"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Тем ценно ваше мнение, адмирал. Мы давно обратили внимание, что испанский флот перевооружает свои корабли на универсальные орудия, которые вы сами производите. К сожалению, республика отказалась продать крейсер, у вас их немного, но и два ваших эсминца с минным заградителем ценное приобретение — все они нового типа.
— Сделка взаимно интересная, сеньор Сталин. Мы приобрели у вас три сотни танков, которых наша промышленность не производит. А взамен отданных эсминцев заложили шесть новых.
Асарола улыбнулся — получение Т-26 и БТ-7 взамен кораблей для испанской армии стало выгодным обменом. И сохранило валюту в казне, которой было немного — зато за два прошедших года промышленность стала куда мощнее, производство росло как на дрожжах. Испания теперь твердо закрепилась в десятке великих государств, сразу за Италией, которой уже практически ни в чем не уступала, если не считать кораблестроение. Зато по выпуску автомобилей, авиадвигателей и самолетов догнала своего извечного противника по Средиземноморью.
— Мне сказали о том, — Иосиф Виссарионович усмехнулся в усы, — как и то, что все наши танки вы вооружили своими сорокамиллиметровыми пушками и приварили дополнительные броневые плиты.
— Только со лба корпуса и башни, которые наиболее часто подвержены обстрелу из противотанковой артиллерии — избежать излишнего утяжеления, что чревато частыми поломками ходовой части.
— Мы решили поступить также — на вооружении армий поступают еще противотанковые ружья, и в больших количествах, которым вполне по силам пробить тонкую броню, — Сталин раскурил трубку, посмотрел на море — напротив дворца стоял изящный испанский крейсер, рядом с которым «Червона Украина» выглядела неказисто.
— Пожалуй, вы правы и в другом — для кораблей опасным врагом станет и авиация, недаром все морские державы поспешили обзавестись авианосцами. Наши моряки заверили, что 130 мм пушки можно переделать, что бы они стали способны стрелять по вражеским самолетам — стволам нужно придать большой угол возвышения. Так что мы произведем перевооружение, которое проделали вы — если опыт полезный, то почему его не перенять.
Сталин присел в кресло напротив испанского адмирала, пыхнул дымком и задумчиво посмотрел на собеседника. Негромко произнес:
— Мы скоро наладим производство собственных скорострельных пушек и крупнокалиберных пулеметов — есть очень хорошие образцы. И перевооружим ими соответственно все корабли нашего флота. Скажите, почему вы отказались от строительства авианосцев и новых линкоров?
— Они действуют в океане, сеньор Сталин, для ограниченных морских театров не нужны, ведь там они быстро станут жертвой массированной атаки пикировщиков и торпедоносцев берегового базирования. Мы провели учения, и пришли к этому выводу. Лучше построить несколько сотен самолетов — их можно использовать с большим эффектом, а по стоимости намного дешевле. Да и зачем — на итальянские линкоры есть британские, а на японские Ройял Нэви и американский флот. Колоний у нас немного, да и те уже не колонии, а составные части республики, которым никто не угрожает. Так что строительство линкоров и авианосцев ни к чему — как и вам. Достаточно крейсеров, субмарин и сильной морской авиации берегового базирования, чтобы отбить охоту у любого потенциального агрессора.
— А будь вы, адмирал, у нас морским министром, каким бы желали видеть наш флот?
Сталин улыбнулся, вот только вопрос был задан вполне серьезно, какие тут могли быть шутки…
Дахла
— Потеряв Марокко, мы приобрели нашей провинцией Сахару, и теперь она стала действительно испанской.
Франко посмотрел на бескрайнюю гладь Атлантического океана — морской ветерок изрядно смягчал жгучий зной, что шел от раскаленной летним солнцем выжженной пустыни. Свое назначение губернатором огромного, но совершенно безлюдного Рио-де-Оро («Золотая речка») он воспринял стоически — хотя это являлось более чем «почетной ссылкой». И было гораздо лучше «вечного изгнания», и тем более не сравнить с расстрелом, которого генерал заслуживал за военный мятеж два года тому назад.
А так вроде простили президентским декретом и отправили в огромную Западную Сахару, что по своим пространствам в 270 тысяч квадратных километров составляла чуть больше половины территории собственно Испании. Причем под его управлением была самая большая южная провинция, не меньше двух третей от этого обширного края, вытянувшегося на побережье Атлантики на восемьсот километров.
Северной частью Западной Сахары — Сигиет-эль-Хамра, или «Красный ручей» — управлял сейчас генерал Санхурхо, которого Франко тайно презирал, а потому встречался с ним исключительно по делам. А тех было невпроворот, бесконечным потоком шли!
За полтора года его губернаторства население Рио-де-Оро выросло до пятидесяти тысяч испанцев и такого же числа местных берберов. Последних генерал уже привлек на службу в качестве «регулярес», правительство не поскупилось на выплату жалования. Удалось сформировать «табор» стрелков и два эскадрона великолепной конницы — половину от той кавалерии, что имел в своем распоряжении. Под его командование также передали две бандеры «терсио» и батальон регулярной пехоты. Еще имелась терция «гражданской гвардии», из пеших и конных стражников. На территории находились два аэродрома с десятком аэропланов, раз в неделю осуществлялись полеты до Лас-Пальмаса на Канарских островах. Порты оберегали две береговых батареи, прибрежные воды охраняли три патрульных траулера — куда же без флота, если дорог еще не было, одни караванные тропы.
Все вместе составляло едва четыре тысячи офицеров и солдат, не считая моряков — десятая часть от бывшей Африканской армии. Крайне незначительные силы, чтобы отражать постоянные набеги берберов, что приходили из французских владений. На такое наглое поведение сетовать нельзя — колониальные власти еле управляли огромными территориями, на которых всецело правили местные вожди. Вот только вся Западная Сахара перестала быть колонией — испанцев тут проживало уже больше, чем местных кочевников, и поток переселенцев нарастал. Приходилось обустраивать столицу Дахлу, основанную испанцами в 1502 году. Расположенный на мысе, на берегу обширной бухты, с множеством финиковых пальм, город являлся фактически курортом, и Франко надеялся, что со временем он таковым и станет
Кроме того, имелись еще два приморских города — старинный португальский Кабо-Боходор, что появился раньше Дахлы, и основанный в 1920 году самый южный порт с небольшим поселением — Агуэру. И это все, если не считать два десятка распыленных по немногочисленным оазисам уже чисто испанских селений — единственные пригодные для европейцев места среди здешних, совершенно безлюдных пустынь.
Генерал Санхурхо вообще в таком оазисе столицу своей провинции Эль-Аюн сейчас строит, в двадцати километрах от побережья, и добычу фосфатов организует. Достойное занятие для генерала…
— Меня отсюда никогда не выпустят, это место моего вечного заточения, — голос прозвучал совершенно спокойно, Франко свыкся с мыслью, что ему предстоит провести остаток дней в здешних краях. Но на судьбу не роптал, наоборот, генерал радовался, что снова был при деле, занят, а то могли «упрятать» в оазис, а там хоть на луну вой…
Ялта
— Сеньор Сталин, мне трудно вот так сходу отвечать, могу только рассуждать. Новые крейсера и эсминцы вы только начали строить, как и субмарины. Основу флота составляют корабли, заложенные еще пи царях — а потому их можно считать устаревшими. Ваш флот на Балтике заперт в так называемой «маркизовой луже» между Кронштадтом и Петербургом, простите, Ленинградом. В основе там два линкора, как я припоминаю, старой постройки как наши, только размерами побольше, и башни трех орудийные в диаметральной плоскости. Для шведских и старых германских броненосцев это грозный противник, но для этого надо покинуть восточную часть Финского залива, в которой заперта эскадра. А чтобы выйти в Балтийское море, нужно восстановить власть над потерянными прибалтийскими провинциями. Без этого пользы от существования флота не будет — только одни напрасные расходы на содержание и ремонт старых кораблей. И новых кораблей нет резона строить, если только не решить вопрос об аренде передовых баз. Для этой цели подходит архипелаг Моонзунда с Ревелем, и Либава.