Двергурим (СИ)
- О чем задумался, командир? – спросил Фред, ехавший с Аэсоном рядом с дварфом в хвосте отряда. – Скоро наша калитка, Тринадцатая.
- Уже? – рассеяно отозвался Дагна.
- Уже, - кивнул Фред. – Пора прощаться, командир.
- Вы не поедете со мной в Дуринфал? - спросил дварф, поглядев на егерей.
- Да мы бы с радостью за тобой хоть куда, но в наших пропусках значится «До Седьмой и обратно», - Фред достал из-за пазухи лист пергамента и показал Дагне. – Вот отметки с датами, видишь? Я в грамоте не силен, но нам объяснили, что тут записи обо всех наших движениях. Тут написано, что задачу мы свою выполнили, из Седьмой выехали, направляемся обратно к месту службы. Если поедем с тобой сейчас, нас с этим болтуном обвинят в дезертирстве и повесят, командир. Не серчай уж.
- Ну что ж, братцы… - вздохнул Дагна с некоторой досадой. – Благодарю вас за компанию! Передавайте всем мой пламенный привет!
- Сам передашь, когда вернешься! – хитро улыбнулся Фред.
- Почем ты знаешь, что я непременно вернусь? – удивился дварф. - Может, после Дуринфала я дальше на восток двину?
- Не, - отрицательно покачал головой охотник, смешно поджав губы и прикрыв глаза. – Точно через нас проезжать будешь, никуда не денешься.
- Да с чего такая уверенность?
- С того, что дальше, восточнее Тринадцатой, аккурат за Дуринфалом, река Фарад с гор течет и будто ножик долину режет, а километрах в десяти от Тарго она выходит в озеро. Река широкая, бурная и переправ на востоке никаких нет. Дварфы, не дураки, обозы водят мимо Дентстоуна, потом в Тарго, а дальше в столицу, потому и тебе не миновать в обратный путь тем же манером отправляться. А тут уж мы поджидать будем.
- Да, Фред… - усмехнулся Дагна. – Неужели забирался так далеко?
- Бывало всякое, командир, - ответил егерь. – Свой край надо знать крепко, если охотой промышляешь. Будь здоров, командир, и удачи!
- Бывайте, братцы! – дварф пожал руки товарищам и те, послав коней галопом, ускакали на север в сторону хорошо знакомого форта, где полным ходом шли строительные работы, и возводились новые укрепления.
К дварфу подъехал адъютант принца Альтара.
- Господин Дагна! Его высочество приглашает вас составить ему компанию и скрасить дорогу беседой!
- Сию минуту, сэр, - ответил Дагна, отвернув взор от Тринадцатых Врат и, перейдя на легкий галоп, обгоняя отряд воинов, пристроил свою лошадку рядом с принцем.
- Ваше высочество, - склонив голову, произнес Дагна. – Я к вашим услугам.
- Приятно слышать, господин Дагна, - одними уголками губ улыбнулся принц Альтар. – Говорят в Тринадцатой было жарко. Это так?
- Так, ваше высочество.
- Я знаю, что вы принимали участие в битве.
- Да, ваше высочество.
- И, благодаря вам, десятки мастеровых остались живы, это так? И можете не титуловать меня после каждой фразы, согласно придворному этикету, господин Дагна, иначе наша беседа непозволительным образом растянется и перестанет меня увлекать. Достаточно говорить «принц».
- Как пожелаете, принц, - почтительно кивнул дварф. - Это так лишь отчасти. Вовремя подоспела подмога.
- Что ж, - едва заметно хмыкнул принц Альтар. – Скромность придает подвигу истинный блеск. Что вы скажете об орках? Сильны ли они?
- Они были сильны, принц.
- Но не настолько, как вы и наши воины, не так ли? Вы ведь один уничтожили полтора десятка тварей и остались в живых.
- На все воля Зерора, принц.
- Вот как? Вы знали, что о вас уже начинают ходить легенды, господин Дагна?
- Его светлость граф Аргайл и его милость капитан Дилери что-то такое упоминали, принц.
- Сперва слухи о битве в лесу Неревальд, затем сражение в Тринадцатой. Это взбудоражило Дентстоун, господин Дагна. Дварф в одиночку способный на такие подвиги…
- При всем уважении, я был не один, принц.
- Это как раз неважно, господин Дагна. А важно то, что уже во всем Дентстоуне говорят о дварфе из Тринадцатой, который укладывает неприятеля как траву по росе. Ничто так не поднимает боевой дух, как герой.
- Слухам свойственно преувеличивать, принц.
- Бесспорно, господин Дагна. Слухи уже обрастают новыми подробностями. Говорят, например, что вы разрывали орков голыми руками и использовали их конечности, как оружие.
- Наверно мне стоит чувствовать себя польщенным, принц.
- Как вам угодно. Однако, если один дварф произвел такое впечатление на десятки тысяч людей Дентстоуна, то каков будет эффект от целого войска Дуринфала, явившегося им на подмогу?
Дагна на секунду замолчал, а затем спросил.
- Вероятно, вы очень хороший дипломат, если намерены убедить Совет Старейшин и короля вступить в войну, принц. Прошу простить мне мою дерзость.
- Вы абсолютно правы, господин Дагна. А потому мне потребуется ваша помощь в переговорах.
- Я по-прежнему к вашим услугам, принц.
- Что может повлиять на их решение и склонить чашу весов на нашу сторону? Помимо золота, доли в военной добычи и будущих привилегий в торговле. Об этом я и так осведомлен.
- Сперва мне хотелось бы посмотреть, что находится на другой чаше, принц. А для этого мне необходимо будет как следует осмотреться.
- Что ж, господин Дагна… Надеюсь, король Гэрин будет гостеприимен и не выгонит нас взашей до того, как вы… осмотритесь.
Глава 17
Путешествие проходило спокойно, разведчики, возвращаясь каждые четыре часа, чтобы отдохнуть самим и, прежде всего, дать отдых и корм лошадям, неприятеля не обнаруживали. Молчал и птицегляд.
Люди с опаской поглядывали на вздымающиеся к облакам пики горного хребта Утрагзора, протянувшегося с востока на запад, который тысячелетиями был негласной границей их мира. Но Дагне, как и всякому дварфу, дышалось вольготнее рядом с горами, а мысли его текли размереннее. Отпустив тяжкие думы о дальнейшей своей судьбе, его внутренний бесконечный диалог с самим собой прекратился, и он просто радовался дороге, весело попыхивая трубкой. С легкой ностальгией вспоминались мирные годы его жизни, полные открытий и свершений, любви и надежд. Щемящий сердце образ той, с которой его связывали узы, что крепче мифрила, превратился в светлую память о счастливом, хоть и кратком времени. Как бы там ни было, но прежде, чем отнять, именно горы дали ему все, о чем он вспоминал теперь с небывалой теплотой и, пусть и с давно позабытой, угловатой, но истинной и тихой нежностью. С удивлением, Дагна понял, что где-то в его душе все же есть уголок света и покоя, из которого ему, стоя в дверях их дома, улыбалась, весело подмигивая, его Фрея, и будто наяву слышал ее голос: «Приключения только начинаются!» Теперь, когда его путь обретал все более отчетливые очертания, обрастая новыми деталями, Дагна впервые за много лет смотрел в свое будущее без давящей на плечи, будто многотонный валун, тяжести.
На пятый день похода, отряд приблизился к межгорной впадине. Дорога заворачивала севернее, вглубь, и было очевидно, что Дуринфал уже рядом. Стоило миновать горный поворот в небольшую лощину, как взору предстали монументальные врата дварфийского королевства, вытесанные в ее дальнем отвесном склоне. Люди, впервые видевшие подобное, с восхищением и трепетом смотрели на открывшееся им архитектурное чудо. Невероятных размеров створки были покрыты искусными барельефами и тонкой резьбой клановых орнаментов, по бокам от ворот стояли погруженные в скалу огромные, с многочисленными бойницами, дозорные башни, стилизованные под дварфов-воинов несущих вечную стражу, а над входной группой, в самой высокой точке были высечены и залиты аргенитом сияющие руны на языке двергур: «Зерора волю свято чтим, им Дуринфал вовек храним».
- Сэр Фальстар, - обратился к своему адъютанту принца Альтар. – Время развернуть знамя, чтобы славный король Гэрин видел, кто пожаловал к ним в гости!
- Слушаюсь, Ваше Высочество! Отряд, стой!
Щелкнули начищенные бронзовые пряжки длинного свертка, притороченного к седлу сэра Фальстара, гордого от оказанной ему чести, и над отрядом взвилось темно-синее знамя Исгарда с золотым солнцем и звездами. Воины, склонив головы, поприветствовали символ своего королевства ударом кулака по левой стороне груди.