Накануне космического хаоса (СИ)
— И в это время я встретила Солярию — лучшую подругу своей матери. Солярия взяла меня под свою опеку, ведь я была еще несовершеннолетней, мне было всего двести тридцать три года. Совсем юная еще была…по твоим меркам это… — девушка задумчиво защелкала пальцами. — Двенадцать-тринадцать лет. А для меня это возраст младенца.
Она устало вздохнула и продолжила:
— Солярия привезла меня на Алатар, и там я встретилась со своим братом Раитом, который еще до блокады успел переехать в столицу Ориона. Солярия решила дать мне шанс начать новую жизнь. На Алатаре я еще встретила своего отца — Рональдо, и тот заявил, чтобы я стала военным.
Антон задумчиво поджал губы. Рональдо внешне был похож на Сатис и Раита, но парень даже подумать не мог, что они кровные родственники.
— Я думала, отец погиб, а он выжил…и он думал, что я погибла. Спустя некоторое время я добилась успехов и стала главнокомандующей Западного сектора Военной базы Алатара. Но в глубине души я грезила стать певицей. Мечтаю до сих пор.
— Ого… — Антон был не в силах сказать что-либо.
— С братом у меня были плохие отношения. — проигнорировав удивление парня, продолжила Сатис. — Мы всегда ругались. Я держала на него обиду за то, что он не мог забрать меня с Ольдеина, а Раит не признавал своей ошибки. Он жил себе спокойно на Алатаре, пока я грабила магазины, чтобы выжить во время блокады! Он строил карьеру, а я изо дня день голодала!
Сатис раздраженно стукнула кулаками по полу.
— А к тебе я проявила дружелюбие, так как ты напомнил мне Чэдрила. — девушка ехидно улыбнулась парню. — Вы внешне похожи…вот и путаю я иногда. Чэдрил заменил мне брата…С детства мне не хватало нежности, особенно, когда отец жестоко меня воспитывал…Он видел, что я физически слаба, и заставлял меня упорно и напряженно тренироваться, иногда избивал…Мучал он меня, так как знал мое криминальное прошлое, боялся, что не смогу дать отпор и пытался выбить из меня мечту быть певицей, после трагичной смерти мамы он был против…Из-за отца я возненавидела многих мужчин, даже не зная их. Везде, в каждом, я видела своего отца. — Сатис раздраженно плюнула в воздух.
— Да…после такого воспитания… — сочувственно кивнул Антон. На одну секунду его охватило желание дружески приобнять ее, успокоить и показать, что несмотря на жестокое детство она стала очень сильной и волевой личностью. Но не решался. Один злобный взгляд блестящих глаз Сатис кричал ему не касаться ее.
Девушка мрачно вздохнула:
— А еще я ненавидела Мариам за ее предательство. Из-за нее меня посадили в тюрьму…она лишила меня моего лучшего друга…
Девушка протянула Антону фотографию, которую прижимала к себе.
— Моя мать. Великая певица.
Антон внимательно рассмотрел изображение женщины, запечатленной на обычную бумагу. Селебрити была полной копией Сатис. Красивая, жизнерадостная, с пепельными вьющимися волосами, в голубом платье, с яркой нежной улыбкой. Своими длинными утонченными руками она прижала к себе маленькую девочку с высокими хвостиками. В этой девочке Антон узнал Сатис. Хрупкая, мягкая, ранимая и такая очаровательная. С трудом верилось, что в будущем эта маленькая девочка будет заниматься криминалом ради выживания, лишиться руки, будет усердно тренироваться, чтобы стать главнокомандующим Военной базы.
— Я и не знал, что у тебя такая тяжёлая судьба была… — тихо прошептал Антон.
Сатис убрала фотографию и фыркнула:
— Брось, она у всех нас сложная. У Петера, потерявшего всю семью в девять лет и живущего потом в рабстве у аборигенов. У тебя, потерявшего родных при рождении, живущего в приемной семье и не имея возможности с ними увидеться. У Ани, нашедшей родную мать лишь в шестнадцать лет, а потом ставшей по прихоти бабушки королевой. У Феодосия, потерявшего брата из-за гнева Петера и потом мать из-за сильной боли. У Софиан, рано потерявшей семью, живущую потом во дворце другой королевы под опекой и терпя издёвки родного брата, высшего света. У всех нас…
— Ты не назвала только Лёшу. — сказал Антон.
Сатис кивнула:
— Вот про него ничего неизвестно…
— Тем не менее, мы есть у друг друга…и мы вместе спасём Вселенную. — улыбнулся Антон и протянул Сатис платок.
Девушка издала смешок, улыбнулась сквозь слезы и начала протирать мокрые щеки.
— Наринэ была ученицей моей матери…я хочу увидеться завтра с ней…надеюсь, она меня помнит.
— Она тебя вспомнит, ведь вы очень похожи.
— И надеюсь, что после победы я смогу спокойно заняться пением вопреки запретам отца.
Антон кивнул. И они друг друга обняли. Девушка размякла в его руках и на одно мгновение показалась парню точно такой же хрупкой, маленькой и мягкой, как на той фотографии.
***
Садрен Тарресион нервно прокашлялся и нерешительно зашёл в темный тронный зал. Как обычно, это место всегда покрыто тьмой, лишь лунный призрачный свет тонкими лучами скользил по обезображенным повешенным скелетам. Внизу на дне котлована продолжали щёлкать клешнями жуки, с сильным желанием пожирая новую жертву — жестоко до смерти избитого Вероникой слугу.
А Эрамгедон стоял у окна и задумчиво рассматривал просторы пустыни Финикса, покручивая в руках ручку скипетра.
— Зачем пришел? — тотчас ледяным тоном спросил он, ощутив присутствие Садрена.
— Ваше Величество, — Садрен быстро пошел к нему. — Я изучал похищение третьей дочери Стафана. Ее украли пираты, которые любят похищать маленьких детей и продавать их на черном рынке.
Глаза Эрамгедона опасно сощурились.
— То есть девчонку могли продать в рабство?! — ненавистно воскликнул он.
— Я занимаюсь ее поиском. — тихо сказал Садрен. — Это сложно, но я не унываю. Надеюсь, она жива, и я смогу до нее добраться.
— Что ж… — Эрамгедон медленно застучал пальцами по стеклу окна. — Молодец. Пока возьми перерыв.
Садрен охнул.
— П-перерыв? — в неверии спросил он.
— Надо, чтобы кто-то следил за замком, пока я улечу в гости к Послу звёзд.
— И кто на этот раз?
— Солярия Орионио. Твоя родина Орион. Давно хотел посетить это место. — губы Эрамгедона растянулись в надменной улыбке. — Ее приспешники атаковали мой замок. И сейчас я узнал, что у них на Алатаре бал…
— Приезд певицы Наринэ. — вспомнил Садрен.
— Да. Весь Млечный путь пригласили. А меня нет…На Орионе вечеринка, и я должен составить им компанию.
— Вы им сорвете бал? — Садрен ехидно округлил глаза.
Эрамгедон продолжил коварно улыбаться:
— Я устрою им фестиваль огней. И приду не один. Со мной будут нейптолы, ивенги, атланты, монстры, Тэртос. Все они хотят посетить Орион…
— Солярия будет удивлена такому количеству гостей.
— Поэтому ты оставайся за главного в этом замке. И наблюдай за Элизабет. Она штучка интересная, и я хочу понять, что она из себя представляет. И за Сабиной, я ей не доверяю после предательства Софиан.
Садрен послушно кивнул, и Эрамгедон важной походкой направился к выходу из тронного зала.
Ох, как давно он хотел посетить Орион…
И сейчас он там окажется…
***
Весь следующий день на Алатаре прошел в сильной суматохе. Часы пролетали мгновенно. Каждый был чем-то занят и не заметил, как приблизился долгожданный вечер. Солярия поприветствовала певицу Наринэ, и под ее приказом гостье выделили покои и отправили подготавливаться к межзвездному балу. Рональдо вместе с парнями перегрузил необходимые вещи в громадный серебристый звездолет, с нетерпением ожидающий часа своего вылета. Антон ещё напоследок изучил карты, боясь что-то забыть. А девушки подготавливались к балу, наряжаясь и подкрашиваясь.
Вскоре наступил вечер. Антон надел темно-синий смокинг и направился вместе с остальными гостями через гравитационный лифт в огромное здание торжественного зала, покрытый стеклянным куполом и парящий в воздухе. Одна только мысль находиться вдали от земли его пугала. Но вид из окон был невероятно сказочный — сверкающий в ночных огнях мегаполис, кружащиеся по черному небосводу яркие туманности, вспыхивающие и мерцающие беззаботным умиротворенным сиянием звезды. Длинные белоснежные лучи громадных прожекторов перемещались по далеким темным лесным просторам.