999999999 маны - Том 5 (СИ)

— Такое ощущение, что уже не надеешься, — настаивал я на своём.
Рубан пожал плечами.
— Эта штука способна обращать время вспять? А, Ротт? А мёртвых воскрешать она способна? Даже если мы сейчас встретимся с Тиной, даже если соберём её целиком и заставим работать — способна?
Я переглянулся с Элизой. Похоже, агент принялся хандрить всерьёз и надолго. Что ж, я знал способ, который мог бы подействовать на него.
— Ну, — спокойно отозвался я с равнодушным лицом, — добро пожаловать в мой мир.
Рубан резко затормозил — и уставился на меня в упор.
— Что? — отозвался я. — По момента, как это всё началось, я был обычным домашним мальчиком. Не опытным агентом с многолетним стажем, а просто… никем, причём никем, выросшим в тепличных условиях и не привыкшим ни к чему такому.
Рубан молчал, и я продолжил, глядя на него с кривой усмешкой:
— Мне тоже всё это было в новинку, Рубан. Смерти вокруг меня. Потеря близких людей. Предательства. То, что все вокруг хотят мной для чего-то воспользоваться, сделать переменной в своих хитрых планах.
— Ты правда думаешь, будто понимаешь, что я чувствую? — Рубан глядел на меня исподлобья.
— Правда, — подтвердил я. — Я потерял отца. Потерял свой клан. Весь мой мир — прежний мир, в котором я жил — просто исчез. А в новом… войны, скверна и Император. И я посреди всего этого, замешан во всём так тесно, что не выпутаться.
Секунд пятнадцать ничего не происходило; Рубан просто смотрел на меня, я — на него, не отводя взгляда. Первым сдался он, и, пробормотав что-то нецензурное, пустил машину полным ходом. Сильно веселее, конечно, не стал, но… что-то в его поведении всё же изменилось.
— Так что за условие поставил тебе Сато? — уточнила Элиза. Во время моего короткого диалога с Рубаном она молчала, не вмешиваясь, а сейчас решила разбавить тему. — Ты сказал, что он стребовал с тебя какое-то обещание, но так и не сказал, какое.
Я пожал плечами.
— Он не хотел, чтобы я говорил вам о нём. Лучше сейчас сосредоточиться на цели. Когда придёт время — сами узнаете.
Если честно, я понимал, почему Сато не хотел посвящать остальных в это дело. Рубан, кстати, может, и поддержал бы эту мысль, а вот Элиза могла и запротестовать.
— Кончайте трепаться, — спокойно и буднично оповестил Рубан, как будто ничего не было. — Приехали.
…вход в Арк теперь выглядел совершенно иначе — не таким, как я его запомнил. И дело было даже не в том, что, когда мы прибыли сюда в прошлый раз, стояла ночь, а сейчас был день. Просто… теперь тут и не пахло секретностью, укромностью. Вместо входа, замаскированного так, что, не зная, куда смотреть, его просто не найдёшь — нас ждала поляна, оцепленная красно-белой лентой, как на месте происшествия.
— Уверен, они и камер тут понаставили, — поморщился Рубан (хотя никто не заговаривал на эту тему). — Хорошо ещё, если внутри не караулят.
— А если и караулят — что с того? — заметил я. — Пошли.
Бункер, долгие годы считавшийся легендой, бункер, в существование которого не верили лучшие агенты разных стран… просто стоял, распахнув двери настежь. Как будто вся секретность, вся легендарность — всё это ушло со смертью его создателя. Было в этом что-то печальное и задумчивое.
Внутри был всё тот же полумрак; Рубан щёлкнул выключателем, освещая коридор.
— Интересно, что республиканцы вообще намерены делать с этим местом? — заметил я.
— Надеюсь, ничего, — Элиза бросила на меня сердитый взгляд. — Это собственность Альянса, и не хотелось бы, чтобы они и дальше вытирали о нас ноги.
— Это собственность Империи, госпожа Белецкая, — усмехнулся Рубан. — Империи, и только.
— Возведённая на территории Альянса.
Я пожал плечами.
— На данный момент это просто развалины, разве нет? Всё ценное вывезено, просто пустой бункер вдали от города. Было бы лучше, если бы он стал просто… остатком старых эпох, разве нет?
И Рубан, и Элиза скептически хмыкнули — так синхронно, что это выглядело, будто они сговорились.
Миновав коридор, мы шагнули было внутрь… И Рубан резко затормозил на пороге. Рука сама потянулась было к пустой кобуре (увы, КОБР и не подумали вернуть ему оружие).
 
— Эй, кто там? — сердито позвал он. — Хватит ныкаться в темноте, будь у меня пистолет — я бы уже выстрелил в вас.
Он оглянулся на нас — мол, что я говорил? Я сощурился, вглядываясь в две фигуры, стоящие вдалеке…
А затем Элиза щёлкнула выключателем.
— У вас нет пистолета, агент Рубан, — усмехнулась красивая, высокая женщина, спокойно шагая нам навстречу. — У вас нет пистолета — как нет и необходимости стрелять.
Когда я увидел, кто шагает вслед за ней… у меня опять перехватило дыхание.
— Вы! — Элиза дёрнулась, как будто её ударили током. — Снова вы…
Женщина покосилась на неё.
— Добрый день, Элиза.
— Вот только не надо… — девушка попятилась назад. — Вы пытались убить меня, и теперь…
— Мы пытались, — согласился мой отец, вышагивая по бункеру на металлических протезах. Со времени нашей последней встречи он обрёл… более очеловеченный вид, что ли? Не было такого ощущения, что смотришь на что-то несуразно-чуждое, мёртвое…
Впрочем, и с живыми людьми эту пару спутать было нельзя.
— Мы пытались, потому что ты отвергла наше предложение, — кивнула женщина. — Но сейчас ты на правильном пути. Ты поехала в Империю, чтобы спасти моего сына, Элиза. Мы с Алексом готовы дать тебе второй шанс.
Ч… что? У меня перехватило дыхание.
Облик матери… за те годы, что я не видел её, он почти стёрся у меня из сознания. Что-то усреднённо-прекрасное, иконизированное детским восприятием, не более. Но теперь всё медленно возвращалось мне в память.
— Мама? — тихо прошептал я, расширяя глаза.
— Это не твоя мать, Марк, — холодно заметила Элиза. Она прекратила отступать, но глядела на парочку с лютой ненавистью. — И не твой отец. Я знаю, о чём говорю. Моего отца они тоже сделали таким — осквернённым зомби.
— Тебе ли бояться скверны, Марк? — отец поглядел на меня. — После всего, что было? Что для тебя важнее: кровные узы или суеверный испуг перед неизвестным?
— Я бы послушал сейчас Элизу, Марк, — Рубан глядел на нас. — Тем более, что пришли-то, кажется, к тебе.
Слова застряли у меня в горле; все возможные эмоции, смешавшись воедино, образовали в голове невообразимый белый шум, из которого было невозможно вычленить что-то конкретное. Вопросы, упрёки, страхи и надежды…
— Долго ждали нас тут? — осведомился Рубан, проходя вперёд. Кажется, убивать нас прямо сейчас не собирались… и он решил немного подыграть гостям.
— Два дня, — кивнула моя мать. — Не страшно.
— А если бы мы не пришли сюда? — Элиза двинулась вслед за Рубаном, один я как стоял в проходе, так и остался там стоять. — Если бы поехали напрямую в Империю или ещё куда-то?
— Вы бы пришли, — возразила женщина. — Просто чтобы проверить. Я знаю своего сына. Это ведь была его идея, так?
Я молча указал на Элизу.
— Моя, вообще-то, — с милой улыбочкой заметила та. — Есть ещё вопросы.
Моя мать молча пожала плечами.
— Так ради чего такое упорство? — Рубан осматривал Арк. Отсюда вынесли всё мало-мальски ценное, оставив почти голые стены, но пустой контейнер от «Гьяллархорна» по-прежнему стоял в центре комнаты, сиротливо распахнув створки. — Зачем вы пришли? Хотели бы напасть — уже напали бы, значит, вы здесь не для этого.
— Какая проницательность, агент Рубан, — усмехнулся мой отец. — Нет. Мы здесь для того, чтобы помочь сыну.
— С-с-с чего мне вам верить? — речь медленно возвращалась ко мне, и я из последних сил пытался рассуждать логически. — Вы же заодно с Родионом.
 
— А кто тебе сказал, что Родион против тебя? — подняла бровь мать. — Мы на одной стороне, сынок. Ты знаешь, где твои враги и кто они. Люций, Дюбуа — вот это враги.
— Человек, закачавший в меня скверну целой страны — не враг? — почему-то такая наглая ложь отрезвила меня, как ведро холодной воды. — Человек, подставивший меня перед всей страной, сделавший преступником номер один, причём дважды — не враг?