999999999 маны - Том 5 (СИ)

Кивнув мне, Элиза первой направилась к ним; я двинулся следом.
— Есть какие-то успехи? — уточнил я у Тины.
— Сложно сказать, — та покачала головой. — Плохо, что мы не успели услышать инструкцию, так сказать, из первых уст.
— Но хоть что-то? — Элиза поглядела на неё.
— Хоть что-то — есть, — Лев Дюбуа продемонстрировал нам здоровенную пушку. — Того, что хранится в Арке, хватает для того, чтобы создать точечное оружие. Стреляешь по осквернённому — осквернённый гибнет.
— Значит, если достать то, что хранится в остальных двух тайниках…
— Сможем наносить удары по площади, — кивнула Тина. — Очистить столицу от скверны.
Я сжал зубы. Герберт Шраут не успел даже сказать, где именно находятся оставшиеся два тайника — а я самым идиотским образом упустил последний шанс спросить его об этом!
— Что это вообще такое? — Элиза покосилась на огромный шкаф.
— А кто его знает? — Дюбуа взялся за одну из створок. — Герберт говорил, какой-то сплав скверны с металлом, но теперь его уже не спросишь. Главное, чтобы получилось использовать его по назначению, иначе…
Парень слегка потянул створку на себя; щёлкнул магнитный замок — и…
Чёрт. Меня конкретно повело вбок. Уши резанул какой-то странный, нечеловеческий крик; споткнувшись, я упал на одно колено…
— Марк! Марк! — Тина бросилась ко мне; Элиза тоже поддержала меня.
— Почему всё лучшее достаётся не мне? — хмыкнул Дюбуа.
— Лев, закрой дверцу, — Тина обернулась на него. — Это из-за неё…
Закрыть?
У меня перед глазами всё ещё крутилось что-то… странное. Как будто человеческая фигура, но не монолитная, а исходящая помехами, как будто она была соткана из радиоволн или энергии. Именно она и издавала тот странный крик…
— Нет, приоткрой ещё, — попросил я, часто моргая.
— Марк, с ума сошёл? — Элиза уставилась на меня в изумлении. — Ясно же, что эта штука тебя убивает. Ты живёшь за счёт скверны, а она…
— С одного раза не убьёт, — заявил я уже твёрже, опираясь на одну руку. — Я что-то… видел. Но не успел понять, что это. Хочу снова…
— Уверен? — Лев Дюбуа захлопнул створку шкафа-саркофага, но всё ещё держался за неё рукой, готовый открыть в любой момент.
— Нет! — с жаром выдохнула Элиза. — Не вздумай…
— Открывай, — кивнул я.
Может быть, это просто видение повреждённого разума; галлюцинация. Но опыт научил меня доверять тому, что показывала мне скверна. До сих пор всё оказывалось… достаточно реальным.
Не обращая внимания на протесты двух девушек, Лев распахнул створку двери — не до конца, где-то на половину. Что ж, этого более чем хватило.
…слабость в теле сочеталось со странно звенящей ясностью сознания; мир вокруг меня померк, я не видел никого из окружающих, я уже находился не здесь — и вместе с тем я осознавал всё отчётливо и спокойно.
Чёрная, никакая пустота. И сущность, что бьётся здесь, как птица в тесной клетке. Скверну я узнал сразу; конечно, это была не та её часть, что маскировалась под милую старушку, жену Родиона, но, разумеется, похожи они были как две капли воды.
Всё, что издавала Скверна — это крик. Дикий, пронзительный крик боли, не смолкающий ни на секунду. Никаких слов, никаких осмысленных фраз — просто этот бесконечный вопль. Он звучал над всей этой пустотой, проникал в моё сознание, буквально кровоточил внутри меня.
Что бы ни сотворил Герберт Шраут с этим куском скверны, заточённым в Арке — она страдает. Его существование (жизнью это едва ли можно назвать — бесконечная, неостановимая мука на протяжении вот уже множества лет.
— Хочешь умереть? — я не перекрикивал Скверну, просто спокойно обратился к ней; сделать это было нелегко — её вопль вносил диссонанс в мои мысли, раздражал, как если бы кто-то водил железом по стеклу.
И всё же я знал, что она меня слышит.
— Тогда покажи, куда нам нужно дальше, — я смотрел на тёмную фигуру, корчащуюся в агонии. Странно, как тьма выделялась на фоне тьмы, но… здесь речь не шла ни о земной физике, ни о земной логике. — Скажи — и сможешь упокоиться в небытии. Ты ведь этого хочешь, так?
 
Новый виток крика едва не свёл меня с ума… а затем у меня перед глазами возникло что-то. Неясные очертания медленно плыли, я начал различать контуры стран, материков… кажется, это какое-то побережье. Морбрег — то место, где мы находимся сейчас.
Картинка перед глазами дёрнулась в сторону Республики. Кажется, Скверна знала, где остальные части, и готова была показать их мне…
…а затем всё прекратилось. Картинка перед глазами померкла так быстро, как будто выключили телевизор; всё тело резко ухнуло в яму слабости и противной, ноющей боли, во рту отпечатался металлический привкус крови…
— Марк… — доносилось до меня как будто через туман. — Марк, очнись, Марк…
— Я… тут, — смог выдавить я, чуть приоткрывая глаза. Перед взглядом всё плыло, но я различил лицо Тины. — Ещё немного, и я бы увидел…
— Ещё немного, и ты бы умер, — Тина кивнула рукой на Элизу. — А затем и она. У неё нет защиты от твоих взрывов скверны.
Я попытался пошевелиться; самоконтроль медленно возвращался ко мне, но всё тело болело, как после трёхчасового бега.
— Я одного не пойму, — заговорил Лев Дюбуа. — Почему эта штука не действует на нас подобным образом?
— Внутри вас нету скверны, — заметила Элиза, с тревогой косящаяся на пытающегося подняться меня.
— Очень даже есть, — возразил Лев. — Как, по-твоему, мы пережили всё это?
— Скверна внутри вас… — медленно выдохнул я, — защищает вас. Питает ваши силы… возможно, когда саркофаг открыт, они будут хуже работать или вообще исчезнут. Но она… не поддерживает в вас жизнь.
Дюбуа кивнул с умным видом и постучал по крышке саркофага.
— Как бы там ни было… тебе с нами сейчас не по пути. Тебе здесь просто опасно находиться.
Я огляделся по сторонам, прислушался к звукам удара, доносящимся из второй комнатки. Кажется, Рубан всё ещё продолжал своё чёрное дело.
— Да кому угодно опасно здесь находиться.
— Я не об этом, — отрезал Дюбуа. — И ты знаешь, что я прав. Нам нужно разобраться, как работает эта штуковина, понять, что делать с ней дальше и как её использовать. Но если бы будешь находиться рядом, Ротт — мы не сможем работать в полную силу. Станем всё равно что стреножены.
— Он прав, — кивнула Тина. — Вот только и уходить отсюда куда попало — не лучший вариант. В любой момент КОБР могут прислать ещё людей, и…
— Точно!
Мы все трое поглядели на Элизу с лёгким удивлением. Что за идея пришла ей сейчас в голову?
— Я запомнила ещё кто-что, — девушка кивнула в сторону двери, за которой находились Рубан и КОБРовцы. — Мы просматривали тот телефон наскоро, но… это я специально прочла очень внимательно. Ещё подумала — вдруг пригодится…
— Да что пригодится-то? — не выдержал Лев.
— Адрес местной явочной квартиры, — сообщила Элиза. — И тот факт, что завтра утром они должны были явиться туда и передать всю информацию… кому-то другому. Своему подкреплению.
Я поглядел на неё задумчивым взглядом. Конечно, Элиза не промах: только спаслась от одних КОБРовцев, а уже хотел лезть к другим. Но с другой стороны…
— Нам нужен Рубан, — определился я. — Без него я туда не полезу.
— Нужен для чего?
Хлопнула дверь, и я увидел, как Рубан шагает нам навстречу, вытирая руки какой-то тряпкой.
— Сказали что-нибудь? — Тина поглядела на него деловым взглядом.
— О, да, — усмехнулся Рубан, — очень многое. Свой стратегический запас ругательств я сегодня пополнил целой кучей интересных экземпляров.
— А из полезного? — Тина оставалась предельно серьёзной и собранной.
— Ничего, — поморщился Рубан. — Но время я провёл хорошо. Давно мечтал это сделать.
 
— Если от них больше нет пользы, предлагаю их прикончить, — Тина пожала плечами.
— Опасаешься, что сбегут? — Рубан покачал головой. — Нет уж. Не из моих узлов и не в таком состоянии. Пусть пока поживут, может, пригодятся потом на обмен — всё ведь только начинается.