Любовь среднего возраста: Долго и счастливо (ЛП)

— Я хочу попасть на прием, Джонатан… — сказала я, задыхаясь.
— Позже. — Он протянул руку мне за спину и расстегнул молнию на платье. — Слишком долго этого ждал…
Я стояла неподвижно, пока он медленно снимал с меня платье, оставляя его лежать пушистой белой лужицей на полу.
Затем провел руками по атласному корсету, неспешно развязывая каждый шнурок, расстегивая каждый крючок. Когда вещица упала на пол, он наклонился к талии и зубами прикусил бант на трусиках, дергая его, пока тот не развязался и не присоединился к платью на полу.
Джонатан встал и посмотрел в глаза, молча приказывая раздеть его.
Подчиняясь, я сняла с его плеч пиджак и расстегнула брюки, замечая, что он более чем готов заняться любовью. Я медленно расстегнула рубашку и стянула ее с плеч.
Едва она коснулась пола, он поднял меня и отнес к кожаному шезлонгу, осторожно положив на спину. Накрыл своим телом, и, хотя ждал этого момента целую вечность, помедлил. Затем нежно коснулся губами моих и посмотрел в глаза.
— Моя, Клэр… — прошептал он. — Скажи, что ты моя…
— Я твоя…
Он переплел наши пальцы и прижал руки над моей головой, медленно скользя в меня членом, проталкивая каждый толстый дюйм глубже и глубже, пока полностью не погрузился.
Мы лежали так несколько секунд, просто глядя друг на друга, когда наши тела впервые за много недель слились воедино. Невероятно, как хорошо он ощущался внутри, как я могла так долго обходиться без него.
Я ахнула, когда он начал входить и выходить из меня, покрывая теплыми поцелуями грудь и заставляя извиваться под ним.
— Тише, Клэр.
— Я не могу… — Отпустила его ладони и обвила руками спину, царапая ногтями кожу, когда он ускорил толчки.
— Я так скучал по этому… — Его губы снова нашли мои, и он вознаграждал каждый стон еще более глубоким поцелуем. — Так сильно...
Он двигался во мне снова и снова, лаская мое лицо руками, не прерывая зрительного контакта ни на мгновение.
— Я сейчас… я почти… — Я закрыла глаза и закричала, пока удовольствие волна за волной прокатывалось по телу. Дернулась и задрожала, когда он кончил глубоко внутри меня и мягко опустился на грудь.
Он положил руки мне на бедра и перевернул нас так, что я растянулась сверху.
Пока пыталась отдышаться, он погладил ладонями мою обнаженную спину и вздохнул.
— Свадьба получилась такой, как ты хотела?
— Да… — пробормотал я.
— Уверена? Если хочешь, мы можем повторять это снова и снова, пока все не будет идеально.
— Все прошло идеально…
— Ты была так прекрасна, когда шла к алтарю… Мне стоило больших усилий не повалить тебя на траву на глазах у всех.
— Ты бы не посмел. — Я села прямо.
Джонатан приподнял бровь, даже не знаю, почему усомнилась в нем. Он бы так и сделал.
— Теперь мы можем пойти на приём?
— Нет. — Он провел руками по моему животу.
— Почему?
— Потому что у нас не было секса уже несколько недель, и есть еще час, которым мы воспользуемся в полной мере. — А затем потянул меня обратно вниз.
**
Когда Джонатан проделал со мной всё то же самое еще трижды, мы наконец добрались до банкетного зала, и на моих глазах выступили слезы.
Я всегда представляла себе прием в белом цвете с небольшими акцентами, но он изменил все к лучшему. Скатерти цвета слоновой кости, пастельно желтые и розовые цветочные композиции по центру столов, идеально дополняющие сверкающие огни, свисающие с потолка. Наши имена: «Мистер и Миссис Стэтхем» выведены крупным черным курсивом в центре стеклянного танцпола. Чудесный конфетный бар, который я так упорно хотела, оказался даже больше, чем представляла. Это был ряд больших спиральных многоуровневых этажерок, занимавших целую стену.
— Леди и джентльмены, поприветствуйте, пожалуйста, новобрачных мистера и миссис Стэтхем! — взревел ди-джей.
Я посмотрела на Джонатана, стоявшего по другую сторону огромной лестницы, и медленно начала спускаться вниз.
Он не позволил мне преодолеть последние ступени в одиночку. Подошел и взял за руку, настойчиво ведя на танцпол.
Обнял за талию и прижал к себе, снова и снова повторяя, что любит.
Освещение в комнате начало тускнеть, и нас окружил мягкий свет прожектора. Я обвила руками шею Джонатана, заиграл оркестр, пронзительные аккорды песни, которую я не узнала.
— Ты поменял песню? — прошептала я.
— Да.
— Что это? — Я попыталась вспомнить, где слышала эту мелодию.
Он ничего не ответил. Просто улыбнулся и повел меня в такт музыке.
Я положила голову ему на грудь и слушала, как струны поют все тише и тише.
— Наконец-то… — пропел Джонатан мне на ухо, идеально попадая в ноты. — Пришла моя любовь…
Сердце снова заколотилось, как только я поняла, что это за песня — «Долго и счастливо» Этты Джеймс.
— В ту ночь, когда увидел тебя… — Его голос был прекрасен.
— Ты говорил, что не умеешь петь… — Я подняла на него взгляд, полный слез.
— Я говорил, что не пою. — Он поцеловал меня. — Никогда не говорил, что не умею. — Джонатан прижал мою голову к своей груди и продолжил петь мне, крепко поцеловав, как только пропел последнюю ноту.
Снова вспыхнул свет, я склонилась к нему и спросила, можем ли мы просто уехать в свадебное путешествие прямо сейчас, но он покачал головой.
— Ты хотела идеальную свадьбу, Клэр. Мы должны сделать все эти «традиционные свадебные штучки». Он провел меня по комнате, и мы поприветствовали каждого гостя.
Позировали для фотографий с нашими друзьями и семьей, смеялись, вместе разрезая трехъярусный торт, и старались не увлечься, когда Джонатану пришло время снять мою подвязку.
Ди-джей начал играть ритмичную музыку, и Джонатан увлек меня на открытый балкон с небольшим столиком. Он отодвинул для меня стул, и нам подали ужин из трех блюд, который мы пропустили ранее.
Мы ели в полном молчании, просто глядя друг на друга и улыбаясь каждый раз, когда наши глаза встречались.
Как только я прикончила десерт, он помог мне подняться и притянул к себе.
— Готова к отъезду?
— Да.
Он кивнул и сделал знак кому-то, кого я не могла видеть. Провел меня обратно в приемную, и ди-джей объявил, что мы уходим.
— Неужели действительно нужно, чтобы на нас бросали рис на выходе?
— Это тоже «традиционные свадебные штучки».
— Ладно. — Он поцеловал меня, и мы подождали, пока мисс Корвин выведет всех гостей на улицу.
— Мистер и миссис Стэтхем? — Она привлекла наше внимание. — Пожалуйста, за мной.
Держась за руки, мы проследовали за ней по коридору до входа в зал. Женщина подала сигнал, мы выбежали на улицу, двигаясь по длинному белому ковру, уворачиваясь от сыплющегося сверху дождя из риса и слыша приветственные крики.
Грег открыл дверцу лимузина, Джонатан поднял меня и посадил внутрь.
Как только дверь закрылась, его губы оказались на моих, а руки на мне. Я наклонилась вперед и, бормоча, начала срывать с него рубашку, он скользнул рукой мне за спину к застежке платья.
Я швырнула рубашку через сиденье, когда услышала серию громких хлопков снаружи.
И тут же замерла.
— Что это?
— Что это что? — Он все еще целовал меня.
— Звук… Похоже на стрельбу.
Джонатан оставил мои губы и улыбнулся.
— Фейерверк.
Словно прочитав мысли, он притянул меня на колени и прикрыл своим пиджаком. Затем опустил стекло, и мы увидели, как наши имена разноцветными искрами рассыпались по ночному небу: «Клэр…», «Джонатан…», «Мистер…», «Миссис…», «Стэтхем…», «Вместе…», «Навсегда…», «До самого конца…»
— Я вообще хочу знать, сколько это стоит? — прошептала я, зачарованная.
— Скорее всего, нет. — Он улыбнулся и провел пальцами по моим взъерошенным волосам.
Мы смотрели на фейерверк, пока он не закончился, и в небе остались только звезды, к тому времени мы уже добрались до его самолета.