в конце концов, его могут просто не пустить туда стражники, королевская панцирная пехота, стоящая там лагерем.
— Ясно, — улыбнулся я. — Куда ни кинь, везде клин. Так сказать, навязываемые услуги, ну или коммерция с кулаками. Знаем, проходили.
— Ну, вот видите! — обрадовался ученый. — К тому же все расходы на содержание и оплату включены в бюджет и стоят для нас сущие гроши, так что причины для беспокойства нет и не будет.
— А что, если врата не откроются? — поинтересовался Славик. — Ну, сломается что или плутоний в реакторе закончится.
— Вся система находится под неусыпным контролем, — пустился как по написанному тараторить наш провожатый. — Каждая цепь проверяется не раз и не два, а накануне старта вообще идет ежесекундное наблюдение. Если вы боитесь, что Подольских со товарищи вдруг свернут дела на планете и позабудут позвать вас с собой, то вы глубоко ошибаетесь. Слишком много денег, слишком много влиятельных, да и просто опасных фигур на той стороне. Относитесь к двери как к автобусу. Если не пришел один, значит, скоро прибудет второй.
Цифры, стремительно сменяя друг друга, наконец, закончились, оставив на поверхности электронного табло простой ноль. Где-то что-то загудело, удары по клавишам клавиатур участились, кто-то закашлялся, и мир в рамке поплыл, будто кто-то неведомый потянул за ниточку, стежок за стежком распуская полотно реальности.
— И все? — хмыкнул я, наблюдая за появлением марева, больше похожего на то, что появляется над нагретым беспощадным летним солнцем асфальтом.
— Быстрее, — кивнул ученый на табло, которое принялось отсчитывать последние секунды нашего времени в привычном и вдруг до боли милом и родном мире. — Время пошло.
— С Богом. — Зимин подхватил стоящие рядом кофры и, шагнув в рамку… исчез.
Я обернулся, сглотнув слюну, окинул прощальным взглядом зал управления, вздохнул и, подхватив свой багаж, ринулся в марево. Ни болезненных ощущений, ни ощущений вообще испытать не получилось, что, наверное, к лучшему. Погружаясь в неизвестность, я плотно зажмурил глаза, а когда шагнул на другую сторону, понял: переброска удалась.
— Сволота, не могли предупредить, — стуча зубами и ежась от холода, Славик срочно расстегивал молнию сумки. — Минус пять как минимум.
Я огляделся, щурясь от яркого света. Что день был, понятно, но вот не лето точно, как ни посмотри. Последнее ощущение с легкостью подтверждали ледяной ветер и хлопья снега, то стремительно проносившиеся мимо, то стремящиеся попасть в рот и глаза.
Точка приземления представляла собой почти идеальный круг метров триста в диаметре, по периметру которого высился деревянный частокол. Верхние концы кольев были кем-то старательно заточены и облиты чем-то черным наподобие смолы. Кое-где на деревянных зубьях виднелись клочки одежды, очевидно, самых любопытных аборигенов. Небо над головой было обычное, зимнее, серо-голубое, солнце чуть больше нашего — вроде, но как профану в астрономии мне на это было наплевать. Есть на небе что-то яркое и круглое, ну и ладушки.