"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Именно, – с готовностью подтвердил Горгот. – Изменили принцип сцепления, разработали, отлили и смонтировали шестерни, усиленные амулетами и артефактами. Перекроили энергетический элемент. Итог – он поехал даже лучше заданных характеристик.
И в подтверждение его слов Франк стронул ковчег с места. Сияющая медным жаром туша надвинулась на нас. Народ охнул, началась паника и давка. Через несколько секунд массивные ворота вынесли с петель, а еще через минуту в ангаре остались мы одни.
– Сколько он весит? – обреченно спросил Таргон.
– Как положено – сорок три тонны.
– А с полной нагрузкой? 
– Пятьдесят одну. И еще резерв имеется.
– Я сейчас помру, – простонал Махор. – Пятьдесят тонн на педальной тяге.
– А еще мы усовершенствовали задний ход, – скромно добавил Горгот. – И теперь у Зайца появился гудок.
Словно дополняя его заявление, гигантский грызун вдруг издал нестерпимо пронзительный и противный звук. Это было механическое верещание, нутряной жестяной скрип, доведенный до уровня какофонии. Все вздрогнули.
– Отменный вышел клаксон! – раздался сверху торжествующий голос Франка. 
Старт был назначен через два дня. Все это время мы таскали, размещали, пересчитывали, опять таскали в ковчег всякие предметы. Восемь тонн полезных грузов мелкой фасовкой – немало. После окончательного решения следовал, как водится, пересмотр и приходилось все грузить по – новому. Спать случалось в полноги, на ходу. Когда работа была закончена, я приволок ведомость на утверждение Таргону. Хозяин фактории сделал на ней несколько красивых росчерков и обеспечил нас нудной работой еще на сутки. Последние три тонны проектной нагрузки Горгот поставил в резерв под живой вес команды.
И вот еще несчастье! Произошло нечто ужасное. В порыве юношеского великодушия или придворной вежливости Дилморон предложил нашим гостям прокатиться на ковчеге до Иггдрасиля. Выдал, дескать, а поехали со мной за компанию? Посмотрите на красоту Овиума вблизи, прямо из глазниц Зайчика (рубка у нас там), проникнитесь духом локации и прочий вежливый треп. О том, что нас всю дорогу будут пытаться убить ни слова. Нет, я понимаю, у героев принято хвастаться храбростью, показывать окружающим, как им плевать на опасность. Наверное, он ждал, что иностранцы вежливо покачают головами и откажутся? Мол, спасибо, но уж лучше мы сами, через северную точку эклиптики, хлебнем с ногаями бузы, похмелимся – и домой! Не тут–то было! Хотя мастер Франк, как и положено умному и осторожному человеку встретил такие перспективы с большим сомнением. Оправдал свою репутацию ученого–нейтрала. Но остальные–то согласились! Махор и Горгот мгновенно приняли предложение принца, причем оба – с большим воодушевлением. 
– Если бы я выбирал безопасность, то меня бы тут не было, – расплылся в улыбке штабс–капитан. – Сам хотел напроситься с вами. Вы просто избавили меня от неловкой просьбы. Не хотел навязываться. Благодарю, сир. Я в команде и могу быть пилотом. 
Мне тогда еще вспомнились слова одного из великих: «Тот, кто выбирает безопасность ради свободы, чаще всего теряет и то, и другое». Кодекс раба. К сожалению это про всех маленьких людей и нелюдей. 
– Геморрой – мое второе имя, – просто ответил Махор и тут же добавил. – Не вздумайте так когда-нибудь ко мне обратиться.
Ох, как же был разгневан Таргон! Какой яростный скандал разразился меж кузенами, едва хозяин фактории узнал об опрометчивом решении молодого наследника престола! Тут я, признаться, мысленно встал на сторону своего вечного притеснителя. Ну ладно – Горгот. Мотивы этого недочеловека теперь для меня прояснились. Штабс– капитан мечтает попасть на Великое Древо, чтобы отыскать на нем удобную ветку под собственное седалище. Он смотрит на Овиум, как на мир, где можно преуспеть. Отбросить память о прежних мытарствах, снова стать человеком. Даже риск, которому он себя подвергает, оправдан – все – таки Горгот имеет три запасных воскрешения. Без кармического колеса, без опаски скатиться в наши «юнитские» ряды. Не знаю, как Иерарх Элеадуна, его бывший хозяин, сумел распространить свое влияние на Овиум, но я понял отчетливо – воскрешения орка не утратили у нас силу. 
 
Так что он не опасен. Хотя все равно, несмотря на резоны, брать с собой малознакомого героя, было со стороны Дилморона ребячеством. А что уж говорить о Махоре! Баркидец готов рискнуть собственной шкурой ради любви к приключениям. Неужели Махор не понимает, что общество Дилморона сейчас – это смертельная опасность? Ох, не верю я в такую людскую наивность. Слишком тяжела будет за нее расплата. Нет, тут что –то кроется. Наш новый пассажир очень сильный боец, возможно – ровня самому Таргону, слава о котором гремит по всему Иггдрасилю. Он – постоянная угроза за спиной принца. Я боюсь за Дилморона и за себя тоже. Таргон, когда использовал все способы воздействия на брата, обреченно махнул могучей рукой:
– Ты волен в своем легкомыслии. Моя совесть чиста. Я сделал все, чтобы уберечь наследника Азмоэла от опасности извне, но не в силах защитить его от собственного авантюризма. 
– Остынь, кузен. Я верю Махору. И мне в дороге не помешает еще один острый меч, – так ответил молодой господин на сомнения Лорда Минотавра.
Этим и закончился их разговор. Я слышал его, притаившись в углу Зала Чаши, куда явился с докладом. В обычные дни владыкам нравилось наблюдать ужимки маленького Гонзо, когда он пытался объяснить им, сколько у нас выбывших и что нового сегодня произошло в Паялпане. А если случалось что – то очень важное, они посылали за Дорой или Хобтоботом.
Ночью я без сил лежал дома, в своей уютной келье. Казалось, ничто не способно было поднять меня на ноги до первой стражи. Но раздался грохот, и бедный маленький каптенармус подскочил на своем топчане. На полу лежала дверь. На двери стоял минотавр.
– Вскрыт внешний периметр. Инферналы прорвались сквозь первые врата. Общая тревога. Таргон взывает ко всем, кто способен держать в руках оружие.
Словно холодом зимней вьюги обметало мое лицо. Они здесь! Волна удушливой паники родилась где–то внутри, поднялась до горла, парализовала язык. В коридоре слышался топот десятков босых троглодитских ступней. 
Я бежал со всех ног и сам не понимал, куда несусь. Призыв Таргона захватил нас врасплох, поднял с места и заставил мчаться, сломя голову. Рядом пыхтел комбат Бурого батальона, его обнаженный тесак постоянно мелькал перед моим носом. Под потолком пронесся и словно бросил нас вперед рев хозяина фактории:
– На выручку!!! К Главным вратам!!! 
Мы вынырнули из–за поворота и сразу врезались в задние ряды наших бойцов. Впереди меня с Сокрушающим топором в мохнатых руках стоял Хобтобот. Я с разбега уткнулся ему в спину и только теперь понял, что у меня нет при себе никакого оружия. Ни меча, ни кинжала, лишь горготовы очки на зеленой голове. Зачем я сюда прискакал?! Хотел напугать врагов своим нелепым видом? 
От яростных боевых кличей, отчаянных воплей и стонов умирающих вибрировали стены. Строй троглодитов, вооруженных боевыми вилами, дрогнул и попятился назад под напором атакующих. Нам противостояли инфернальные демоны, коренастые и мелкие выродки Адского пламени. Их рослые собратья из Подземелья, наша регулярная стража, уже лежала на мраморных ступеньках, искромсанная кривыми, похожими на серпы, мечами. Через головы атакующих слуг Инферно, нелепо махая кожистыми крыльями, на плечи защитников Паялпана пикировали еретики. Эти странные создания с пунцовой кожей, смахивали на прямоходящих дворняг, обритых наголо. Они рвали зубами лица и шеи наших солдат. Еретиков поднимали на острия вил, полосовали тесаками, но они лезли и лезли вперед, на верную погибель. Где–то за спинами демонов выли и рычали церберы. В базальтовые своды били плазменные шары метателей и осыпали нас раскаленными искрами. 
– Дайте место! Задену!
Хобтобот потеснил могучими плечами авангард троглодитов и врубился во вражеские ряды. Его широкий топор сверкнул в отблесках факелов и описал полувольт, вспарывая на своем пути доспехи и плоть врагов. За ним в битву шагнула тень начкара минотавров – его заместитель Ноздрин. Этот бравый вояка с методичной деловитостью орудовал боевым молотом. Треск и звон демонских доспехов сопровождали каждый его удар.