Глазами пришельца (СИ)

— Спасибо, Тимофеич, — Рад спрыгнул с телеги.
— Спасибо на бутерброд не намажешь, — хитро сощурил глаза старик и, увидев, что пассажир сунул руку в карман, поспешно продолжил. — Да нет, это я так, к слову. Будет случай — сочтёмся.
***
Рад достиг берега красивого озера, которое небесно-зеленоватым полумесяцем охватывало подножие скалистой горы. Аккуратно сложив одежду под кривой берёзой, опустившей свою крону в медленное течение, Рад быстро поплыл, рассекая ленивую поверхность мощными взмахами рук. Оказавшись у скалы, за которую цеплялась кривая сосна, сделал глубокий вдох и нырнул, показав напоследок дневному свету синеву своих плавок. Круги разошлись по поверхности. Вода успокоилась. Рад достиг дна и, отыскав вход в пещеру, замаскированный выдающимся из скалы каменным козырьком, поплыл по круглому тоннелю, придерживаясь рукою за стенку. Вскоре тоннель взмыл вверх и стал сухопутным. Выбравшись из воды, пловец некоторое время тщетно пытался пронзить взглядом тьму. Вдруг тоннель осветился мягким голубоватым светом. Впереди стоял Солт в своём неизменном чёрном одеянии.
— Хорошо ориентируешься под водой, — похвалил он.
— Думал, мы уже никогда не встретимся, — Рад обрадовался, но виду не показал.
— Надо же было проинструктировать тебя в последний раз. Я был уверен, что ты попытаешься проникнуть сюда. Ради любопытства.
— Если был уверен, то мог бы просто переместить, а не заставлять добираться на перекладных.
— Путешествуя, ты получил неплохой опыт, — Солт пошёл в глубь пещеры. — Это единственный не защищённый вход в ловушку времени. Есть ещё несколько входов, имеющих сложный механизм отодвигания и опускания дверей, замаскированных под горную породу. Везде требуется код, хоть и несложный.
Солт остановился. Впереди продолжал тянуться такой же однообразный тоннель.
— Ещё шаг вперёд, и время остановится, — Солт указал на невидимую границу. — Дальше вечность. К сожалению, такие события, как посещение Земли иным разумом, не повторяются в параллельных и тем более альтернативных мирах. Остаётся только догадываться, какая трагедия разыгралась здесь почти миллион лет назад. Но пришельцы, я назвал их Великими Путешественниками, были на очень высокой стадии развития. Их механизмы действуют до сих пор. Непостижимо как. У землян даже далёкого будущего ещё нет таких технологий. Складывается впечатление, что внутри ловушки живёт некий живой энергетический организм, который контролирует и питает ловушку. Придя к такому выводу, я попытался связаться с ним, но безуспешно, хотя по природе своей он должен быть похожим на меня. Предположу даже, что у нас одинаковые предки. Но по степени развития, они значительно превосходят нашу цивилизацию. Намного компактнее, что позволило уместиться в тесном пространстве пещеры и намного могущественнее. Я могу лишь убыстрить или замедлить ход времени, но остановить его и удерживать на протяжении миллиона лет — не в состоянии. Откуда только он получает энергию? Возможно, подпитка идёт из недр Земли. Но этого питания явно не хватает. Я заметил, что входные механизмы начинают работать только после хорошей грозы. Хотя вполне возможно, что ловушка не связана с запорными устройствами, и молнии подзаряжают какие-нибудь аккумуляторы, ответственные за работу «дверей». Но тогда эти аккумуляторы работают на последнем издыхании. Их заряда хватает лишь на то, чтобы один-два раза открыть и закрыть вход в ловушку. А когда долго нет грозы, механизмы перестают действовать.
— Леденящий страх раздирает меня изнутри, — признался Рад, пытаясь унять возрастающую дрожь. — С трудом сохраняю контроль над собой.
— Низкочастотное излучение. Я специально установил его здесь для отпугивания нежелательных гостей и диких животных, — с долей участия сказал Солт. — Мой биоскафандр тоже испытывает некоторый дискомфорт. Излучение воздействует только на тех, кто пытается проникнуть вовнутрь. Выходящие из ловушки его не ощущают. Давай вернёмся к воде.
Едва они начали удаляться от границы, дрожь исчезла. Рад вздохнул свободнее.
 
— А почему думаешь, что здесь разыгралась трагедия? — поёжился он, но уже от сырости.
— Предполагаю, — поправил Солт. — По всей видимости, это была очень далёкая экспедиция. И неудачная. Великие Путешественники застряли на этой планете. Надеялись на помощь. Но помощь могла прийти слишком поздно. Вот и создали это устройство. Заморозили время. И дождались своих. А может, и не дождались. Иначе чем объяснить, что это устройство не демонтировано? Оставлять его другому миру просто неэтично.
— Миллион лет назад и мира-то никакого не было. Разумного.
— И это говорит бывший археолог! — Солт неожиданно рассмеялся. Смех глухим эхом укатился в глубь горы. — А если я скажу, что уже тогда на Земле существовала цивилизация, по своему развитию не уступающая Великой Римской империи? Но и эта империя лишь жалкий осколок ещё более могущественной цивилизации, которая погибла в результате мирового катаклизма?
— Сказать, конечно, можно, — не поверил Рад. — А где доказательства?
— Они есть. Надо только их искать, а не отрицать очевидное с завидным упрямством. В вашем мире НЛО — признанный факт. В этом — он на грани догадок и мистики. Я столько наследил на Земле, что пытливый ум давно вычислил бы результаты моей деятельности. Но никто не знает обо мне, кроме тех, кого я сам посвящаю в тайну своего существования. Для остальных этого не может быть, потому что этого не может быть. Вот такие парадоксы.
— И что я должен делать с этим? — Рад указал рукой за спину.
— Пока ничего. Тешу себя надеждой, что хозяева когда-нибудь дадут знать о себе. Так хочется встретиться с ними. Но, боюсь, этого не произойдёт. Слишком далеко они должны были уйти в своём развитии за это время. И ушли, по всей видимости. Только вот куда? Скорее всего, растворились во времени и пространстве.
— Но если в ловушке никого нет, то это значит, что они уже появлялись. Забрали своих и улетели.
— Это в том случае, если потерпевшие бедствие дожидались их в этом устройстве. А если они всё-таки вышли к людям? Биологические законы Земли не действуют на чуждый организм. Представляешь, сколько лет могли прожить пришельцы, периодически уединяясь в ловушке времени? У них, наверняка, были точные расчёты. Они знали, что минута, проведённая в ловушке, например, равна месяцу, или году за её пределами. Учитывая их могущество, такие долгожители способны были захватить власть на Земле и создать великую империю. Дела государственные постепенно отняли у пришельцев возможность продлять свой век с помощью ловушки. И время взяло своё. Великие Путешественники вымерли, а вместе с ними перестала существовать и империя. Мы появились здесь по вселенским меркам относительно недавно, а эта ловушка существует около миллиона лет и только в одном мире. Она не разделяется и не копируется. В других мирах на этом месте обычная гора, к которой тоже ходят местные жители. Но их привлекают не пещеры, а скит. И легенды там другие.
— Могу ли я стать долгожителем? — поинтересовался Рад.
— Для этого необходимо знать, чему равна минута, проведённая в ловушке. И как она измеряется. Я не знаю. Хотя проникал туда несколько раз. Единственное, что успел понять, — это то, что время там зависит от движения. Чем активнее себя ведёшь, тем меньше разница с наружными часами. А стоит остановиться — и мир замрёт.
— Жаль. Такая перспектива открывалась, — улыбнулся Рад. — Запутался в жизни, скрылся в ловушке, дождался, пока все свидетели твоих ошибок умерли и снова в свет.
— В какой роли? Чем умнее становится человечество, тем труднее внедряться в его ряды.
— Знаю. Сам из мира тотального контроля, — вздохнул Рад.
— К тому же я не уверен, что ты — чуждый организм. Пусть из параллельного мира, но Земля-то одна. И сейчас твои биологические часы тикают в такт с этим миром. Люди, проведшие в ловушке значительное время, практически не изменяются внешне. Но когда покидают её, их внутренние часы начинают сумасшедший бег, пока не догонят общепланетное время. Наступает быстрая старость, или смерть. И иногда смерть настигает человека настолько стремительно, что его тело рассыпается в прах. Люди — дети планеты Земля. И биологические законы не позволят им жить дольше отмеренного природой.