"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Народу в церкви хватало. Казачки и казачата пришли вознести молитву за успех своих мужей и отцов, и запах ладана смешивался с запахом многочисленных горящих свечей.
Тревога подняла на ноги всех. В станице привыкли вставать рано, чтобы успеть переделать многочисленные дела, и какой-то час не играл роли.
Даже теперь хозяйки не забывали о привычных хлопотах. Кто-то поставил в печь хлеб, все без исключения готовили завтрак, чтобы вернувшиеся после боя мужья смогли бы подкрепить силы. И конечно же, ухода требовала скотина, присмотра – хозяйство. Мало ли дел в сельской местности?
От этого в храме было постоянное движение. Люди приходили, ставили свечи, молились и возвращались к своим домам, чтобы удостовериться, все ли идет хорошо, а затем возвращались назад.
Перед храмом успевали перекинуться друг с другом несколькими фразами, обнадеживали, старались поддержать. Время для долгих разговоров еще не пришло, и пока каждая женщина несла в себе свою тревогу, а на людях держалась, да еще и помогала другим и словом, и делом.
Хуже было с детворой. Мальчишки страшно завидовали отцам, вступившим в бой с разбойниками, и буквально не находили себе места. Завидовали они и старшим братьям, которые по возрасту еще не были взяты в дело, но зато с оружием в руках исполняли роль дозорных на околицах станицы. Вместе с ними такую же службу несли старики, негодные в общей сечи.
Военная удача – баба переменчивая, и лучше загодя предусмотреть все ее возможные капризы.
Подобно многим, Яшка Бакланов перебегал от одного поста к другому, несколько раз лазил на колокольню в надежде разглядеть или возвращающихся с победой казаков, или подкрадывающихся разбойников.
В храме он тоже побывал, причем не один раз, только трудно в семь лет сосредоточиться на молитве, когда неподалеку льется кровь, скрещиваются клинки и бьются знакомые тебе люди.
– Дедушка! Дайте ружье подержать!
Седой как лунь Никола, помнивший еще Ларгу и Рымник, ласково потрепал по голове сына атамана:
– Успеешь еще, Яшка. Ворогов на всех хватит.
– Дедушка!
Яшка не канючил, помнил: казаку подобное не к лицу – но никак не желал отставать от старого казака.
– Говорю: успеешь, – вздохнул Никола.
Его напарник Ванюшка, казачок неполных пятнадцати лет, снисходительно посмотрел на Яшку. Словно сам втихомолку не проклинал свое малолетство, не позволившее отправиться на сечу вместе с отцом. Но ему хоть доверили сторожить, и ружье в руках Ванюшка держал самое что ни на есть настоящее.
Но Яшка в ответ посмотрел с непередаваемым выражением, в котором была и обида, и острое желание, и много иных чувств.
– Как же тебе дать? Вдруг стрельнет? – чуток высокомерно спросил Ванюшка.
– Как же оно стрельнет, коль курок не взведен? – резонно заметил Яшка.
– Разбираешься, – добродушно улыбнулся дед.
– Ладно. Токмо не урони.
Ванюшка не выдержал и протянул сыну атамана тяжелое ружье явно не кавалерийского образца, невесть каким образом оказавшееся в его доме.
Яшка лишь хмыкнул. Плотненький, крепкий, он для своих лет был достаточно сильным.
Ружье на мгновение оттянуло руки, но затем Бакланов-младший справился и даже попытался прицелиться в пустую степь.
– Не балуй. – Ванюшка аккуратно отобрал оружие.
– Тебе лучше пистоль али охотничье ружьишко, – вздохнул дед.
Вздохнул – и прикрыл рукой заткнутый за пояс пистолет. Так, на всякий случай.
Но Яшка на короткое время удовлетворил естественную страсть мальчишки к оружию.
– Деда, почему к нам все лезут? – с неожиданной серьезностью спросил казачонок. – Ну, басурмане понятно, а эти?…
– Эк, – крякнул от неожиданности Никола. – Да как тебе сказать? Кто лезет-то? То безбожники-французы, то энти, – он кивнул в сторону североамериканских владений, – которые в своей сути ничем не лучше безбожников. У них заместо Бога одно золото на уме. Потому они нас не любят и опасаются, что мы духом крепки, вере отцов верны, царю-батюшке преданны. А им страсть как хочется повсюду новый порядок установить да чрез то миром править. Не по Заветам, а по выгоде, без чести-совести. Но как, коли у народов наш пример есть? Скажу больше – пока жива Россия, нет хода антихристу в наш мир. И все явные и тайные его приспешники, сколько их ни есть, будут стремиться ее изничтожить всеми силами. Но разве мы не казаки?
 
– Деда!.. – Яшка указал рукой несколько в сторону.
Там прямиком к станице неслись десятка два всадников.
Очень хотелось бы видеть отцов, да только они еще не появлялись, а и появились бы, так совсем не отсюда.
По старости Никола первым заметить их не мог. Что до Ванюшки, он просто отвлекся, слушая деда, и теперь проклинал себя за невнимательность. Ему доверили такой пост, а он опростоволосился, словно и не казак!
Вряд ли это были беглецы. Скорее всего – какой-то осколок, отбившийся в темноте от основного отряда. Теперь североамериканцы увидели перед собой беззащитную цель и азартно устремились за поживой. Смысла отдаленных выстрелов они, как видно, понять не смогли…
Оружие в руках кавалеристов лучше всяких слов говорило об их намерениях.
Путь отряда лежал в сторону другого дозора. Оттуда раздался выстрел, и один из налетчиков вылетел из седла. Другие немедленно открыли стрельбу прямо на ходу, явно в расчете на испуг противника. Попасть с лошади – вещь достаточно трудная. Нападающие же не жалели зарядов и не задумывались об элементарном – перезарядке оружия.
Они лишь оповестили выстрелами жителей станицы о напасти.
Пяток всадников уклонились от общего курса и понеслись туда, где за хлипкой изгородью стоял Никола с казачатами.
– Ну, благословясь! – Дед поместил ружье, такое же старое, как он сам, на плетень и выстрелил.
Глаза давно утратили зоркость, а руки – твердость. Всадники продолжали все так же мчаться вперед, и теперь до них было совсем недалеко.
Яшка видел разинутые рты и перекошенные лица, хотя мальцу в тот момент они показались звериными харями.
Ванюшка тоже разрядил ружье. В отличие от деда Николы – вполне удачно. Один налетчик стал съезжать на бок, потом попытался выпрямиться, но не удержался и полетел с седла. Зацепившаяся за стремя нога не дала всаднику окончательно успокоиться на земле, и продолжающая скачку лошадь поволокла недавнего наездника по всем кочкам и рытвинам.
Остальная четверка с разгона перемахнула невысокий плетень. Оказавшийся безоружным Ванюшка отпрыгнул в сторону от пронесшегося мимо и размахивающего саблей наездника, изловчился и каким-то образом сумел запрыгнуть за спину следующего. Спустя несколько мгновений оба рухнули. Только казачонок собрался в полете, да и упал сверху на своего противника.
Никола рванул видавшую виду саблю. Один из налетчиков сумел повернуть коня и направить его к деду. Но рисковать и вступать врукопашную со стариком североамериканец не стал. Вместо этого он выхватил двухствольный пистолет.
Выстрел больно ударил по ушам Яшки. На мгновение перед глазами возникло пороховое облако, а затем Бакланов-младший увидел, как валится на спину дед.
Следующий выстрел предназначался Яшке. Только всадник спешил, а Яшка оказался проворным и успел нагнуться, едва на полке вспыхнул порох.
Пуля просвистела вплотную к голове мальца. Напуганный громкими звуками конь шарахнулся в сторону, дав казачонку краткую передышку.
Яшка повернулся к деду. Никола лежал на спине, а на его рубахе начинало расплываться багровое пятно. Но губы старого казака шевелились, а рука ощупью шарила вокруг в поисках оброненной сабли.
Несколько в стороне Ванюшка с остервенением лупил свалившегося вместе с ним разбойника головой о землю. Тот кричал, пытался одной рукой отбросить от себя казака, вторая же не слушалась, не то ушибленная, не то сломанная при падении.
Подстреливший деда Николу бандит вновь наезжал на Яшку уже с саблей в руке. Положим, достать верткого мальчонку клинком было бы непросто, только Яшка не стал играть в такую игру.