Глазами пришельца (СИ)
— Знаю, — чему-то обрадовалась Дина. — Бардак по всей стране! В этом плане мне крупно повезло с Виктором. Ему зарплату вовремя выдают.
— А где он работает? — поинтересовалась Вера.
— В одной очень солидной фирме, — уклончиво ответила Дина и хвастливо воскликнула: — Его шеф нам на свадьбу квартиру подарил!
— Вот здорово! — обрадовалась за подругу Вера. — Можно будет потом на Красноярск обменять.
— В Красноярске подарил! — Дина светилась от счастья. — И Витя теперь тоже в Красноярске работает. Вместе с шефом сюда переехал. И как мне было медлить со свадьбой? Это в Назарово Витя скромный до девок, а в Красноярске столько возможностей! Проститутки размножаются, как на дрожжах! Объявления уже в газетах в открытую печатают! И куда наше правительство смотрит?
— В газету, — рассмеялась Вера.
— Всё может быть! — прыснула Дина. — Им-то зарплату, наверняка, вовремя выдают и деньгами.
— Значит, ты счастлива? — Вера подсела к подруге.
— На все сто! И бандитов теперь не боюсь! Витя меня от кого хочешь защитит! — уверенно заявила Дина и вдруг спохватилась. — Ой! Меня же машина внизу ждёт. Я на минуточку заскочила.
— На такси разъезжаешь?
— Да нет, друг Витин согласился по городу повозить, — и не удержалась похвастаться: — А скоро и у нас машина будет! И не наша совдеповская, а японская! Витя уже во Владивостоке заказал.
— Где бы мне такого мужа найти? — улыбнулась Вера.
— Это запросто! — загорелись глаза у Дины. — Друзья у Вити молодые и почти все холостые. Найдём жениха — закачаешься!
— Нет, уж мне кого-нибудь попроще, — рассмеялась Вера.
— Это ты зря! — не согласилась Дина. — Простых мужиков вокруг пруд пруди. Только, кроме простоты, у них сейчас ничего и нет. Семью прокормить не могут. Одни жалобы на перестройку. А судьбу надо брать в свои руки, как мой Витя! Эх, жаль, я в медицинский поступила! Но кто же знал, что медики в нищих превратятся? Разве у них сейчас зарплата? Это больше на пособие по безработице похоже. Но я после института своё дело организую. А что, здоровье денег стоит! Пусть раскошеливаются, кто может.
— А кто не может?
— Тех пускай государство лечит, раз довело до такого состояния, — Дина взглянула на часики, которые в виде медальона на золотой цепочке висели на шее. — Опять болтаю что попало! Никак до дела добраться не могу. У Вити в субботу день рождения. Ты же на моей свадьбе не была, вот и посидим, погуляем. Не против?
— Даже не знаю. Там же все незнакомые будут, — неуверенно сказала Вера.
— А я? Тебе меня мало?
— Ты с Витей будешь.
— И к тебе кто-нибудь подсядет, не волнуйся. Мы уже банкетный зал откупили в ресторане. Так что соглашайся без разговоров! И подружек с собой захвати!
— Каких подружек? — подозрительно посмотрела Вера.
— Ну, из группы, — Дина невинно захлопала ресницами и указала на ещё две кровати, стоящие в комнате. — Или соседок.
— Хорошо, я подумаю, — Вера стала серьёзной. — А сама почему не пригласишь?
— Мне некогда! — рассмеялась Дина и подскочила. — Я эту неделю прогуляю. У меня медовый месяц никак не закончится! Ну, я побежала. Не забудь: начало в семь часов! Я ещё заскочу. И не волнуйся: увезём и привезём! Кстати, знакомого встретишь.
— Это кого же?
— Романа помнишь?
— Какого Романа?
— Ну, Лужского!
— Анжелики Юрьевны сына?
— Уж не знаю, чей он сын, но тоже одно время в вашем Луганово жил.
— Сто лет его не видела.
— Вот и увидишь. Надменный парнишка. Пальцы веером гнёт.
— Не он ли шеф Вити?
— Нет, — Дина отвела взгляд в сторону. — Но тоже важный какой-то. Вроде своя фирма у него. Я ещё толком в их структуре не разобралась. Ну, до встречи. Побежала.
— Подожди, — вспомнила Вера. — Артём просил тебе деньги передать. Всё-таки больше месяца в больнице проработала.
— Оставь их себе, — махнула Дина, но всё же на миг задержалась на пороге, решив удовлетворить своё любопытство. — Как он там?
— Никак, — пожала плечами Вера. — Уехал в неизвестном направлении.
— Да, мало ли что дурачку на ум взбредёт, — вздохнула Дина. — Хотя некоторые друзья Витины — такие дебилы, что Артём среди них за гения мог бы сойти!
— Не дурачок он! — попробовала заступиться за Артёма Вера, но Дина уже выпорхнула из комнаты, держа ветровку в руке. Видимо решила продемонстрировать своё платье в коридорах общежития. Вера подошла к окну. С высоты восьмого этажа открывался вид на соседнее здание, с торца которого находился городской морг. Сюда привозили покойников и отсюда же их увозили либо домой, либо сразу на кладбище. Цепочка смерти была бесконечной, как и скорбь родственников и знакомых покойников, постоянно меняющих друг друга перед моргом.
Вера вздохнула и перевела взгляд на небо. Здесь оно ближе. Ровно на восемь этажей. Сегодня облака, пропитанные влагой, опустились на город, с трудом удерживая свою ношу. Сбросят ли они мокрый груз на пыльные улицы, или унесут вниз по течению Енисея? Никто не знает. Прилегла на кровать. Мысли — то тягучие, то обжигающе быстрые — мешались в голове, пока не убежали за горизонт, к Красноярскому морю, в районный центр. Где ты, Артём? Взял с неё клятву, а сам растворился на просторах России. А ей что делать? Ведь смогла убедить себя, что и с ним может быть счастлива. А счастье продолжалось всего одну ночь. И вот пришла расплата. Почему такая несправедливость? Почему человек не может быть счастлив всегда? Нет, обязательно за минутами блаженства последует боль. Впрочем, боль вся впереди. А вот стыд и унижение уже испытала. Вспомнились слова врача, к которому обратилась по поводу тошноты и рвоты.
— Допрыгалась, девочка! Думать надо, прежде чем ноги раздвигать перед кем попало!
Сколько злорадства прозвучало в её словах! Да разве она перед кем попало? Ведь по любви!!! И всего один раз. А смотрят как на проститутку. И сколько ещё смотреть будут? Найти бы Артёма. Но где искать? Решать надо самой. Давала клятву ждать? Давала… А что если Артём всё-таки больной? Что если уже забыл её, как забыл в своё время Людмилу? И живёт где-нибудь, наслаждаясь радостями жизни? А много ли радости надо дурачку? Если верить Людмиле, то немного. Главное, еды побольше. Вспомнились слёзы женщины, когда выписывалась из больницы. Чуть ли не на колени падала перед Артёмом. Но он остался непреклонен. Пришёл и честно сказал «прощай». А ведь мог спрятаться. Отсидеться в укромном местечке. Не похож он на сумасшедшего. За свои поступки готов отвечать. И истории такие странные рассказывает. Какая загадка внутри его? А что, если он и в самом деле из другого мира? И не исчез вовсе, а вернулся домой? И не придёт никогда! И что ей в таком случае делать? Страшное слово «аборт» всё чаще врывалось в сознание. И перед ним Вера чувствовала себя беспомощной и беззащитной. Впереди вся жизнь. Впереди ещё год учёбы в институте. И так родителям с трудом даётся каждый рубль, посылаемый сюда. А подрабатывать нет смысла. Либо совсем не платят ничтожную зарплату, либо пытаются рассчитаться вещами. Вера погладила плоский животик. Пока ещё ничего не заметно. Но пройдёт всего месяц или два, и уже не скроешь позор. Дитя любви приходится называть позором! Какая несправедливость!
***
— Садимся, девочки, садимся! — Роман крепко обхватил стан Веры. Даже чересчур крепко. Так сдавил, что вызвал тошноту. И, чтобы скорее избавиться от навязчивого кавалера, девушка нырнула на заднее сиденье такси. За ней со смехом завалилась румяная от выпитого вина Настя — соседка по комнате в общежитии. Она так напилась, что никак не могла распрямиться, застряв в тесном салоне. И её, радостную, пришлось утрамбовывать Лёшке, другу Вити, который вызвался проводить весёлую подружку домой. Роман упал на переднее сидение.
— Перекрёсток улицы Ленина и Горького, — коротко скомандовал водителю.
Такси тронулось с места.
— Нам в другую сторону! — встревожилась Вера. — К медицинскому институту!
— Успеется, — Роман повернулся назад и потянул руку к обтянутым джинсами ножкам девушки. — Посидим у меня дома, чайку попьём, телевизор посмотрим.