"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Угораздило вляпаться, теперь поневоле надо выжидать удобного момента. И рвать когти не в просто большой город, а непременно в Москву. В ней затеряться легче посреди многочисленных знакомых. Взять Динку и махнуть с нею на ее же дачу. А что? Уж в дачном поселке искать точно не будут. Волосы не обрили, в горячке и сумятице было не до того, переодеться – никто и не скажет, что буквально на днях был солдатом.
По большому счету, искать непосредственно Серанцева вообще не должны. Куча народу погибла, где уж их знать пофамильно? Опять-таки призывали не конкретных людей по спискам, а просто хватали всех, кто подвернулся под руку. Нашествие угрожало этому городу, вот и власти проявили инициативу. В столице наверняка поспокойнее. Или всякие эксцессы по крайней мере не носят фатального масштаба.
Только добраться туда как?
Никакого покоя в Москве тоже не было. Мобилизация в столице не носила столь массовый характер. Вполне возможно, лишь потому, что на такую ораву призывников элементарно не хватило бы оружия и обмундирования. Не советские же времена, когда едва не у каждого мужчины в военный билет было вклеено, куда ему надлежит явиться в течение двух часов, а в качестве запасного варианта – в течение суток, а уж припасено было всякого и разного на несколько лет самой большой войны – от нового и до откровенного старья. Но когда это было?
Новые веяния покончили со старой практикой. Многое осталось в иных государствах, некогда бывших частью целого, многое утилизировалось, многое разворовывалось, многое пришло в окончательную негодность, а на его место фактически ничего так и не поступило. Теперь даже речи не шло об огромной армии. Так ведь и войны, если подходить с официальной точки зрения, не было. Довольно ограниченный контингент чужой державы вместо транзита по территории двинулся восстанавливать демократию, а что об этом никто не просил, кроме откровенных отщепенцев, – разве такие вещи нуждаются в просьбах? Да и кого при демократии интересует мнение простого народа? Все должно быть единообразно и предельно толерантно.
В иных обстоятельствах все могло пойти по уже много раз апробированному сценарию. Точечные удары по стратегическим объектам, массированная атака СМИ, пятая колонна и в верхних эшелонах власти, и в одураченных низах. Только авиация большей частью оказалась задействована на юге, и контингент лишился своего главного преимущества. После уничтожения ряда спутников и массированных хакерских атак с самых разных сторон Интернет едва дышал, не позволяя доводить до нужных групп правдивую информацию, а сами группы вдруг испугались, затаились в ожидании лучших времен. Вдобавок неожиданно стал рушиться новый миропорядок. Причем не здесь, здесь было бы половиной беды, нет, в странах, которые являлись его оплотом. Теракт в Кельне с применением ядерного заряда был страшен по количеству жертв, однако не менее страшным оказался последовавший за ним хаос. По сути, в цивилизованных землях началось то, что в предыдущие годы происходило на арабском Востоке, – гражданская война, благо повсюду хватало приверженцев ислама, не всегда хорошо организованных, зато исполненных отваги и энергии. Того, чего давно не хватало европейцам.
А тут еще Китай, смотревший на происходящее весьма неодобрительно.
Своя рубашка ближе к телу, и правительства больших и мелких стран отчаянно пытались удержаться на плаву, применяли какие-то запоздалые меры, уже не обращая внимания на проблемы соседей. А тут еще неизбежный в подобных обстоятельствах крах финансовой системы, коллапс промышленности, проблемы с продовольствием и товарами первой необходимости. Там, где их, собственно, давно не было.
С некоторых сторон Москва оказалась в более выигрышном положении, чем столицы иных стран. Недавняя революция после кратковременного периода либеральщины заставила новые власти всерьез заняться укреплением правопорядка, и теперь на улицах было сравнительно спокойно. А уж вслед за приказом о мобилизации вновь вернулся комендантский час, и даже самые оголтелые приверженцы свобод не имели ничего против некоторых ограничений.
 
Гораздо трагичнее для многих было то, что деловая жизнь почти замерла. Всякий офисный планктон слонялся без дела, а ведь в перспективе маячило гораздо более страшное – массовые сокращения сотрудников. И никуда от этого было не деться. Раз уж во всем мире такое, то куда нам, сиволапым?
Кое-кто ждал прихода чужих, но больше по старой памяти, как неких людей, которые живут заведомо лучше и могут и здесь поднять уровень жизни. Но только в свете последних событий и европейского бардака даже у ждущих закрадывались сомнения: если все так плохо ТАМ, то будет ли лучше после их победы? Может, наоборот? А события развивались стремительно, не давая времени на раздумья и уж тем более на действия. Те, кто ждал, помалкивали, и это обеспечивало сравнительное спокойствие тыла.
Невольно ждали бомбежек, ракетных ударов, косились в небо, многие наиболее предусмотрительные торопливо линяли на дачи или к родственникам в провинцию, если успевали убежать до получения повесток. Женщинам-то было полегче. Вот и говори после этого о полном равенстве.
Призыв же в столице был цивилизованным, по повесткам, с учетом предыдущих воинских специальностей. Брали и не служивших, подпадавших под Указ по возрасту, и все-таки у них был шанс, что враг сюда не дойдет и служба ограничится лихорадочной учебой и всякими нервотрепками.
Может быть. Но на войне всегда избыток сослагательного наклонения…
Офицерам было намного хуже. Они несли ответственность за бойцов, и все зависело от их дальнейшего решения.
– Связь нужна. Хотя бы узнать, что вокруг творится, – в очередной раз посетовал ротный.
– Звиняйте, хлопци, бананов нема, – отозвался Александр фразой из какого-то позабытого анекдота.
– Нема-то, нема, а нам что делать?
Капитан привычно хотел ляпнуть, мол, приказ выполнять, однако как раз приказа не имелось.
– Наших искать, – вставил Сурен. На правах старшины он тоже присутствовал на совещании. – Иначе…
– В принципе, можно и не наших. Но без связи все равно любая диверсия… – махнул рукой Александр. – Ладно. По-любому надо заглянуть хоть в какой-то населенный пункт и хоть там прояснить обстановку. Мобильники не действуют, спутники сбиты, сложная электроника большей частью накрылась, но вдруг найдем обычный телефон? Этакое древнее проводное детище Эдисона. Позвоним ноль-три, вызовем полицию, и пусть она закроет этих миротворцев к либерасовой матери. Хоть где-то проводная связь еще функционирует.
– Тогда попробуем выйти к Малышевке, – склонился над картой ротный. – Она ближе всех. Каких-то четверть часа, если не шибко спешить. И от магистрали в стороне.
Основной дороги поневоле сторонились. Не те силы, чтобы нарываться на серьезный бой. Погибнешь без всякой пользы в течение минут. Может, даже без наземного боя – заметят с беспилотника да обрушат несколько залпов. Много ли надо?
Дались эти беспилотники! Раз не летают, наверняка ведь и их электроника приказала долго жить. Иначе наверняка заметили бы хоть одну непернатую и неживую птичку. И все равно, думается. Обжегшись на молоке…
Александр чувствовал себя смертельно усталым. Годы, чтоб им пусто было! Нагрузка воспринимается иначе. Где ты, молодость, с ее прогулками по чужим горам? Выдерживал же тогда, не жаловался! Зато здесь – на своей земле, и деваться с той земли некуда.
Надо держаться, демонстрировать бодрость, тем паче, солдатики выглядят ничуть не лучше. Даром что молодые! Не привыкли к подобным нагрузкам, а тут еще изматывающая души неопределенность…
– А если к магистрали? – предложил Сурен. – Должны ведь наши ее удерживать!
– Должны-то должны… – протянул Александр, – да только где? Набросают в промежутках мин, сами на них подорвемся. Помните сапера? Этого, как его, Минакова? Думаете, один он такой? Я за Малышевку. Хоть раненых там оставим. Или договоримся, чтобы их вывезли. Должны же в деревне иметься какие-то машины! А то и фельдшер. Как и дороги в райцентры, еще куда.