Попаданка для бастарда императора (СИ)

“Все хорошо, малышка, просыпайся”, — услышала я слова Фло.
Я открыла глаза и поняла, что лежу на диване в кабинете императора. Воспоминания нахлынули на меня. Боже, что я наговорила и кому. Какая же я дура. Чего мне сейчас ждать? Точно в монастырь сошлют…
— Ты очнулась, девочка, — услышала я почему-то спокойный голос императора. — Глаза открывай, но пока полежи. Напугала ты нас.
Я открыла глаза и увидела стоящего рядом Александра Славинского.
— Простите, ваше величество. Я не должна была так говорить, — тихо сказала я.
— Если бы не ты, мы бы так и не узнали правду, — неожиданно произнес император. — Хотелось бы узнать все более подробно, но этот разговор терпит. Целитель сейчас подойдет.
— Не нужно целителя, мы уже справились, — заверила всех Флорестина. — Да, вам лучше передать мои слова его величеству, он меня не видит.
— Папа, дело в том, что Лизу вылечили хранители, — проговорила Диана. — Извини, но ты не можешь их видеть.
— Это чем таким я провинился, что они скрываются от меня? — хмыкнул император. — Хранители, говорите? Значит, это не просто легенда. Вы существуете.
“Существуем, — пронесся общий голос хранителей в наших головах. — Извините, ваше величество, пока мы можем разговаривать только так и то недолго”.
— Я благодарен и такой возможности, — с осторожностью ответил Александр Славинский. — Получается, вы возвращаетесь в Изалию?
“Да, хранители возвращаются. Души первых магов окончательно просыпаются. Ваши дети одни из них”.
— Я могу чем-то вам помочь?
“Остановите притеснение домовиков”.
— Домовиков? Но они же… — мы так и не поняли, что хотел сказать император, его резко перебил Джонатан:
— Мы сделаем все, что возможно, чтобы ваши собратья вспомнили, кем когда-то являлись.
“Спасибо. Для нас много значат эти слова, — услышали мы усталый голос. — Нам пора. Скоро к Флорестине и Калему присоединятся другие хранители. Ждите и готовьте магов к переменам”.
— Что это было? — тихо поинтересовался император.
— Домовики когда-то были хранителями, они создавали сильные магические пары. Изалия была полна магической энергии, — ровным тонов рассказывала я. — Все изменилось внезапно. Один из магов возомнил себя выше своего хранителя и стал обращаться с ним как со слугой. Их взаимосвязь истончилась и пропала. Так появился первый домовик. Это стало началом деградации магического мира.
— Хочешь сказать, что мы живем в слабом магическом мире? — не поверил мне император.
— Но это так. Когда-то магии было в сотни раз больше. Маги были сильнее. Это было, — устало проговорила я.
— Значит, есть возможность все вернуть? — с надеждой спросил Александр Славинский.
— Есть. Но все произойдет не сразу и не быстро. Скорее всего, пройдут столетия. Только начинать нужно сейчас, с тех самых домовиков.
— Хорошо, ты убедила меня, девочка. Придумаю, что можно сделать, — пообещал его величество.
— Спасибо, — улыбнулась я, садясь на диване. Рядом тут же уселся Джонатан, осторожно обнял меня за талию и привлек к себе.
— И все же вернемся к нашим баранам, — как-то по-земному проговорил император. — Что там с этой газетой? Судя по тираде леди Луизы, на маг-снимке не она?
— Я вчера никуда не выходила из особняка Джонатана, — сказала я и добавила: — Да, вчера днем мне позвонил брат Луизы. Сказал непонятную тарабарщину и приказал выйти на улицу, поцеловать какого-то незнакомца и сделать вид, что я влюблена в него.
— Вы уверены, леди? — довольно жестко уточнил его величество. — Это серьезное обвинение.
— Доказательств у меня, конечно, нет. Но, обладая памятью Луизы, я могу сказать, что такое внушение применялось не раз. Так что часть снимков в газетах были правдивы. Лу просто приказывали что-то делать, и она подчинялась. Но на физической близости у нее стояло табу. Они не могли побороть ее сопротивление. Так что эти обвинения беспочвенны.
— Но зачем это лорду Чейзу?
— Точно не скажу. Знаю лишь то, что он сильно ненавидел Луизу. Даже грозился убить ее, таким образом смыть пятно с их родового древа.
 
— Пятно? О чем вы?
— Лу была очень слабой магиней. Для Грюзов с их сильной магией она была пустышкой.
— И как так вышло, что в храме скрепили магический брак? — в задумчивости произнес император. — Слабую магиню и сильного мага невозможно связать узами брака. Или есть какая-то лазейка?
— Меня больше интересует другой вопрос, ваше величество. Как вообще пришла мысль женить меня на леди Луизе Грюз? — вступил в разговор Джонатан.
Александр Славинский перевел взгляд с меня на крестника и обратно.
— Скорее всего, в жены тебе была предназначена не она, — хмыкнул император, добавив еще больше загадок.
— А кто же?
— Леди, что сейчас сидит рядом с тобой, мой дорогой крестник, — довольно улыбнулся император. — Так что все идет так, как и должно. Идите, дети мои. У меня дел много и без вас.
— Ваше величество, вы о чем? — почти в голос спросили мы с герцогом.
— Да, Джо, ищи своего недруга. Кому-то ты сильно мешаешь. Найди этого человека раньше, чем он нанесет следующий удар.
***
В задумчивости мы вышли из королевского кабинета. Странное ощущение от визита к императору. Что за загадки? И почему Александр Славинский намекнул, что именно я должна была стать женой Джонатана? Такого точно не может быть. Я же попала в этот мир намного позже.
Я не заметила, как мы перешли в другие покои, пока меня не усадили на диван и не дали в руки чашку чая.
— Ты так сильно задумалась, Лиза. О чем размышляла? — спросила Диана, сидевшая напротив меня на таком же диванчике и тоже с чашкой чая в руках.
— О странностях визита к твоему отцу. Сначала он был зол, потом озадачен, затем рад и одновременно горд, — сообщила я, вспоминая ощущения, которые давала мне магия эмпатии.
— Пей чай, надеюсь, тебе понравится, — предложила принцесса, делая глоток напитка.
Я последовала примеру Дианы и поняла, что пью свой любимый чай с бергамотом.
— Вкусно. Спасибо. Когда-то мне нравился этот сорт чая. Не поделишься названием? — улыбнулась я собеседнице.
— Это черный бахриский сорт с гатимотом. Я пришлю тебе пачку этого чая, — пообещала принцесса.
— Буду благодарна. Кстати, а куда делся Джонатан? — поинтересовалась я, оглядывая пустую комнату.
— Отправился к кронпринцу. Константин, узнав, что Джо во дворце, попросил его заглянуть к нему. Думаю, нас оставили самое малое на час. У этих двоих всегда есть о чем поговорить.
— Я так задумалась, что не заметила, как ушел Джонатан.
— Ты просто еще не полностью пришла в себя. Всплеск твоей магии почувствовали многие. Папа так точно поверил тебе, я это видела по его глазам.
— Знаешь, император интересный человек. Сначала он подавлял меня своей аурой власти, наверное, поэтому я и не выдержала, сорвалась. Но потом мне показалось в нем что-то знакомое. Джонатан недавно так же себя вел со мной, сначала накричал, а после кардинально изменился и даже помог мне дойти на своих комнат, когда мне стало плохо.
— То, о чем ты говоришь, больше похоже на магическое воздействие, — тревожно произнесла принцесса.
— Ты про Джонатана? Тут я согласна. У него резкие перепады поведения, словно иногда с него спадает ментальное внушение, и тогда я вижу перед собой нормального адекватного мужчину.
— Я расскажу об этом брату. Пусть проверит Джо. Не нравится мне то, что ты говоришь.
— Согласна. Хотелось бы знать, что мой новоявленный муж не принесет мне угрозы.
— Джонатан мне как брат, я беспокоюсь за него, — сказала Диана, тяжело вздохнув.
— Я думала, вы родственники или кузены. В вас есть что-то похожее, — предположила я.
— Да, мы родня, но очень дальняя, — покачала головой принцесса. — Хотя Константин и Джонатан и правда чем-то похожи. Вернее, они оба похожи на нашего общего предка. Великий император был.
— А у вас есть портреты предков? Интересно было бы посмотреть.