Услуги по-соседски (СИ)

— Шкода на ходу? — спрашивает меня Костя — парень, которому я собственно и пригнал развалюху Горошек.
— Вроде да, — пожимаю плечами. — Барахлит конечно, но по крайне мере не кипит.
— Там все менять нужно. Лучше саму тачку.
Я не дурак, и понимал, что у Горошек просто нет возможности поменять машину. Девчонка и так работает сутками.
И нет. Я за ней не слежу. Просто часто видел, как она уже затемно возвращается и как рано уходит.
— Какая шкода?
Разумеется, Волкову нужно было именно в этот момент прозреть.
— У тебя же джип, — непонимающе хмурится.
— Это не моя.
— А чья?
Боже, вот же прикопался.
— Знакомой, — коротко отвечаю, не вдаваясь в подробности.
— Надо же, — ухмыляется Гордей, — да ты запал!
Нет, не запал. Точнее, мне Горошек, разумеется, симпатична и я всегда был абсолютно серьёзен в своих предложениях посетить мою постель, но ей явно не до меня. Да и мне, откровенно говоря, не особо интересны серьезные отношения. Во всяком случае, пока я не встретил «ту» самую, которая смогла бы заменить всех.
— И кто эта красотка?
— Ты ее не знаешь, — отмахиваюсь, надеясь, что Волков не разболтает всему миру всю ту чепуху, которую он только что себе придумал.
Не отрицаю, я сам не стал развеивать его домыслы. Я не трепло и не базарная бабка, чтобы разносить сплетни о личной жизни своей соседки. Пусть лучше думают, что у меня появилась дама сердца.
— В общем, мы с тобой в расчете, Амурский, — шутливым тоном кидает Костя.
— Само собой, — киваю, улыбаясь.
Костя был моим соседом в родительском доме, а ещё мы тусовались в одной компании в юношестве. Его девушка большая поклонница хоккея, и я однажды подогнал им бесплатные билеты на финал. Тогда, конечно, она ещё не была его девушкой, но после, уверяю вас, стала.
— Я сделал что мог, но там все равно работы непочатый край. Если нужно будет, набирай. Скидку по старой дружбе, так и быть, организую.
Нет, нужно все же Горошек дать номер Костяна. Он своё дело знает. А ее шкода через пару месяцев опять будет на ходу разваливаться, если не раньше.
Перекинувшись ещё парочкой фраз, ребята уходят. Гордей снова просит бармена повторить, я же цежу своё пиво. Не клиент, а ночной кошмар любого бармена.
— Может, тебе уже достаточно? — смотрю на Волкова тревожным взглядом. — Завтра тренировка.
— Нормально все будет.
Легче остановить мчащийся поезд, чем Волкова надираться. Надеюсь, что он завтра не заблюет лёд и Петрович не будет нам читать лекцию о том, какие мы безмозглые ослы. Поверьте на слово, стоять и слушать про себя дерьмо не самая приятная часть моей работы.
Через час после двух номеров горячих цыпочек в моем кармане, Гордей практически спит на барной стойке. Он еле волочит языком, все время бормоча об Архиповой.
Ну знаете, эти пьяные ворчания по типу: «Да кем она вообще себя возомнила? Пусть найдёт себе другого лопуха. Да она ещё локти кусать будет, стерва!».
С интервалом в пять-семь минут он пытается достать свой телефон из кармана, чтобы позвонить бывшей, потом пытает неудачу и собирается ехать к ней чтобы помириться.
Короче говоря, классика.
— Пойдем, дружище, — расплатившись, закидываю его руку на своё плечо и практически снимаю это тело со стула.
Должен признаться, мои ноги подкашиваются. Волков это вам не Горошек, которую можно с лёгкостью подкинуть и словить. Если я подкину Гордея, окажусь в реанимации.
Выйдя из бара, запихиваю его на заднее сидение машины, молясь о том, чтобы его не стошнило.
Завожу и еду домой. Можно, конечно, Гордого закинуть к нему, но кто тогда его задницу утром на тренировку тащить будет?
Вот и я думаю, что некому.
Боже, какой же я офигенный друг. Сам себе завидую!
  
Глава 8
 
Ася 
Никогда не знаешь, откуда ждать беды. В это субботнее утро я впервые за долгое время выспалась, приготовила себе вкусный завтрак и кофе. Смотрела стендап знаменитого комика по телеку в ютубе и хохотала, как ненормальная.
Это первое утро, когда мне не хотелось повеситься (не принимайте мои слова буквально) или же нанять киллера, чтобы тот подвесил за яйца предателей.
 
Нет. Я еще не пережила расставание, и отдавала себе в этом отчёт, но, знаете, иногда легче сбежать от проблем. Закрыться в своей маленькой раковине, гоня все проблемы прочь.
Безусловно, от себя не убежишь, но я засыпала в слезах каждую проклятую ночь с прошлой пятницы. Сегодня я хочу сделать вид, что Бобика и Сони никогда не существовало в моей жизни, что увиденная мной сцена всего лишь ночной кошмар.
И мне с завидным успехом это удавалось, пока не раздался телефонный звонок.
«Мама» было написано на экране смартфона. Мне хотелось сделать вид, что я ничего не увидела, но во мне проснулась совесть. Вот же гадина!
— Алло, — со вздохом отвечаю, прикладывая телефон к уху.
— Ася! — слышится пронзительный голос матери. Клянусь, эта женщина в прошлой жизни была Банши. — Ну наконец-то! Ты, что еще спишь?
— Нет, мама. Была в ванной, не слышала, — вру, не моргнув глазом.
— Не важно, — небрежно отмахивается, а я сжимаю зубы. Само собой. Все, что связано со мной — всегда не особо важно. То ли другое дело — Альбина. — Ты помнишь, что в следующую субботу?
Я хмурюсь, пытаясь откопать в своей памяти хоть какой-то намёк, но там пусто.
— Только не говори, что ты забыла, — недовольно ворчит она.
— Не то чтобы…
— Ты как всегда, — цокает и, могу поспорить, закатывает глаза. — В субботу свадьба Альбиночки. Как можно было забыть про такое событие?
Черт побери!
Свадьба? Уже?
Мне казалось, до неё ещё пару месяцев.
— Прости, мам, — мямлю, понимая, что я в полной заднице.
— У тебя плюс один, — даже не спрашивая, а утверждая говорит. — Познакомь нас, наконец, с будущим зятем.
— Мам, он на работе. Я не уверена, что…
— Ничего не хочу слышать, — жестко отрезает. — Сколько можно тянуть? Ты и так в девках засиделась. Самая последняя. Вон, уже даже Нина выскочила замуж, а ты все никак!
Ещё остались вопросы, почему я с маниакальным упорством копила на свою квартиру?
— Альбина с Никитой уже и о детках задумываются…
Ну разумеется.
Моя идеальная сестра во всем преуспела. Школу закончила с золотой медалью, выучилась на красный диплом юриста, удачно выходит замуж и планирует стать идеальной мамочкой. И совершенно неважно, что медаль и диплом пылятся на полке рядом с «доской почёта» наших грамот. Ну как наших. Моих там всего две.
В общем, да. Я та самая старшая сестра «неудачница».
— Здорово, — сухо кидаю.
— Ох, Ася, какая же ты у нас непутевая…
Сжимаю зубы, чтобы не огрызнуться.
В шестнадцать мне нельзя было гулять позже восьми вечера, потому что предки боялись, что я залечу. И это при том, что я тогда еще даже ни с кем не целовалась! Теперь я «не такая», потому что не выскочила замуж и не сижу дома, сутками напролёт стряпая своему любимому борщи.
— Ждём тебя с женихом в пятницу в «Сосновом бору». Вам подготовят номер.
— Ладно, — сдаюсь, все больше увязая в дерьме.
— Отлично! Позвони, как будете выезжать! До встречи!
— Пока…
Мама сбрасывает трубку. Так всегда. Никаких тебе: «Как дела, дорогая? Как здоровье?» — все любезности и беспокойства достаются Альбиночке.
Я не жалуюсь. Уж поверьте, за двадцать шесть лет успела привыкнуть. Для всех родственников я — паршивая овца. Ту которую обсуждают на всех праздниках, ту которая, даже если придумает лекарство от рака, будет недостаточно хороша. В конце концов, кому же тогда они будут перемывать кости? Что обсуждать? Свои никчемные жизни? По десятому кругу делится рецептами? Хвастаться победами мужа и идеальным маникюром?
Моя семья — сборище традиционалистов, застрявшие в каменном веке. Все женщины выходят замуж, а мужчины пашут, как проклятые, чтобы удовлетворить их капризы.