Святоша

У меня нет ресурсов для такого, но у Рори есть.
Все, что мне нужно сделать, это сказать ему.
Но ноющий голос в моей голове не умолкает.
Ройс не просто бывший парень.
Он из ФБР.
ФБР и мафия не совместимы.
Это может означать неприятности для синдиката, и, без сомнения, Лаклэн Кроу не одобрил бы такой риск ради меня.
Рори, вероятно, сделает это, в любом случае.
И я разрываюсь.
В моей голове сейчас воюют два голоса.
«Не втягивай его в это», — говорит первый голос.
В то же время другой говорит мне, что нам наплевать и давай уже сделаем это.
Моральные дилеммы - не моя сильная сторона.
Меня парализует нерешительность, когда рядом со мной просыпается Рори.
Он целует бомжиху, на которую я смахиваю без макияжа, не моргнув глазом, и это не облегчает ситуацию.
— Спортзал? — спрашивает он.
— О. Точно. Конечно.
Мы снова принимаем душ. Снова вместе.
И все становится слишком комфортным. И я чувствую, что не могу дышать.
С наступлением утра становится только хуже.
Когда мои волосы собраны в прическу, и я накрасилась, Рори подходит ко мне сзади и фотографирует нас с помощью своего телефона.
— Ты только что сделал со мной селфи? — спрашиваю я в ужасе.
— Да, — ухмыляется Рори.
— Привыкай к этому, Сатана. Я хочу много красивых фоточек с тобой на своем телефоне.
Как будто этот комментарий был недостаточно плох, он представляет меня «парням» в спортзале как свою девушку.
— Не хочешь надеть на меня ошейник, пока будешь тренироваться? — спрашиваю я. — Ну, такой с надписью «Собственность Святоши»?
— Неплохая идея.
Рори ухмыляется и демонстрирует мне чертовы ямочки, а я говорю ему убрать их, потому что на меня это дерьмо не действует.
— Хорошо.
Он бросает мне какие-то штуки для обертывания рук и говорит:
— Давай сделаем это.
Показав мне, как оборачивать руки, он переходит в режим профессора. Но профессора не должны быть такими, как Рори, и он слишком близко, и он продолжает шутить о том, что придет за моей задницей, сиськами или чем-то еще. Рори лапает меня, и я ничему не учусь, кроме того, что я не способна учиться, когда в дело вмешиваются гормоны.
Я не могу сосредоточиться.
Я даже не должна быть сейчас здесь с ним, возиться на матах и слушать его грязные разговоры/самооборону.
Я должна быть дома и решать, как победить Александра. Потому что очевидно, что я не собираюсь Рори о нем говорить. Что хоть раз за последнее десятилетие моей жизни я собираюсь поступить правильно по отношению к кому-то.
И я понятия не имею, почему.
— Дорогая, ты даже не обращаешь внимания, — говорит Рори. — Я бы уже три раза убил тебя, если бы это был реальный бой.
— Просто покажи мне, что нужно сделать, чтобы нанести максимальный ущерб, — настаиваю я.
Рори хмурится, а затем говорит самое худшее, что он мог мне сказать.
— Скарлетт, что случилось?
Я оглядываю зал, и люди смотрят на нас. На меня. Как будто я взбалмошная сука и мне вообще не следует здесь находиться.
Я знаю, что они правы.
Я просто хочу, чтобы Рори понял это.
— Мне нужно идти, — говорю я ему.
Рори выходит за дверь и останавливает меня.
— Почему тебе всегда нужно это делать?
— Что делать? — огрызаюсь я.
— Ты всегда пытаешься поссориться со мной, когда происходит что-то хорошее.
— Ничего хорошего не произошло, — возражаю я. — С тех пор как ты появился в моей жизни, все пошло наперекосяк. Все идет не так.
— Отлично, Скарлетт, — вздыхает он и отворачивается от меня. — Это просто прекрасно. Тогда иди и беги. Делай все, что тебе нужно, чтобы убедить себя, что это неправильно.
— Сделаю.
Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но Рори хватает меня за руку. И я знаю, что на этот раз он имеет в виду то, что говорит.
— А в следующий раз, когда ты хочешь пойти и поиграть со мной? — говорит он. — Не надо.
Рори захлопывает дверь у меня перед носом и оставляет меня стоять на улице.
Одну.
И, как оказалось, я не сломлена, а некоторые вещи меняются.
Я чувствую.
Я чувствую себя как в аду.
 
 
 
Виски сегодня в своем особом настроении, ходит за мной по коридору и непрерывно мяукает.
— У меня нет времени на твое дерьмо, — говорю я ему. — Достаточно плохо, что у меня есть чувства к одному засранцу. Мне не нужен еще и ты в этом списке.
Ему все равно, видимо, потому что он гребаный кот, и поэтому он продолжает выть.
Я сдаюсь и глажу его, прежде чем сказать Виски, чтобы он отвалил. Но он все равно продолжает тащиться за мной. До самой моей двери, ругая меня на кошачьем языке. Сама я не владею этим языком, но даже я понимаю, когда он на что-то злится.
Я говорю коту, чтобы он вступал в клуб, прежде чем открыть дверь в свою квартиру и жестом приглашаю его внутрь, но он не идет.
— Ладно, как хочешь, — говорю я. — Все вы, мужчины, одинаковы.
И затем я закрываю за собой дверь.
Только для того, чтобы врезаться головой в стену.
 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ 
  
  
  Рори  
Я оказался в «Слейнте», как и большинство одиноких парней в свободное время.
Виски льется рекой, девушки устраивают хорошее шоу на сцене, и все как всегда.
Только я обеспокоен как черт.
— Есть что-нибудь для меня, босс? — спрашиваю я Кроу.
— Нет, приятель, — отвечает он. — Почему бы тебе не взять выходной.
Я бы предпочел окрасить костяшки пальцев кровью, чтобы снять напряжение, но не говорю об этом. Найл быстро предупредил Кроу, что я могу быть вспыльчивым, и мне не нужно, чтобы он сомневался во мне сейчас.
Тем более из-за женщины.
Мой взгляд падает на Конора, и мне приходит в голову кое-что еще.
— Пойдем-ка со мной, парень, — говорю я ему. — Мне нужна твоя помощь.
— Не могу, приятель, — говорит он.
— С каких это, блядь, пор? — рявкаю я.
Он кивает через бар, и там оказывается та самая блондинка, на которую он положил глаз во время драки. Айви. Та, которую я привел домой, чтобы мучить и испытывать его.
Мне нравится парень, и он тоже заслуживает того, чтобы время от времени получать тычки и затрещины.
Он не был с женщиной с тех пор, как его последняя девушка умерла от передоза. Так что, хотя у меня и пиздатое настроение, я не намерен портить ему вечер.
— Ну, давай, — говорю я ему. — Вали на хуй отсюда.
— Увидимся позже, — говорит он.
И тогда остаюсь только я и Кроу, который снова смотрит на меня косо.
— Думал, я дал тебе выходной.
— Мне нужно поговорить с тем русским парнем. Алексеем. Можешь дать мне его номер?
— Могу, — говорит Кроу. — Но он уехал из страны. Так что все, что тебе от него нужно, может подождать.
Я наполовину подозреваю, что он меня обманывает, потому что знает, что речь идет о Скарлетт. Но прежде чем я скажу что-нибудь, о чем могу пожалеть, я беру бутылку «Джеймсона» [10] из бара и направляюсь в VIP-зал.
— Я дал тебе выходной, — снова орет мне Кроу.
— Да, — отвечаю я. — И я намерен насладиться им сполна.
 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ 
  
  
  Скарлетт  
 Трус переживает тысячи смертей, храбрый же умирает лишь раз. 
Шекспир
 
 
 
У меня пульсируют ВИСКИ.
Разбитые клетки мозга порхают вокруг, как конфетти, когда я переворачиваюсь с боку на бок. Что-то булькает, и я думаю, что это могу быть я.
Воспоминания - забавная штука. То, как они играют с тобой злые шутки.