Любовь среднего возраста: Долго и счастливо (ЛП)

— С тобой все будет в порядке, Клэр. Не позволяй тому, что они сделали с нами, погубить тебя. Ты удивительный человек и оправишься от этого…
Он сказал еще что-то, но я не смогла разобрать ни слова. Я была слишком занята, сосредоточившись на дороге домой, слишком занята размышлениями о том, что, черт возьми, я собираюсь сказать, когда увижу Райана лицом к лицу.
Я выбралась из гостиничного холла под дождь, даже не потрудившись поднять зонтик. Камердинер подогнал мою машину и предложил дать мне полотенце для сиденья, но я проскользнула внутрь и умчалась.
— Я люблю тебя, Клэр… Ты любовь всей моей жизни… Я позабочусь о том, чтобы наша годовщина была самой лучшей в нашей жизни…
Я шмыгнула носом, вспомнив, как он говорил мне эти слова… прошлой ночью.
— Ты единственная женщина, которую я когда-либо любил… и всегда ею будешь…
Я свернула на съезд в наш пригород, качая головой от всех прекрасных воспоминаний, которые играли в моей голове, зная, независимо от того, что я скажу ему сегодня вечером, наша так называемая «сказка» давно закончилась.
Я ездила по нашему району, пока стрелка спидометра не уперлась в букву «Е», пытаясь придумать, что сказать, но я была слишком ошеломлена, слишком обижена. Решив, что пусть фотографии говорят сами за себя, я загнала машину в гараж и сидела за рулем, обхватив голову руками.
На прошлой неделе мы вдвоем покупали новые кухонные столешницы: он хотел дерево, а я — гранит. Мы как раз собирались отпраздновать нашу пятнадцатилетнюю годовщину, и, хотя он ничего не говорил о своих планах, я была уверена, что он везет меня на Панамский канал — единственное место, куда я всегда хотела попасть.
Где-то вдалеке прогремел раскат грома и дождь хлынул еще сильнее, поэтому я закрыла гараж и выскользнула из машины.
Глубоко вздохнув, я повернула дверную ручку и вошла в дом.
— Привет, мам!
— Почему ты сегодня так поздно?
Кэролайн и Эшли продолжали делать домашнюю работу.
— Привет, детка. — Райан обнял меня и поцеловал в лоб. — Ты в порядке? — Он приподнял бровь, понижая голос и спрашивая, почему мое лицо «такое красное… как будто я плакала».
Я не ответила на его вопрос. Просто смотрела ему в глаза, думая о том, как он мог вести себя так, словно все нормально, словно он вчера не трахал Аманду в нашей спальне.
— Ты промокла… — Он провел руками по моему мокрому пиджаку. — Потеряла зонт?
Я сглотнула, покачав головой.
Он улыбнулся.
— Ладно, иди вытрись. Что бы тебя не беспокоило, что бы это ни было, мы можем обсудить это после ужина. Хорошо? Я заказал пиццу из любимого ресторана девочек, и она уже готова. — Он поцеловал меня в щеку. — Я сейчас вернусь.
Я услышала, как он прошептал «Я люблю тебя» мне на ухо перед тем, как уйти.
Как только услышала, что он завел мотор и поехал по подъездной дорожке, я повернулась к своим дочерям.
— Мам? — Эшли склонила голову на бок. — Что с тобой?
Кэролайн подняла голову и нахмурилась.
— Мам? Почему ты на нас так смотришь? — Она посмотрела на Эшли и покачала головой. — Почему она не разговаривает?
— Мне нужно, чтобы вы обе пошли в свою комнату. — мой голос надломился. — Мне нужно… Мне нужно поговорить с вашим отцом, когда он вернется. Наедине.
Они обменялись непонимающими взглядами, но собрали свои папки и обняли меня, перед тем как отправиться наверх.
Когда я услышала, как закрылась их дверь, достала конверт и села за стол, думая о том, как собиралась продемонстрировать снимки Райану.
Внезапно мой телефон завибрировал. Сообщение. Аманда. «Привет, Клэр! Пишу тебе, только чтобы напомнить о джазовой тренировке, на которую мы записались на завтрашнее утро. Заберу тебя в девять!»
Эта сука серьезно?!
Я бросила телефон через всю комнату, разбивая рамку с фото на стене. Затем встала и вынула фотографии из конверта. Спустилась по лестнице и разбросала их по всему полу, оставляя след из столовой в гостиную и на кухню.
На последнем фото, которое я держала в руках, Аманда сидела на нем верхом в его машине на прошлой неделе, на парковке его юридической фирмы.
Я хотела разорвать ее и засунуть обрывки ему в горло, но услышала, как открылась дверь из гаража и как он сказал:
— Куда все подевались? Я вернулся!
Я прислонилась к столу и пыталась унять дрожь в руках.
— Эшли? Кэролайн? Клэр? — Его шаги становились все ближе и ближе. — Что, пока меня не было, в наш дом влетело торнадо? — Он наконец вошел в кухню. — Что происходит, Клэр? — Он поставил пиццу на островок. — Что это за фотографии и почему они раскиданы по всему дому?
Я не ответила. Просто смотрела на него, как он наклонялся и поднимал одну из них, как его лицо сразу же побелело.
Он посмотрел на меня в полнейшем ужасе, полностью опустошенный.
— Клэр, прости… Можем мы… Можем мы обсудить это?
Я съежилась от воспоминаний и плеснула еще воды на лицо.
Одна только мысль о Райане все еще зажигала во мне горькое пламя, но видеть его? Лично? Это был чертов лесной пожар, и я не была уверена, сколько времени потребуется, чтобы его потушить.
Я не могла поверить в его дерзость, действительно появиться и попытаться завести со мной обычный разговор, вести себя так, будто я собираюсь уделить ему время.
Какого хрена он хотел?
В дверь постучали, но я не среагировала. Не могла. Меня трясло, а мысли были поглощены яростью и отвращением.
Почему он вообще появился здесь? Он ведь знает, что я НЕНАВИЖУ его…
— Клэр? — послышался голос Джонатана с другой стороны двери.
— Да? — Я вырвалась из своего транса и отперла ее.
— Почему ты здесь? И почему у тебя мокрое лицо? — Он взял с вешалки полотенце и мягко прижал его к моим щекам. — У тебя жар?
— Нет… я… — Я замешкалась.
— Мы можем перенести встречу. — Он обнял меня за талию и повел к выходу. — Я сообщу ей, что мы можем прийти в другой день. Ты выглядишь так, будто тебе нехорошо.
— Я не… Райан только что был здесь.
Джонатан моментально напрягся и посмотрел на меня со сжатой челюстью.
— Твой бывший муж Райан?
Я кивнула.
— Что он хотел?
— Не знаю… Я сказала ему уйти. Не хотела с ним разговаривать.
— Хорошо. — Его взгляд смягчился, но я могла сказать, что он был расстроен. — Как он узнал, где ты работаешь?
— Не знаю… — Кэролайн и Эшли знали, что лучше не обсуждать меня с Райаном, так же, как и его лучше не обсуждать со мной. Те немногие общие друзья, с которыми мы общались в Питтсбурге, знали только лакомые кусочки моей новой жизни — ничего особенного, и они никогда не делились с ним никакой информацией.
— Не знаешь, почему он вообще приехал в Сан-Франциско?
Я покачала головой. У него здесь ничего не было.
— Хм. — Джонатан прижал меня сильнее и поцеловал волосы. — Я позабочусь о том, чтобы он больше никогда тебя не тревожил.
Я хотела спросить, как, но знала, что он решит это. Прижалась к нему и вздохнула, когда он провожал меня к пассажирскому месту своей машины.
— Раз уж ты сегодня вовремя покидаешь работу, что бы ты хотела на ужин? — Джонатан завел машину и посмотрел на меня.
— Тебя.
— Это само собой. — Он улыбнулся. — Мы можем заказать что-нибудь.
А затем тронулся с места и помчался по шоссе, заставив меня улыбнуться тому, как прекрасна была моя жизнь прямо сейчас, как все, чего я хотела и в чем нуждалась, находилось рядом со мной в этой машине.
Глядя в окно и наблюдая за тем, как город исчезает вдали, я старалась не думать о визите Райана, но ничего не могла с собой поделать.
Если не считать времени, отведенного на встречу с дочерями, Райан не беспокоил меня за все три года, что я жила здесь. Он знал, что этого делать нельзя, и мне не нужно было, чтобы мое болезненное прошлое столкнулось с моим идеальным настоящим. Когда-либо.
Должно было случиться что-то серьезное, чтобы он приехал сюда…