"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Сейчас броню подтянут, и попляшем. – Николай не обольщался победой. Пусть пока они выигрывали всухую, но много ли надо для изменения ситуации на прямо противоположную? Между прочим, калибр пушки на «Брэдли» – двадцать пять миллиметров. Вроде небольшой, но вполне достаточный, чтобы раздолбать здесь все. А уж «Абрамс» вообще зверюга. Да и в лоб его можно не взять даже навороченной гранатой. Но ведь и отходить раньше времени не хочется. С такими темпами можно вообще быстренько выкатиться из города.
– Может, мы уже всю повыбили? – осклабился Павел. Относительная легкость победы породила у молодого мужчины уверенность в дальнейших успехах. – Не одни же мы работаем!
– Брони у них пока хватает, – буркнул десантник. Он уже чувствовал себя ветераном. Так ведь не первый бой.
– А ты пессимист…
Но все оказалось иначе. Никто и не заметил, как противник занял один из пустующих домов и сразу повел огонь из окон второго этажа, да такой, что бойцы дружно постарались стать частью земли и камней.
– У них там пулемет! – повернулся Павел. – Щас так прижмут!
Пули действительно пролетали настолько густо, что заставить себя приподнять голову, выглянуть казалось немыслимым делом. Еще чудо, что никого пока не зацепило, только много ли надежд на чудеса? Подойдут под таким прикрытием вплотную, а дальше…
– Прикройте, а я их «Мухой»! – выдохнул Апостол, приводя в готовность одноразовый РПГ.
Привстать казалось самоубийством, так ведь и лежать – тоже не выход.
Загрохотал ПК Дениса, следом вразнобой ударили автоматы. Никто не целился, тут главное, чтобы противник тоже почувствовал себя неуютно, сбил прицел, был вынужден укрываться.
– Ну! – Павел оторвался от спасительной земли, привстал на колено. Труба гранатомета чуть шевельнулась, а затем выплюнула реактивный снаряд. Стремительный дымный росчерк завершил свой путь в одном из окон, и сразу же там полыхнуло так, что завидовать облюбовавшему чью-то покинутую квартиру пулеметчику явно не стоило.
Если бы все ограничивалось лишь пулеметчиками! Павел без звука завалился на спину. Брякнула выпавшая труба. Все буднично и просто. Кровь на груди, вздрагивающее тело…
– Пашка! – Случайно встреченный человек вдруг стал казаться родным.
– Я их достал… – выдохнул Апостол.
Каждый сам решает, что самое главное в последний момент.
Растерянное лицо Петра. Как ни готовься, но увидеть воочию смерть приятеля…
Неподалеку слабо хлопнула граната от подствольника.
– Худойбердыев, Матвеев! Хватайте тело, и на следующую позицию! Мы прикроем, а потом за вами.
Хорошо, пути отхода заранее намечены так, что с противоположной стороны их не видно. Разве что с какого-нибудь высокого здания, но вряд ли неприятелю после полученного урока захочется выглядывать из окон.
Словно подстегивая отход, вновь хлопнула граната. Ладно, пока толком не пристрелялись, сволочи, или же просто нервничают, больше палят для острастки.
Эх, обойти бы их с тыла да перестрелять в спины, откуда не ждут! Но как-то не по себе. Справа такая стрельба, что того и гляди напорешься на встречную группу не менее догадливых неприятелей. Воевать они умеют, даже если не шибко хотят. Хорошо, как сообщили в штабе, здесь у противника не спецназ, а обычные линейные части. С какой-нибудь спецурой потягаться бы вообще не удалось.
– Я Девятка. Мы уходим.
– Девятка! Вы что, еще там? – мгновенно послышался голос ротного. – Восьмерка давно оттянулась. Не медлите! Повторяю: не медлите! Будьте внимательней!
Блин! Как же он проворонил! Вот что значит, не привык пользоваться связью!
– Мужики! Отходим в темпе! По сторонам смотрите!
Он еще чуть выждал, проследив за выполнением команды. На то и командир, чтобы заботиться обо всех. Последняя, опустошающая магазин, очередь. Перезарядка. Автомат без патронов – бесполезная железяка. А теперь вперед! В смысле, назад.
Кусок двора пришлось преодолеть по-пластунски. Зато подальше стало возможным вскочить на ноги и припустить следом за отбегающими приятелями. Кто приятель на войне? Любой боец твоего подразделения. Раз уж делишь с ним патроны и еду, жизнь и смерть…
– Одну группу надо на Октябрьскую. – Александр старательно втыкал флажки в расстеленный на столе план города.
Эх, двадцать первый век давно на дворе, а все воюем по старинке! Зато нам к тому не привыкать, а каково противнику без привычной спутниковой связи? Они привыкли наворотами по дикарям. А чтобы вот так, грудь в грудь, да без поддержки ударной авиации, беспилотников и прочего – попробуй, выдержи! Сегодня вообще ничего не летает, видно, подействовало таинственное секретное оружие. Посмотрим, на чьей теперь улице «КамАЗ» с пряниками перевернется!
Но с поддержкой ли, нет, однако часть города неприятель уже занял и уверенно продвигается дальше. Ладно, не совсем уверенно, замирает едва не на каждом углу, теряет людей и технику, но все равно ведь движется и останавливаться пока не думает.
– Распоряжусь. – Комбат прикинул, какое подразделение ближе, и отдал по рации короткую команду.
Трудно распоряжаться вот так, вообще не видя боя, лишь сообразуясь с докладами подчиненных. А любой доклад грешит невольными неточностями, плюс обстановка меняется едва ли не ежеминутно. Да и подлинный ход боя возможно установить лишь по его прошествии. Если вообще возможно.
– Скоро резервов не останется, – вздохнул Фролов. – Один Громов да наша команда. Давят, гады!
– Зато артиллерия их бездействует. Заметил? Не иначе, взятые с собой снаряды на исходе, а какие-то взорваны.
– На себя намекаешь?
– Не один же я такой! На что спецназ и прочие партизаны? Налаженных линий снабжения нет, все с собой, а про удары по коммуникациям еще Денис Давыдов писал. На основании собственного опыта. Мы так, отвлекающий фактор. Чтобы не смылись раньше времени и сполна ощутили нелегкую долю несостоявшихся завоевателей. Экстремальный тур на бронетехнике по России. Похороны оплачивает пославшее государство.
Говорил, а сам рассматривал карту да прикидывал, что тут еще можно сделать. Лучший вид обороны – это наступление. Или хотя бы короткие удары в неожиданных местах.
И совсем вторым планом шли иные мысли. Может, в самом деле, отослать Серанцева подальше? Пусть вечный пацан самой лучшей девушке не пара, но кому о том судить? Карпов – сторона поневоле заинтересованная, пусть ни на что не рассчитывающая, но по-любому все равно предвзятая.
Только почему обязаны гибнуть лучшие, а нечто неопределенное – торчать в тылу? Сколько их полегло вчера, и переживет ли кто-нибудь сегодняшний день?
– Слушай, комбат. Возьму я пару бойцов да прогуляюсь на Крестовоздвиженскую. Чует мое сердце, жарковато там будет сейчас.
– Давай. – Раздумывал комбат недолго. – Только зря не рискуй.
– Какой риск? Мы дворами…
– Пригибайся, мать твою через тридцать три колена!
Уютную крышу пришлось покинуть. Потеряла она уют после того, как сразу две чужие БМП сосредоточенно стали расстреливать здание из автоматических пушек. А тут еще без малого отделение пехотинцев стало потихоньку подбираться справа с явным намерением пошерстить бесхозное строение. Двоим из них пришлось навсегда распрощаться с любыми надеждами и намерениями, но для чего существует связь? Кто-то где-то уже указывает позицию снайпера, и другие группы наверняка спешат к вожделенной цели.
Главное в нашем деле – вовремя смыться, перейдя туда, где тебя не ждут.
Снаряды долбили не только по обрезу крыши, но и по стенам и окнам. Дом был старым, ветхим, и пусть не рушился целиком, однако куски бетона и штукатурки разлетались наравне с осколками и ежесекундно грозили не убить, так ранить.
– Сюда! – Комаров потянул парня в угловую квартиру. Пусть формально двери подъездов выходили в безопасный двор, но мало ли что? Рисковать снайпер не собирался.
Неприятно хрустнули под ногами вылетевшие еще вчера стекла. Но оно и на руку. Нет необходимости открывать окна. Как перед тем – распахнутые настежь во время бегства двери.