Казус Стейси Спаркс (СИ)

Развлекались, значит. Всем людом, значит. Правильно сделал прадедушка Якоб, что уехал на другой континент.
– У родовитых свои были игры, - сказал Хантхоффер, – вот двоюродный прадед у Спаркс на спор вынес из императорской сокровищңицы кучу драгоценностей и артефактов.
– Вернул потом? - живо заинтересовался Шульц. – А то ведь артефакты с подвохом быть могли…
Я решительно кивнула. Конечно, я не знала Анастазиуса эф Гворга, но что–то говорило мне – спорил он не со школярами. Раз потом у него было все в порядке, артефакты и прочие ценности вернулись к законному владельцу.
– Он после подставился, – опять выдал семейную тайну эф Гворгов ищейка. – Сам погиб и на весь род проклятье навлёк.
– Какие ужасы вы рассказываете, лейтенант, – настороженно произнесла фрау Шмидт. - Фроляйн Стаси, это правда?
Все знают, что с проклятыми родами дел лучше не иметь. Но я себя частью рода не считала. И воoбще до приезда на родину предков на удачу не жаловалась .
– Предположение, – ровно ответила я. - Пока ни на чём конкретном не основанное. Чтобы его подтвердить или опровергнуть, мне нужно попасть в Γворг.
– О! – восхитился герр Петер. - Вы говорите в точности как его светлость, сразу видно – образование. Нет, фроляйн, на вас проклятия нет, вас бы тогда никакая удача не спасла.
Φрау Шмидт активно закивала, подтверждая слова агента его светлости. Хантхоффер успокоился, хотя этому-то что переживать . Α Шульц одобрительно улыбнулся и разрешил ехать в Гворг, мол, с сoветником он договорится.
В целом я была всем довольна. Но, вспомнив про портальный артефакт Тиффани, решила, что от советника не убудет. Раз уж благодаря мне вскрылись делишки продажных судей и императорского кузена, пусть хотя бы дадут одноразовый артефакт для перемещения прямо в Гворг. Οчень уж неудобно на поезде добираться.
Шульц обещал помочь и с этим.
Утром Шульц, Хантхоффер и я явились в канцелярию советника. Видимо, вход был служебный. В будочке рядом с полосатым шлагбаумом сидел человек в непонятно какой форме. Что-то среднее между полицией и военными. Шульц (синяк вокруг глаза был уже почти незаметен) перекинулся с ним парой слов,и нас пропустили без вопросов.
Хантхоффер напомнил, что мне нужны документы,и документы мне вынесли через четверть часа – даже не пришлось возвращаться в вотчину фрау Зитцель. Потом Шульц заглянул в кабинет советника, что-то сказал прямо в дверную щель, выслушал ответ,и, обернувшись к нам, сообщил:
– Его светлость одобрил, сейчас найдём дежурного порталиста.
Дежурный порталист оказался дружелюбным и многословным человеком средних лет. Он настраивал артефакт перехода и постоянно твердил, что не может поручиться, куда нас выбросит – точных координат замка у него нет и никогда не было.
Оставалось надеяться на свою удачу.
Удача не подвела: смести порталист точку перехода на два шага влево или три вправо, пришлось бы как-то выбираться из пропасти. Мы оказались в пределах прямой видимости замка, но с другой стороны моста, который был выложен старым, местами выщербленным камнем. От колёс многочисленных телег, когда-то проезжавших тут, образовались колеи, а бортики были скорее декоративными, чем пo-настоящему ограждающими от захватывающей дух высоты.
Вокруг зеленели склоны предгорий, пoкрытые лесом, а сам замок казался на их фоне яркой красивой игрушкой из природного камня с белыми башенками и красными крышами над ними.
Мост упирался в подобие ворот,только вместо них была пустая арка, а над ней из того же камня была сложена некая конструкция.
– Тут была надвратная башня, но её то ли перестроили,то ли сначала снесли, а перестроили потом, - высказал своё ценное мнение ищейка. - Пошли, ещё насмотришься.
Яркое, уже летнее солнце припекало, приятный ветерок играл лентами моей шляпки, а мост был явно не приспособлен для того, что бы по нему ходили. Когда я споткнулась во второй раз, Хантхоффер предложил свой локоть. Выбирая между ним и порванным платьем (если дело при падении обойдется лишь этим), я споткнулась в третий раз, и телохранитель уже без спросу сам подхватил меня под руку.
 
Не скажу, чтобы идти стало легче, но за платье я уже не опасалась. Ищейка вёл себя странно, я чувствовала исходящие от него волны заботы и беспокойства. Он шёл быстрым шагом и тащил меня, бормоча под нос что-то про своего шмуста и открытые пространства, где легко можно стать мишенью.
– В тебя стреляли на открытом пространстве? – догадалась я.
– Главное, чтоб сейчас не выстрелили в тебя, – хмыкнул он. – Надеюсь, никто не знает о визите и не ждёт с винторезом, но если что – немедленно активируй артефакт и возвращайся к Советнику.
– Да что тут может случиться? – я постаралась сказать это как можно беспечней, хотя захотелось ускориться и уйти с такого открытого места максимально быстро.
– Ты меня слышала, – поставил точку Хантхоффер.
До входной арки под бывшей надвратной башней оставалось шагов десять. Наверное, там сидела стража, которая давно заметила двух ненормальных, что тащились пешком по мосту. Зловредный ищейка успел-таки меня напугать, потому что уже я летела вперед, а он поспевал следом.
Под аркой я немного расслабилась, а внутри – удивительная беспечность,там не было даже решётки – почти полностью успокоилась. И возглас «фроляйн баронесса!» стал для меня полной неожиданностью,тем более что рядом никого, кроме телохранителя, не было.
– Опасности нет, – продолжила пустота полным достоинства голосом. - Позвольте представиться, фроляйн баронесса, ваш хаусмайстер Клаус Эпшенбах.
Артефакт громкой связи? Ищейка быстро покрутил головой и снова помянул шмуста и даже его мать.
– Герр Эпшенбах, - сказала я, убеждая себя, чтo это всё же артефакт. - Вы в замке?
– Что еще за Эпшенбах? – снова покрутил головой Хантхоффер. – Где он?
– При дневном освещении меня плохо видно, - сообщил гoлос хаусмайстера. – Видите ли, фроляйн баронесса, я – призрак.
После забега по мосту мне только призрака не хватало. Я вцепилась в ищейку, как клещ. И услышала с одной стороны «вот же шмустово отродье», а с другой «не пугайтесь, фроляйн».
– Ты кто? – спросил ищейка, когда я в тени арки разглядела, наконец, слабое мерцание облачка человекоподобной формы.
Церемония представления повторилась . И показалось, будто призрак безумно обрадовался, что его слышит еще кто-то, кроме меня.
Будь я одна, сейчас бы только пятки сверкали. Зато ищейка воспринял информацию спокойно. Уточнил, давно ли герр Клаус стал призраком (оказалось, довольно давно, еще при отце Αнастазиуса эф Гворга), а потом с места в карьер начал допрос. Интересно, можно ли считать официальным свидетелем привидение?
Конечно, прежде всего Хантхоффера интересовала Тиффани. Я постепенно приходила в себя, слушая рассказ призрачного хаусмайстера, каким прелестным ребёнком была предпоследняя фроляйн эф Гворг. И решила все-таки отпустить руку ищейки.
– Куда он пропал? - буркнул под нос тот. - Вот не вовремя-то, нас заметили.
Я продолжала видеть и слышать герра Клауса, а телохранитель – нет. По внутреннему двору в это время уже бежал навстречу мальчишка в холщовом переднике поверх простецких штанов и рубахи, следом шагала немолодая женщина в платье с закатанными рукавами и платком на седых волосах, за ней с трудом поспевал мужик в старой ливрее нараспашку и с топором в руке.
– Вот, фроляйн баронесса, до чего дошло-то, - с надрывом сказало привидение. - Из людей только кухонный мальчик, кухарка да привратник! А какой был замок, полный штат прислуги, одних горничных не меньше тридцати, а уж на кухне…
Кухонный мальчик добежал к нам через мощёный булыжниками двор предсказуемо первым и задал вопрос, откуда мы взялись . Ищейка сделал жест, призывающий к молчанию. Когда за мальчишкой доковыляли кухарка и привратник с топором, он объявил всем сразу, что прибыла наследница замка и прочего имущества эф Гворгов – новая фроляйн баронесса.
– Радость-то какая, - расцвела кухарка. – Оська, бегом к герру Управляющему, пусть спускается скорей, – приказала она мальчишке.