Некурящий 5 (СИ)

Короче, совету мы последовали, плотно притворив за собой дверь.
Старик привычно закурил, глубоко затянулся и выдохнул.
— Во-первых, по результатам работы с показаниями Козака аналитики вышли на охранную компанию "Окулус".
Что-то знакомое резануло слух. Но раз уж я не смог вспомнить сразу, то полный анализ решил отложить на более позднее время.
А вот то, что нашли "гостей" — это здорово. Пан дюже не хотел их сдавать, даже с учетом того, что его наниматели попытались "зачистить концы". Он и не знал ничего толком. Однако если долго мучиться — что-нибудь получится. Мучился он, а получилось у нас. Записи нашей "викторины" мы передали аналитикам Конторы. Те по аговоркам, зацепкам или иным "крючкам" нашли название компании, нанявшей "диких гусей".
Как — даже знать не хочу. Особенно в свете закона, запрещающего обнародовать методы работы спецслужб. А гадать... Как говаривает по сей день один мудрый человек, никогда не знаешь, сто в этом случае страшнее: угадать или не угадать. Ведь самая страшная штука в определенных системах: знать то, что тебе не по чину. Простейший пример времен ВОВ. Мне его лично рассказал человек, в те времен молодым бойцом несший службу в рядах НКВД. Аэродром они какой-то дюже секретный охраняли, где то ли что-то испытывали, то ли еще что-то этакое. Так приятель его водилой работал у местного полковника работал, что за режим отвечал на объекте. И вдруг ему шепнули из канцелярии, что его в отпуск отправляют с такого-то числа. А он возьми, простая душа, да и переспроси у начальника. Дооолго его потом следователи мотали с вопросом "А откуда ты это знаешь?". Все что касается личного состава на подобном объекте — секретно.
Короче, он эту историю пережил. В смысле, ему вполне очень серьезные меры вплоть до "вышака" светили. А все ж таки даже службу продолжил, хоть и аукалось ему эта история еще долго. А приятель-доброохот... Нет, никаких топотом сапог и страшных задержаний. Он просто пропал. Перевели ли, аль еще по какой причине — никто не ведает. Чудом избежавший "вышки" водитель о том не спрашивал НИКОГДА. Хотя того самого полковника еще два года потом возил.
Вот так вот.
— Отлично. — Спокойно ответил я. — Есть конкретика.
Старик кивнул.
— Теперь о нехорошем, — негромко сказал он. — Организация хоть и находится под управления некоего Шулько Геннадия Петровича, но плотно аффилирована с Пархоменко Николаем Михайовичем.
Секунда на путешествие по аналам памяти. Вспышка. Вроде совсем недавно было, но столько событий минуло с тех пор, что я о нем уже и позабыть успел.
"Сууууука, вот ты где всплыл-то!", — пронеслась мысль.
— Значит, не успокоился? — Уточнил я, имея ввиду, что кое-кто мне пообещал, что попытки меня на тот свет наладить Господин Олигарх оставил.
Более того, я даже не стану задаваться вопросом, как всплыл некий дяденька, который по заявлению все того же Олегыча "утонул". 
— Тут... Все сложнее. — Протянул старик, краем глаза отслеживая мою реакцию.
Правильно. Вообще-то, право на злость я имею. Более чем. Понятно, что стопроцентную гарантию в таких ситуациях не даст никто, но очень получается, что продолбалась со своими обещаниями именно Контора. Однако истерить я был не намерен.
— Рассказывай. — Просто потребовал я.
— По теливизору слышал что говорят? — Неожиданно начал старик вздохнув. — Олигархи все из страны тащат и гнать их надо поганной метлой?
Хмыкаю. Да регулярно слышу подобный бред. И вовсе не потому, что не тащат все что плохо приколочено.
— Есть в этом доля истины, — продолжил рассказчик. — Явление не столь массовое, как его подсвечивают, но есть, чего уж там...
Киваю еще раз, ограничившись кивком головы. Услышал, мол.
— Так вот, "на балансе" Пархоменко несколько серьезных производств, завязки на оборонзаказ по одной из линий, активное участие в поддержании жизнедеятельности экономической системы страны. Не может быть столь масштабное "явление" исключительно плохим или исключительно хорошим. Оставь эти сказки для младшей ясельной группы детсада.
 
Очередной кивок.
— Однако допустим, что подобный персонаж совсем уж заносит... И как быть? Изъять так просто не получится. Хотя бы потому, что встанут заводы, жизнедеятельность которых во многом обеспечена его личными договоренностями, прервутся многие необходимые государству процессы. Не говоря уже о том, что целая плеяда его "коллег" завопит о притеснениях со стороны властных структур и... Это будет дорого стоить. В том числе и простым людям. Возьмем, например, его верфи. Даже государству. Что уж говорить о простых людях в случае, когда, например, завод работает исключительно потому, что имеет возможность продавать товар его дружку... А, не важно это тебе. А это две тысячи человек. Которые моментально окажутся на улице. Ну, возьмет на себя государство управление этой структурой... И что? Кому товар-то поставлять будут? А это серьезное социальное напряжение в рамках, одного небольшого города. И таких вопросов десятки завязано на одном только Пархоменко, понимаешь?
Понимаю. И грохни он меня еще до того как завертелась вся эта канитель с сотрудничеством, и... Ничего. Даже если бы были неопровержимые доказательства. Высшая, черт возьми, необходимость. Да, если бы потом было решено, что он совсем уж "заигрался", то... Тоже ничего. Началась бы долгая и кропотливая работа по перехвату рычагов управления, отсечения социальных связей, локализации и минимизации будущих потерь. Дело на месяцы. А, может, и на года.
И только потом этого персонажа бы изъяли. Причем, далеко не факт что в тюрьму. Вполне возможно, что всех бы устроило, если бы он просто отошел от дел в счет погашения прошлых грехов, например.
В этом смысле и высказываюсь.
— Верно, — кивнул Олегыч. — И этот персонаж заигрался. Давно уже. Работа идет несколько месяцев и... Все равно его "изъятие" дорого обойдется стране. Да и он не дурак. Все прекрасно понимает. Просто считает, что ему хватит чуйки успеть сесть в свой частный джет, чтобы улететь в один конец до того как какой-нибудь "пьяный зенитчик" получит команду на "случайный пуск" ракеты по его борту. Однако сейчас он лавирует, сбрасывает непрофильные структуры, понемногу теряет людей и старается не отсвечивать.
— Чего ж не свалил еще? — Хмыкнул я.
— Ему же надо доказать нашим "паааартнерам" заднеприводным свою лояльность, чтобы прожить остатки жизни хотя бы в относительной сухости и комфорте.
Приподнимаю бровь. Вопросительно.
— А ты вспомни хоть одного олигарха нашего, что уехал туда насовсем, и умудрился сохранить свое состояние. Большая его часть изымается за право оставить себе остальное. Нет, есть те, кто еще живут и "необезжирены", но они до сих пор ведут большую часть своей деятельности в России, а потому их до поры и не трогают. Однако "спокойная старость" где-то там стоит баснословно дорого.
— Вернемся к Пархоменко.
— А давай! — Согласно кивнул старик. — Начет тебя и твоей семьи его предупредил Куратор лично. И тот выразил полное согласие забыть о... Некоторых своих планах.
Помолчали недолго.
— И что же пошло не так?
— Кто-то или что-то заставил его передумать. — Пожал плечами старик. — Даже не так. Судя по всему, он получил задачу достать информацию о нашем предприятии. И когда встали всплывать персоналии, наткнулся на твое имя. Судя по всему, он предпочел совместить приятное с полезным.
Еще немного тишины. Собеседник прикурил следующую сигарету. Уже третью по счету.
— Амеры, бритты, европейцы? — ПОинтересовался я почти равнодушно.
Старик поморщился. Будто я глупость спросил на уровне детсада.
— Там не все так просто. Скорее, представители интернационального капитала, которым выгодно сохранение нынешней мировой финансовой системы через прокачку ресурсов Алора. Они этим вполне активно занимаются. А тут выясняется, что "эти русские" уже в еще один мир залезть собираются и параллельные структуры на алорском направлении создают... Непорядок.