"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Мне кажется, арапахо скрывают проблемы с соседями, – без обиняков заявил Лука.
– С какими?
– С восточными, – русским Лука владел не просто в совершенстве, он давно освоил письмо, знал кое-что из наук. Последние не слишком хорошо, но вполне достаточно для обычного казачьего офицера.
– Разумеется, проблемы есть, – согласился Николай Николаевич. – Иначе с чего бы им искать союза с нами?
Лука покачал головой. Жест, перенятый им у жителей Мексики.
– Не то. Все серьезнее. Арапахо явно ждут мести со стороны «синих курток». Что-то произошло в прерии. Не знаю пока, что?
– Какая-то стычка? – насторожился Муравьев. И сам же ответил себе: – Но сколько тех стычек происходит на Великих Равнинах! Да и не только на них! Из-за небольшой схватки посылать карательную экспедицию никто не будет. Допустим, погибло здесь несколько торговцев. Насколько знаю, никому до них особого дела нет.
– Может, стычка была серьезной? – предположил Соколов.
– Ты вообще уверен, будто наши новые союзники ждут карателей? Или так, одни предположения?
– Уверен. Арапахо ждут появления «синих курток». Не сейчас, но скоро. Может, через месяц. Или через два. Почему – не знаю.
– Но тогда откуда сии сведения? Что-то услышал? Какой-то разговор? Намеки? – у полковника не имелось оснований не доверять переводчику.
Не зря к Луке прислушивался сам Резанов. Хотя вроде простой есаул – и едва не всесильный Наместник огромного края. Но авторитет у казака в вопросах местных племен был настолько велик, что ему неоднократно предлагали перейти в штатскую службу и официально занять пост советника по индейским делам. Однако тут все упиралось в психологию. С точки зрения индейцев, казак был человеком почти вольным, главное же – воином. А уж выходить из воинского сословия, пока не стар, – это же позор.
Соколов чуть помолчал, а затем ответил одним словом:
– Чувствую.
В голосе переводчика прозвучала такая убежденность, что больше Муравьев ничего не спрашивал. Раз сказано, именно таким образом обстоят дела на самом деле.
  
Часть третья
   
Глава тринадцатая
 
Великие Равнины. Большая Охота
Стадо было огромным. Оно заполняло собой едва не все видимое пространство, и, казалось, прерия колыхалась, шевелилась вместе с крупными тушами бизонов.
Индейцы остановились чуть в отдалении. Добычи было столько – только успевай ее брать.
Разумеется, все не так просто. Бизон – зверь опасный. Особенно – в таком скопище. Можно с легкостью из охотника превратиться в дичь. Затопчут, как иногда случалось с людьми неловкими. Достаточно совершить одну оплошность, вылететь из седла, а то и просто рухнуть с конем – и стадо промчится, даже не заметив, что на пути кто-то был. Втопчут в землю, и останется от неудачника лишь липкое месиво. Пешему вообще делать против бизонов нечего. Если звери вдруг начинают бег, остановить их практически невозможно. Как невозможно успеть убраться с их дороги, когда на тебя движется сплошной фронт могучих и совершенно неуправляемых животных.
Собравшиеся команчи были умелыми, ловкими. С конями они словно составляли единое целое. Конечно, удача и духи могут отвернуться от любого, но воину ли бояться опасности? Охота, помимо прочего, еще и способ продемонстрировать все свои лучшие качества. Готовность к риску – тоже.
Черный Медведь был счастлив. После набега на бледнолицых количество его ку возросло многократно. Теперь у него даже было собственное ружье, длинноствольное, мощное, гораздо мощнее любого лука. Можно было с полным основанием вступать в брак. Пусть Тростиночка по-прежнему не слишком смотрит в его сторону, но сможет ли она устоять, когда молодой и уже славный воин посватается к ней на полном серьезе и придется сказать твердое «да» или «нет»?
Вот только еще надо проявить себя на Большой Охоте. Раньше Медведь ни в чем не уступал в славном деле почти никому и был уверен: и сейчас все будет хорошо. Чувствовал он себя отлично, тело слушалось, глаза видели цель, руки были тверды, сердце билось, а что еще надо охотнику?
 
Ружье Медведь оставил дома. Стрелы все помечены, сразу будет видно, кто именно из воинов поразил цель. Как иначе подчеркнуть свою удаль?
Пороха тоже было немного, и тратить его без крайней необходимости не хотелось. Торговцы этим летом до стойбищ команчей не добредали, взять ценный припас было негде. Имелась идея – пойти в поход на ближайших соседей. У тех с огнестрельным оружием, а следовательно, и с припасами, дело обстояло получше. Но все это – уже после Большой Охоты. Прежде обеспечить племя запасом мяса, и лишь затем думать об иных вещах.
Надо пользоваться временем, когда травы вокруг столько, что бизоны собираются в огромные стада, и их даже не надо долго выслеживать.
Бизон ведь не только мясо. Это еще прочная шкура, из которой женщины шьют одежду и обувь. Она же идет на типи, на седла и вообще годна едва не для всего.
Не одни команчи – все многочисленные народы Великих Равнин заняты сейчас тем же делом. Куда ни направься, повсюду охотники выходят на тропу, собранные, спокойные, действующие словно единый организм. Иначе нельзя.
Но вряд ли кто путешествует в такое время. Некогда и не ко времени. Равнины, на которых нет ни войны и ни мира, становятся сравнительно безопасными. Да только некогда пускаться в путь, когда полно добычи. Потом, все потом…
Пора! Орел сделал знак, и воины дружно направились к стаду. Они ехали не густой толпой, а длинной вереницей. Чуть не след в след, так что, стоит посмотреть спереди, и не скажешь, сколько человек движется за вождем.
Коней специально не гнали, чтобы не спугнуть раньше времени гигантских, неторопливо пережевывающих траву животных.
Те косились на людей, даже потихоньку переместились сами, скрыв в толпе молодняк и самок, но больше ничем не проявили беспокойства. Они казались себе могучими и сильными. Даже врагов в прериях для них фактически не было. Если не считать самого страшного существа на земле – человека. Тем более – человека на лошади.
Вблизи стадо оказалось еще больше. Оно заполнило собой всю равнину с одной стороны, и создавалось впечатление, будто море животных тянется до самого горизонта и уходит далеко за него.
Лишь теперь бизоны встревожились. Пока не слишком сильно, однако по стаду словно прошла волна. Если бы звери обладали умом, им достаточно было бы всей гигантской толпой просто помчаться на индейцев. Смяли бы, без малейших сомнений. Разве что, кто-то успел бы ускакать в сторону с пути всесокрушающего живого вала.
Но ума не было.
Вблизи команчи подтолкнули коней, вынудили их идти быстрее. Легкая рысь сменилась быстрой, та – галопом. Крайние животные попытались податься назад, но там была целая стена их собратьев. Находившиеся в глубине просто не видели опасности, стояли на месте, и сдвинуть их, заставить отойти было не так просто.
Но вот тревога неведомым образом передалась вглубь. Стадо заволновалось, сдвинулось прочь от чего-то таинственного и грозного, однако пока еще медленно, да и слишком поздно.
Охотники на полном скаку понеслись в некотором отдалении от края, и стрелы обрушились на животных рукотворным и смертоносным дождем.
Пусть не каждая находила цель, да и завалить крупного зверя одной стрелой довольно трудно, очень уж толста шкура и мало уязвимых мест, но так и стреляли команчи почти непрерывно. Некоторые бизоны уносились прочь с торчащими из туш древками, зато сначала один, затем другой завалились в пылящую после промчавшихся копыт траву.
Победный крик, вырвавшийся из уст охотников, подстегнул стадо, заставил зверей бежать быстрее, но число поверженных гигантов росло буквально на глазах.
Потом будет время разобраться, чья именно стрела поразила ту или иную цель, пока же во всем подлунном мире не было ничего важнее, чем мчаться вслед за уносящимися бизонами, вскидывать лук, целиться, подгадывать момент и стрелять, стрелять, стрелять…