"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Ладно. Пора, – решил Сысоев. – Казакам – атака!
Двигавшиеся чуть позади пехоты казаки дружно вынеслись вперед и широким обходом помчались на противника с явным намерением ударить по слабому флангу.
Подобный ход должен был предвидеть даже самый посредственный военачальник. Часть республиканцев торопливо перестраивалась. Довольно быстро повернутые, две крайние пушки плеснули картечью. Вроде бы кто-то из казаков упал. Точно со своего места сказать Муравьев не мог. И сразу недавно грозно несущаяся лава резко развернулась и ударилась в бегство.
Упустить такой шанс было все равно что упустить победу, и мятежники дружно устремились в атаку.
Вся находившаяся у них за линией кавалерия дружно бросилась в погоню. Пока она огибала овраг, из лесочка, подтверждая опасения Сысоева и Муравьева, вылетели другие конные повстанцы и тоже помчались за казаками.
Теперь ситуация круто изменилась. Казалось, нет и не может быть силы, которая сумеет остановить атакующих. Даже их пушки смолкли, а часть пехоты, увлеченная общим порывом, полезла в овраг, чтобы тоже сойтись с противником вплотную.
А дальше произошло необъяснимое. Казаки вдруг прыснули в разные стороны, и взорам конных мятежников открылись два отцепленных от передка орудия. И в следующий миг по кавалерии мятежников жестко хлестнула картечь.
Артиллеристы действовали в высшей степени мастерски. Заряды ударили точно, а около пушек уже четко выполняли каждый свою операцию номера.
Казаки мгновенно развернулись и понеслись на врага с обоих флангов.
Те из повстанцев, кто не был сражен первым же залпом, кто не успел отреагировать и чей конь по каким-то причинам продолжал нестись вперед, получили еще один картечный залп. На этот раз – в упор.
Но таких храбрецов, а может, глупцов было немного. Основная масса всадников уже пыталась найти спасение в бегстве. Им навстречу из-за рощи вынырнула сотня Быкадорова, и это сразу же уменьшило шансы очень многих.
В довершение артиллеристы Гулевича сноровисто взяли орудия на передки, запрыгнули в седла и стремительным маневром оказались на фланге оборонительной линии.
Там тоже творился бардак. Теперь уже многие бежавшие на врага пехотинцы торопливо пытались выкарабкаться из оврага назад. Кто-то уже бежал, кто-то еще стоял, воодушевленный примером размахивающего саблей щегольски одетого всадника.
Муравьев несся к торопливо идущей мексиканской пехоте:
– Аделантар, валиенте! Вперед, храбрецы!
Испанские пехотинцы в самом деле были храбрецами. Они уже не шли – бежали на врага, и вряд ли так уж легко было прервать их порыв.
Слаженно рявкнули орудия Гулевича. Часть еще стоявших мятежников упали под картечным дождем. Щегольски одетый всадник тоже исчез.
А хоть бы и нет! Дух республиканцев был окончательно сломлен, и теперь каждый искал спасения исключительно в бегстве.
Но каждому ли дано убежать от несущейся по пятам смерти?
30
Стук в дверь прервал одиночество.
– Бос, парус на горизонте!
Лафит оторвал взор от нескольких листов бумаги. К сожалению, в любом коммерческом предприятии не обойдешься без подсчетов. Затраты, прибыль предполагаемая и фактическая, список необходимых закупок. Остров хорош, слов нет, однако даже воду приходится доставлять сюда с материка. Да и не только воду… Не всегда же захваченные суда везут те из мелочей, что требуются в повседневной жизни каждому уважающему себя человеку!
Опять-таки, людям нужны еда и выпивка…
Толстая бухгалтерская книга смотрелась бы солиднее, однако Лафит не любил оставлять каких-либо следов. Листки, едва отпала в них надобность, сжигались – и все.
Люди ведь бывают жестокими, а любую бумагу можно украсть и потом использовать против владельца. Береженого Бог бережет.
– Идет от материка. Совсем небольшой. Похоже, даже мачта одна. Больше пока ничего не разобрать.
– Хорошо. Как станет ясно, дайте знать мне, – кивнул Лафит.
Идти неизвестному судну еще далеко, и нечего гадать, кто это может быть.
Лафит не спеша закончил подсчеты.
Недавно восстановленное предприятие процветало и уже сейчас стало приносить ощутимую прибыль. Д’Ори, покидая пристанище, уничтожил все до последней хижины, и что теперь? У бухты стремительно вырос целый поселок и упорно продолжает расширяться. Одни склады под добываемый товар не вмещают всего, и приходится лихорадочно строить новые.
Хорошо! Капитал растет, а что еще надо в жизни?
Поднесенные к спичке листки занялись почти не видимым при ярком свете пламенем, обуглились, и Лафит бросил их в стоявшую на столе тарелку. Еще полминуты – и только пепел напоминал о недавних занятиях арифметикой.
– Бос! Над судном флаг Мексиканской республики!
– Кого там черт несет? – пробурчал Жан.
В лучшем случае это добирается таким образом экипаж недавно пропавшей бригантины. И на старуху бывает проруха. Даже самые опытные моряки могут лишиться корабля, может, и сумели подобрать первое, что попалось под руку? В худшем же кому-то из республиканских правителей захотелось посетить часть территории, уже в полной степени свободной от монархического ига.
Хотя нет. Правители государства на мелкой посудине в море не пойдут. Они любят комфорт и всячески подчеркивают собственное высокое положение.
Может, кто-то из желающих присоединиться? В Кампече рады каждому, желающему честно служить нелегкому делу моряка.
Действительность преподнесла сюрприз. Такого Лафит точно не ожидал. Едва суденышко умело вошло в бухту, как с него спустили такую же крохотную, под стать кораблику, лодку, и вскоре на берег вступил Луи д’Ори. Губернатор Галвестона и Тешаса, как следовало из бумаг, выданных ему правительством.
Впрочем, у Лафита тоже была бумага от того же правительства, в которой черным по белому было написано, что губернатором Галвестона является именно он. Самозваное правительство несуществующей республики вообще было щедрым на выдачу всевозможных свидетельств и жалованных грамот. Только бы люди старательно работали на благо грядущих властителей!
Точно так же обстояло дело с обещанием грядущих благ. Демократия не в состоянии обходиться без обещаний и пышных фраз. Главное – задурить людям головы, иначе управлять ими станет попросту невозможно.
Но и д’Ори, и Лафит относились к тем, кто сам предопределял собственную судьбу и лишь использовал остальных для своего процветания. С этой стороны они были намного ближе к правителям, чем к простому люду.
– Здравствуйте, Луи! Я думал, что вы отвоевываете территорию своего законного штата! – приветствовал собрата Лафит.
– Признаться, тоже никак не ожидал встретить вас здесь. Или вы решили помочь обустроить мой остров? – Д’Ори внимательно огляделся, прикидывая, насколько серьезно возникшее поселение.
Даже на первый взгляд получалось – дела здесь идут весьма неплохо. Судя по количеству хижин, число обитателей Галвестона уже перевалило за две сотни. И совсем убил двухэтажный красный дом, явно принадлежащий самому Лафиту. Бывший губернатор обходился гораздо более скромным жилищем.
Лафит непритворно вздохнул:
– Правительство республики настолько уверилось в вашу победу и в то, что отныне вы обоснуетесь в Сан-Антонио, что решило передать остров под мое управление. Как понимаете, нарушение торговли – весьма важная часть плана по полному освобождению Мексики. Выбор остановился на мне. Но вы так и не ответили на мой вопрос, Луи. Что произошло? Почему вы вернулись, да еще на одном корабле? Где все?
– Мы разругались с Франсиско, – скривился д’Ори. – Вы не представляете, Жан, что это за человек! Он буквально оспаривает все мои приказы, а взамен пытается руководить сам. Словно находится не на вверенной моему управлению территории, а где-то в другом штате. Пришлось мне отправиться с жалобой на навязанного мне компаньона. Пусть правительство приструнит этого бездарного выскочку, если оно хочет одержать победу.
– Но почему на этом суденышке?