"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Я схожу за едой и напитками, — прошептал он. — И загляну в ванную.
— Только не очень долго, — требовательно попросила Ноа.
Ее голос прерывался от сбивчивого дыхания, грудь вздымалась. Риордан положил руку ей на живот, и провел ниже, до бедер. Тело девушки отозвалось на его движение. Ее бюст выгнуло дугой, с губ слетели предвестники стонов. Риордан словно в наваждении убрал руку и направился к двери. Его самого буквально потряхивало от желания. И он почувствовал, что Ноа заведена ничуть не меньше. Она не притворяется. Она ждет его и готова.
Уже стоя в ванной, он попытался хоть немного успокоиться. Тот, первый раз, вернее несколько раз, не в счет. Именно сегодня случится их первая ночь. Он страстно желал, чтобы все прошло потрясающе и даже начал волноваться по этому поводу. А все потому, что он ощущал себя кипящим котлом, в котором вот-вот сорвет крышку и заранее понимал, что их первая близость закончится быстрее, чем хотелось бы. А вдруг у него не получится доставить Ноа удовольствие? Или, что еще хуже, она понимая все это, начнет подыгрывать ему, а он подметит фальшь? И вместо того, чтобы стать ближе после этой ночи, они проснутся чужими друг для друга?
Риордан имел право полагать о себе, как об опытном любовнике. Он не вел счета своим победам, но и без того знал, как значителен этот список. Каждый раз он открывал в женщине что-то новое. Они по-разному отдаются наслаждению. Одна медленно раскрывается навстречу удовольствию, у второй это происходит мгновенно. Они устроены по-разному. У каждой собственный неповторимый аромат. От одного кружит голову, от второго хочется побыстрее закончить то, что начал. Каждая непохожа на другую от первого поцелуя до последнего вздоха в изнеможении. Годами для Риордана это и было главным впечатлением от близости с женщиной. Он не терпел долгих ухаживаний, предпочитая идти к цели кратчайшим путем. Дразнящая интрига новизны, жажда покорить и познать новую любовницу была для него по сути единственным стимулом в постели.
Теперь ему открылось нечто совсем новое. Да, в спонтанной близости присутствовали свои плюсы. Но оказалось, что все ощущается в сто раз острее и ярче, когда ты хочешь именно ее, а не просто девушку, которая приглянулась тебе на светском приеме. И она ждет и желает именно тебя и никого другого. И происходит это в момент, когда она полностью готова, когда чувства наэлектризованы словно воздух перед грозой, когда каждое прикосновение — как удар молнии.
Словом, Риордан с удивлением осознавал, что одна ночь любви стоит больше, чем сто разных ночей после физического влечения.
Он вернулся в спальню к Ноа, чувствуя непривычную для себя робость. Откинул одеяло и едва прилег рядом, как она обняла его за плечи и привлекла к себе.
— Я уже больше не могу терпеть, — прошептали ее губы.
Но Риордан не стал слишком торопиться. Он специально затянул прелюдию, понимая, что крайняя степень возбуждения не позволит ему заниматься любовью слишком долго. Когда они, наконец, соединились, то Ноа вскрикнула, замерла на мгновение, а потом в горячем порыве подалась навстречу своему любовнику, оплетая его бедра ногами. Ее стоны звучали все громче и громче, пока не слились в один страстный крик, совпавший с тем, что объятия Риордана распались, а он сам, обессилев, накрыл ее тело своим. Их следующий поцелуй был наполнен уже не страстью, но нежностью. Ее щека была мокрой. Риордан отстранился.
— Ты плачешь? Тебе было больно?
Вместо ответа она вновь привлекла его к себе и прошептала.
— Теперь я понимаю, что означает выражение «медовый месяц».
— Тогда побереги силы. Наш медовый месяц только начинается.
Они подкрепились закусками, которые Риордан принес с кухни, вдосталь напились морса, а потом вернулись в постель. Второй раз получился у них не таким раскаленным, но гораздо более чувственным и по-прежнему ослепительно ярким по ощущениям. Риордан наслаждался каждым мгновением. Атласной гладкостью ее кожи, прелестным телом возлюбленной, отвечающим на каждое его движение. Если при первой их близости Ноа была наэлектризована и порывиста, то теперь девушка полностью расслабилась и одновременно дарила и принимала удовольствие.
После Риордан лежал на спине, пытаясь унять дыхание, а Ноа обвилась вокруг него словно дикий плющ. Голова девушки покоилась у него на груди, и он чувствовал, как бешено колотится ее сердце.
— Неужели так может быть, — в ее словах было и утверждение, и вопрос.
Он ответил ей ласками и поцелуем. Его пальцы нежно касались ее личика и шеи, и каждое касание было наполнено благодарностью и любовью.
— Так, думаю, что настало время распорядиться насчет ужина, — он легонько чмокнул ее в щечку и поднялся с постели. — Иначе мы с тобой скоро будем обессилены. А силы нам еще понадобятся этой ночью.
Ноа потянулась игриво, словно довольная кошка.
— Я бы приняла ванну. Если твои слуги еще не спят.
— Еще не слишком поздно. Я распоряжусь.
— Это будет правильно? Не хотелось бы, чтобы обо мне подумали, как о сумасбродной девице, не дающей людям отдохнуть.
— Не волнуйся. Они у меня не слишком удручены заботами. Тем более, уверен, что в этом доме никто не смог заснуть, — сказал Риордан с намеком, и Ноа шутливо надула губки и ткнула его кулачком в бедро.
— Постараюсь впредь быть более сдержанной.
— Не вздумай!
Риордан с трудом смог открыть дверь, потому что снаружи на ее пороге действительно лежал свернутый в рулон плед и несколько подушек.
— Вот старый пошляк, — буркнул он, спускаясь по лестнице.
Фош восседал в своем кресле, укрытый двумя теплыми одеялами.
— Подушек оказалось маловато, — ехидно резюмировал старик.
— Ты неисправим. Лучше скажи, как чувствуешь себя сегодня?
— Вроде полегче, чем обычно. Да и сердце радуется, глядя на вас, господин. Похоже, что на этот раз вы раскопали нечто действительно стоящее.
— Ты полагаешь?
— О, поверьте на слово! А фигура? Она стройная, как тростинка, но платье на ней так и распирает при каждом движении. Того гляди, ткань порвется.
— Ох, Фош, а ты до сих пор неравнодушен к женским прелестям?
— Мне только это и остается, господин. Но возвращайтесь к ней, я распоряжусь насчет ужина.
— Нам бы еще горячей воды для ванной.
— Будет исполнено. Берегите ее, господин. Женщина — она же, как лодка. На таких лодочках можно далеко уплыть. А ваша еще и с парусами.
— Что ты имеешь в виду?
— Среди них встречаются такие штучки, которые могут выжать мужчину досуха. Сдается мне, что ваша как раз из таких. Они и есть самые ценные. Будет думать в первую очередь о вас, а не о себе с вами. Уверяю вас, господин, она — сокровище. У меня глаз наметанный.
Риордан поднимался наверх, размышляя, что все закручивается стремительно и, похоже, что очень серьезно. Как-то так получалось, что Ноа в его доме не восприняли, как временную пассию. В словах Фоша был прямой намек, что он относится к ней, как к будущей госпоже. Самое удивительное, что и сам Риордан не мог думать теперь о своей избраннице в ином качестве. Поразительно. Она здесь второй раз, а сумела так высоко себя поставить, хотя перекинулась с его слугами всего-то несколькими фразами. Или они судят по нему? Видят те перемены, которые он ощущает в себе всем сердцем? А может быть все проще? И Ноа принадлежит к тем женщинам, которые совершенно не годятся на роль любовниц? Не годятся потому, что они слишком подходят для роли жен? Риордан не смог сдержать довольной улыбки. Если так, то на его голову свалилось неописуемое счастье. Она потрясающая в постели. И значит его ждут тысячи безумных ночей. Хотя, с другой стороны, думал Риордан, может быть все в жизни устроено иначе? И чтобы быть такой страстной в постели женщине всего-то навсего нужно полюбить и почувствовать себя любимой? А кроме того, понимать, что ее отношения с мужчиной движутся в правильном направлении и обязательно придут к венцу, если она сама ничего в них не испортит? В любом случае, прав старик. Ноа действительно другая. Риордан снова усмехнулся. Так до него, наверное, рассуждали миллионы мужчин. И все миллионы были правы. А потом следовал брак, дети, радости и заботы семейного быта.