"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Ты это, Олежка, брось, – перебил его Сергей, проглотив свою порцию в один мах и плотоядно глянув на заветную бутылку. – Двадцать первый говоришь? А в две тысячи третьем, помнишь? Тоже все трындели: не полезут, мол, это, пиндосы на Ирак. Ха! Мы тогда как раз в Дубай поперлись с Нюркой. Кости парить и вообще… Помнишь, Нюр? – толкнул он локтем миниатюрную крашеную блондинку лет сорока, сидящую рядом. – Номер с видом на авианосец! Помнишь?
Крупный, громогласный, красный, как рак, от загара и от горячительного, он мог бы служить иллюстрацией к энциклопедической статье «Браток», рискни вставить таковую какой-нибудь составитель в свой труд. Дежурная золотая цепь в палец толщиной на шее, наколка «ДМБ-88» и седоватый ежик над низким лбом даже казались перебором – настолько типична была внешность выходца из «веселых девяностых».
– Сереж, закусывай, – напряженно улыбаясь, шепнула ему супруга, суетливо отгребая остывший картофель фри из лобби-бара со своей бумажной тарелки на его блюдо.
– Нет, ты помнишь?
– Египетская армия безнадежно устарела, – Олег так и не прикоснулся к выпивке, используя бокал в качестве дирижерской палочки. – Израиль разнесет ее в пух и прах, в прах и пух в течение нескольких дней…
– Дней? – удивилась Викина подруга Татьяна, льнувшая к своему соседу – сумрачному прыщеватому юнцу с сальными волосами, стянутыми в хвостик на затылке – вроде бы какому-то некрупному шоумену из Питера. – Так быстро?
– Вы, вероятно, не помните, милочка, ведь не помните, – снисходительно улыбнулся оратор. – Шестидневную войну шестьдесят седьмого года.
«Да и ты не помнишь, – неприязненно подумал Игорь. – Если и родился, то под стол пешком ходил, наверное… Стратег».
– Шестидневную?
– Ну да. Израильтяне тогда разбили объединенные армии Сирии и Египта за шесть дней. Египта и Сирии. Объединенные, заметьте. За шесть дней. Наголову. На два фронта, заметьте, на два фронта. Даже Германия не смогла выстоять в подобной ситуации!
– А семьдесят третий? – досадливо отмахнулся Сергей от супруги, словно от мухи-надоеды.
– Война судного дня?
– Судного не судного, а твоему Израилю мы, это, тогда здорово наваляли! Братан у меня старший тогда в Египте служил.
– Сережа!
– Ну, двоюродный, двоюродный! Знаешь, чего порассказывал?
– Во-первых, – поморщился Олег, поправляя очки, хотя в том не было никакой нужды. – Израиль такой же мой, как ваш, ваш, как мой. Я гражданин России, между прочим…
– Знаем мы ваше гражданство! – хмыкнул изрядно окосевший уже браток. – Ваш адрес не дом и не улица… – фальшиво пропел он.
– Я бы попросил… – начал бизнесмен, но тут молчаливый толстячок Миша, только улыбавшийся всем, но никогда не споривший, кивнул куда-то за спины собравшихся:
– Гляньте-ка! А это еще что за типаж?
Все разом обернулись. Никаких вопросов, к кому именно относилось восклицание, не потребовалось. Неподалеку от уютно устроившейся компании не спеша проходил сухощавый жилистый мужчина неопределенно-среднего возраста. Стриженные ежиком волосы, спокойное, выдающее скрытую силу лицо с небольшим шрамиком на щеке, еще один шрам, гораздо более глубокий, выделялся на левом плече, под мышкой – полосатое полотенце… Вроде ничего сверхъестественного, и в то же время мужчина чем-то выделялся среди прочих отдыхающих.
– Вояка какой-нибудь, – высказал общее мнение Олег, когда «жилистый» удалился на определенное расстояние и уже не мог его слышать. – На бандюгана не похож. Да и на мента тоже. Вон шрамов сколько. По-моему, он вчера только прилетел. Если не ошибаюсь.
Интерес угас так же быстро, как появился, и лишь один Сергей внимательно смотрел мужчине вслед.
– Ты что? – спросила его супруга.
– Так, ничего, – Сергей наконец отвел взгляд. – На ротного моего похож, Михалыча. Вылитый. Боевой мужик был. Жаль, перевели его потом от нас. А может, и не он. Столько лет, это, прошло! Даже не знаю, что с ним? Или погиб, или в чины вышел, – а после некоторой паузы добавил: – Или не вышел. Он ведь, это, с начальством вечно на ножах был. Прогибаться не любил. Настоящий офицер.
Как многие служившие, Сергей любил порою с определенной ностальгией вспомнить прошедшие «в сапогах» годы. Только ни Олег, ни Миша, ни Игорь с шоуменом к армии явно никогда отношения не имели, и тема угасла сама собой.
– А сколько времени? – спохватилась Татьяна. – Вика! Собирайся, пойдем. Нам полчаса до отправки осталось!
– Тань, – надула губки Вика. – Не полчаса, а почти час. Давай посидим еще! Все равно вещи уже на ресепшене.
– Не знаю, как тебе, – решительно поднялась шатенка Таня на ноги. – А мне еще кое-какие дела нужно сделать. Тебе, – она многозначительно посмотрела на подругу, – думаю, тоже.
– Ага… – Вика грустно поглядела на Игоря. – До свидания, ребята.
– Я тебя провожу, – тоже встал было Корнеев, но девушка почти насильно усадила его на место.
– Не надо, Игорь! – Она сунула что-то в нагрудный карман его рубашки. – Я тут телефон записала. Звони.
– Правильно, – одобрила Татьяна. – Долгие проводы – лишние слезы!
Вика порывисто отвернулась, и Игорь готов был поклясться, что в глазах ее действительно блеснули слезинки…
– А на посошок? – запоздало вскинулся Сергей, но жена ткнула его маленьким крепким кулачком в бок.
– Я тебе дам посошок!
Девушки шли очень быстро, едва не бежали, и вскоре почти догнали неспешно идущего Вояку. Игорь смотрел им вслед и потому обратил внимание еще на одного персонажа из отдыхающих.
– Смотрите, как чечен на него вызверился! – усмехнулся он. – Ай зарэжет!
Чеченец, скорее всего один из «новых чеченцев» – грозненских бизнесменов новой волны, действительно смотрел на проходившего мимо мужчину волком, а его спутница – молодая худощавая брюнетка в глухом, под горло, черном купальнике и платке на волосах – просто отвернулась.
Вообще-то коротко стриженного русоволосого коренастого парня можно было бы легко принять за русского – ничего в нем не было от типичного кавказца, образ которого возникает в сознании при этом слове. Если бы не мешковатый спортивный костюм и тюбетейка а-ля Рамзан Кадыров, с которыми горец не расставался везде, кроме пляжа, и ледяное презрение ко всем без исключения. К шумным непоседливым соотечественникам-россиянам, ленивым, больше похожим на домашних животных, европейцам, суетливым египтянам-единоверцам… «Небритый демон, дух презренья», – смеялась Вика, вольно цитируя классика, при виде этого сумрачного типа, действительно умудряющегося сохранять недельную щетину на щеках в неизменном состоянии. Как его далекий кумир.
Но если всех вокруг молодой чеченец просто презирал, то «вояку» он явно возненавидел. С первого взгляда. И, должно быть, не без причины… Его взгляд, наверное, мог бы прожечь дыру в жилистой спине, если бы был чуть-чуть материальнее.
Впрочем, Вояка продолжал идти прежней неторопливой походкой, явно не обращая внимания на лютый взгляд горца. Как перед тем не отреагировал на мимолетный интерес собравшейся компании.
– Пап, пап! Что это? – подбежал к Олегу его семилетний сынишка Марик, игравший с другими детишками у кромки воды.
Со стороны моря опять приближался рев самолетных двигателей, но рассмотреть все в подробностях мешали зонты от солнца, густо понатыканные на пляже. По тому, как всполошились другие отдыхающие, это был не просто очередной аэробус или «Боинг», идущий на посадку.
– Что за… – начал было Сергей, но тут, так низко, что от шума двигателей заложило уши у всех без исключения, над головами промчалась тройка самолетов совсем не мирных, а очень даже хищных очертаний.
Игорь, так же, как все, вскочивший с места, не замечая, что комкает в кулаке пластиковый стаканчик с так и недопитым виски, смотрел на проносящиеся и проносящиеся над пляжем, как на небывалом параде, звенья истребителей песчано-пятнистой раскраски.
А потом из-за крыш отеля поднялись в небо дымные столбы и донесся подавляющий все остальные звуки гул…