"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Я протянул ему маленький пузырек с белесой, мутной жидкостью, который мне вручил принц для штабс– капитана. Зелье трезвости, пополам с противоядием. Минотавр жадно высосал флакон и облегченно отвалился. Потом поднял тяжелую голову и выдавил из себя:
– Спасибо.
Я едва успел вылететь в коридор нижнего яруса, как тушка Зайца и вздрогнула и попятилась задним ходом. Оглушительно возопил клаксон. Уж не знаю, кому предназначил Дилморон салют, но этот леденящий душу металлический вопль в округе забудут нескоро. 
Проведал Марис. Скорпикора хоть и оказалась занята вылизыванием роскошной каштановой гривы, но в ответ на мое появление на стрелковой палубе негромко, но многозначительно хлопнула хвостом об пол. Я добрался до обжитой конуры своей кельи, ухватил первую попавшуюся в руки книжку и завалился на тахту. Пусть герои немного побудут без меня. Гонзо отдохнет. 
Не прошло и пары часов, как мы покинули Ривеленскую пущу. Лес не обрывался опушкой и полем, а переходил в редколесье, где огромных размеров деревья отстояли друг от друга на десятки шагов. Ехать в таком пейзаже было одним удовольствием. К вечеру рельеф местности пошел под уклон, а парковая картинка по сторонам сменилась болотинами, которых становилось все больше и больше. Колеса ковчега чавкали по коричневой жиже, доходившей местами до входного люка.
– Педали прокручивают, – пожаловался хозяин пришедшему его сменить Горготу. – Даже несмотря на шипы.
– Встанем у Джорнея, поменяем шестеренки на передачах, – орк уселся за рычаги и зевнул. 
Зайчик рванулся с места и плюхнулся в очередную промоину. Полетели ошметки ряски и клубки водорослей. Распугивая обитателей поймы, наша железная зверюга прибавила ходу.
  
Глава 6. Броды
 
«Любому троглодиту более прочих невзгод стоит опасаться 
среди людей патриотов и предателей. Первых в особенности»
Гонзо–прозревший 
После того, как Горгот заступил на вахту, я покинул рубку и уже направился на ежедневный вечерний обход, но принц неожиданно догнал меня перед лестницей на нижнюю палубу. Он повелительно кивнул в сторону моей каморки, а я правильно истолковал волю хозяина и предупредительно распахнул перед ним дверь.
– Залезай с ногами на постель, Гонзо, – сказал Дилморон, не по этикету пропуская меня вперед. – Иначе мы вдвоем в твоей конуре не поместимся.
Я послушно протиснулся к своему ложу и скрючился на нем, весь во внимании. На хозяине сегодня был темный чесучевый камзол с многочисленными карманами. Принц порылся в них, достал какой–то предмет, положил на широкую ладонь и слегка подул на него дыханием Школы Воды. Предмет заиграл голубым сиянием, осветился и я узнал в нем амулет Отрицания. Что – то очень важное решил сообщить мне повелитель, раз набросил на мои скромные апартаменты волшебный щит, который полностью закрыл нас от нескромных ушей.
–Гонзо! Внимай не приказу, но просьбе своего господина, – Дилморон говорил медленно, чтобы я лучше понял каждое его слово, а он сам мог по моим подтверждающим жестам в этом убедиться. – Мой брат всегда опасался предательства. Много раз Лорд Таргон предупреждал меня о бдительности, о необходимости подозревать каждого в нашем окружении. Он был уверен, что Контур уже внедрил нам своего шпиона. От того и не спешили враги с решающим штурмом. Зачем? Они и так знали, что происходит внутри. Паялпан был для них чем–то вроде лагеря военнопленных, где заключенные сами заботятся о своем пропитании. Я сомневался в словах кузена, потому что Таргон никак не мог ответить на самый главный вопрос – об их способе связи. Как они получают донесения от агента? Но сегодня ночью кое – что произошло… Я обнаружил у Ниамы на бедре легкий магический след от Сферы Уязвимости. Вот только не спрашивай меня, как мне это удалось! Хотя чего уж тут… Не знаю, что какая муха меня укусила, но когда девушка заснула, я прошелся над ней голубем Познания.
Ага. Я помню этот артефакт – целый птичник маленьких мифриловых статуэток хранился у нас в левом углу склада. Крайний к стене стеллаж, вторая полка снизу. Герои пользовались ими, если хотели проверить предмет или оружие на магические свойства.
 
– У самого в душе все переворачивалось, так мне хотелось доверять ей… Впрочем, какое право я имею упрекать Ниаму? Инферно – исконный враг Подземелья, возможно, что у нее не было выбора. Ладно. Хватит! – принц рубанул воздух ладонью, да так яростно, что чуть не перевернул мою постель вместе со мной. – Гонзо, ты хоть понимаешь, что это значит? Им было известно о Зайце! Ниама – живой маячок. Наши враги хитры, у них все просчитано. Пусть, не было абсолютной уверенности, что демонесса попадет в ковчег, но они допускали такую возможность. 
Дилморон замолчал. Его голос звенел горечью разочарования, несмотря на то, что он сам несколько секунд назад оправдал инферналку. Как ни странно, я был готов тут с ним согласиться. В смысле оправдания. Она – нормальный шпион, какие к ней могут быть претензии? Наш юный король возомнил, будто у него настолько изящные рога, что Ниама от одного их вида тут же впадет в сладострастный экстаз? Так это вряд ли. Хозяин заговорил вновь:
– Знаешь, Гонзо, в мире, откуда я пришел, жил когда –то мудрец по имени Оккам. Этот муж придумал способ, как отличать правду от вранья. Очень легкий способ. Стоит лишь сделать небольшое допущение, самое простое и если с его помощью все встает на свои места, то стало быть не надо больше ничего придумывать, потому что это допущение и есть истина. Так вот, предположим, что Таргон прав и в Паялпан проник вражеский лазутчик. К сожалению, способ Оккама сразу доказывает свою эффективность. Появляется объяснение бездействия противника, становится понятно, почему нас не пытаются преследовать и… – Дилморон тяжело вздохнул. – Магическая метка Ниамы тоже четко ложится в эту версию. Гонзо, придется мне специально для тебя учредить еще одну должность. Отныне – ты мой начальник контрразведки. Понимаешь это слово? Нет? Малыш, отныне тебе придется следить за всеми, подмечать мельчайшие детали, чтобы потом доложить мне. Ты – не самый говорливый из моих подданных, но я уверен, что смогу понять своего верного Гонзо. Договорились?
С этими словами Дилморон бросил мне на постель туго набитый кошелек. Странно получать деньги за работу, которую делаешь по собственному почину. Из соображений безопасности, например.
– Аванс за новую службу ты только что получил. Не подведи меня, лягушонок.
Мои руки замелькали в воздухе – я изо всех сил пытался донести до принца свои мысли. На лице хозяина танцевали блики амулета Отрицания. Наконец, Дилморон уловил два главных слова:
– Зайчиха? Франк? Ммм… ты подозреваешь Франка?
Ну, как ему объяснить, что – нет, не подозреваю, но не возьму в толк – почему хозяин решил доверить малознакомому человеку одну из ценнейших реликвий Подземелья. А если тот решит перепродать Зайчиху слугам Контура? Наверняка ученый сумеет при желании обезвредить заклинания Имплозии.
– Нет, Гонзо, смело вычеркивай маэстро из списка подозреваемых. Для настоящего мастера репутация превыше всего. Ты даже представить не можешь – сколько у него было дел подобного рода, где самое важное условие заказа – его конфиденциальность. Стоит разлететься новости о том, что механик единожды продал секреты своего клиента, как Франку моментально проломят череп. Кто? Да бывшие покупатели! Доктору слишком многое известно, поэтому они станут опасаться за собственные тайны. Механику суждена участь извечного нейтрала, но одновременно – неприкосновенной фигуры. Никто не посягнет на жизнь маэстро, пока тот блюдет интересы своих партнеров. Он – легенда локаций Мидгарда, полубезумный экспериментатор, для которого не существует слова «невозможно». Даже Пий Контур и его инфернальные друзья не рискнули препятствовать Франку, когда тот появился в предгорьях Паялпана. Азмоэл хорошо понимал, что делает, когда нанимал его. Франк, Таргон и ты для меня сейчас единственные живые существа во всем Овиуме, которым я могу безбоязненно довериться. Вот так–то, малыш.