Черный день. Книги 1-8 (СИ)
Внимание Антона – который привычно следил за окрестностями - привлекло шевеление в кустах.
С удивлением он узнал кошку. С виду почти как домашняя. Норвежская лесная выглядит почти так же. Но как она, черт возьми, выжила без людей?
В следующий миг он потерял кошку из виду. Успел только заметить, как тень перелетела от одной ветки к другой.
Антон повел бинокль вправо и чисто случайно снова захватил в окуляры объект. Он успел увидеть, как пронеслось по воздуху гибкое тело, чтобы приземлиться куда-то за пределы его видимости.
Но он успел разглядеть гостя. Это действительно была здоровенная кошка с коротким, будто купированным хвостом, густым мехом и кисточками на ушах. Мех когдато мог быть рыжеватым, а теперь был грязнобурым.
— Рысь, — полушепотом объявил он. — Здоровая зараза. Все двадцать кило.
— С ума сойти, — не поверил Хомяк. — Это что, она такая на падали откормилась?
— Да не едят они падаль. Они только свежим мясом питаются.
— Бедолаги. И чьим, интересно?
— Здесь, наверно, чьим угодно. А в природе эта тварюга теоретически лося, оленя, изюбря может завалить.
— Кого? — переспросил Хомяк. — И какого еще на хрен «зюбря»?
Антон проигнорировал его вопрос:
— У меня дядя охотником был, рассказывал. Эти кошечки ловкие. Собаки и волки на птичек так охотиться не смогут, да и на крыс. Реакция не та. Рыси охотятся в одиночку. Ну вроде никто еще стаю не видел. Или живым не ушел, хе-хе. А в природе их естественные враги - волки. Отгоняют их от деревьев и разрывают. А насчет собак не скажу… Вообще, леший его знает, может, из зоопарка, но скорее из леса пришла. А может, и не одна она здесь. В нормальных условиях рысь не вышла бы к жилью. Но каждый приспосабливается как может… здесь ей теперь нечего бояться.
— Жалко, жрать ее нельзя, — вздохнул Хомяк.
— А это смотря как приготовить, — возразил Антон. — Трофей был бы ничего. — Он представил, как смотрелась бы эта шкурка у них дома перед камином. Но он понимал, что стрелять нельзя, тем более ради баловства.
— Да ел я их, — вмешался в разговор притихший было Мерседес. — Домашних. Ничего особенного.
Дальше они не останавливались до самого Подгорного.
Нападение налетчиков спускать было нельзя. Но Караваев понимал, что Подгорный едва ли сможет отправить погоню. Это значило бы искать иголку в стоге сена.
«Тото устроит нам Демьянов разбор полетов, — думал он. — Все, больше не будет расслабухи. Нужна армия, а не ополчение».
Глава 7. Экспедиция
Казалось, бывшая комната отдыха в городской администрации постепенно приобрела черты Пункта Управления покинутого ими Убежища. Но ностальгии по нему собравшиеся здесь сегодня не чувствовали.
Они сидели за столом, накрытым простой клеенкой, прожженной в нескольких местах. Перед ними стояли стаканы с чаем, тарелки с порубленной крупными ломтями закуской и тысяча нерешенных проблем.
На стене висели рядом две карты — Уральский и Приволжский федеральные округа, и на их границе были прилеплены желтые самоклеющиеся бумажки: «г. Ямантау», «г. Косвинская», «ЗАТО Межгорье», «Белорецк16», «Белорецк15», «Алкино2».
— Ехать надо сейчас, а не весной, иначе наша помощь уже не понадобится, — произнес майор, подводя итог получасовому обсуждению.
— Почему они не выходили на связь раньше? — задал вопрос зам по внутренним делам Петр Масленников.
— Значит, на то были причины, — ответил Демьянов. — Война не закончена, пока не убит последний враг. Известный афоризм про погребение. Но и он не верен. Это мы думаем, что никому не нужны — зря, кстати. А они все понимали и прятались. Но их нашли. Враги у них тоже есть, и посерьезнее, чем у нас.
— Сергей Борисович, но почему именно мы? — задал другой давно назревший вопрос Богданов.
— Я думаю, ты, Володя, и сам знаешь ответ. У нас единственная функционирующая больница. А у них там обожженные, облученные и куча тяжелораненых. Вопрос на засыпку? Откуда сейчас, через год после войны, такие травмы? А оттуда, что для них война еще не закончилась. И идет до сих пор.
— Что же они предлагают взамен? — спросил практичный Колесников. — Есть ли конкретный список или только общие слова?
— Взамен они предлагают продукты. Столько, сколько мы сможем увести. Самовывоз из хранилища Росрезерва, — ответил Демьянов. — Но дело даже не в этом, хотя зима будет очень трудной. Мы хотим найти власть. Тот самый чрезвычайный комитет, который сделал то сообщение в первый час после удара. Все остальное второстепенно. Пока наш город был самым крупным из обнаруженных. На территории, где раньше жило два миллиона человек, осталось от силы пятьдесят тысяч. Мы хотим понять, как жить дальше. Если так везде, перспективы у нас хреновые. Да и эти люди с их знаниями нужны нам больше, чем все материальные блага, которые они нам могут дать. Предвижу вопрос и заранее на него отвечаю. «Это рискованно?» Еще как. Никаких гарантий, кроме честного слова, и всего трое заложников. Опасно и для тех, кто поедет, и для тех, кто останется. Особенно после инцидента в Новосибирске. Кстати, как продвигается расследование?
— Проводника и его коллег поместили под стражу, работаем с ними. Но на девяносто процентов они чистые, — отчитался Петр.
— Возможно, это простое совпадение, но пусть пока посидят, — кивнул майор. — В любом случае «кроты» в городе есть, поверьте моему чутью. И их надо искать, а не жевать сопли. Иначе те, кто получает от них информацию снаружи, будут иметь слишком большое преимущество. Это понятно?
Все понимали, что сейчас они перейдут к главному моменту.
— Ввиду важности и спорности выношу этот вопрос на голосование.
Время на размышление им было не нужно, свои решения члены Совета (который также называли Внутренним кругом, а за глаза иногда и «масонской ложей») уже приняли.
Демьянов обвел глазами комнату. Владимир, штатный пропагандист и кадровик, был против. Был против и осторожный Масленников. Колесников, как и ожидалось, был «за», хотя и знал, что возглавит экспедицию лично. Неожиданно «за» выступил и академик Залесский. Большинством решение было принято.
— Вы молодцы. Избавили меня от необходимости совершить конституционный переворот, — усмехнулся в усы Демьянов. — Как я и говорил, экспедиция не будет большой. Не больше ста человек охранения и минимум техники «двойного назначения». Я имею в виду ваши любимые «пулеметные тачанки». Максимум один БТР, больше не дам. Я жадный. Конкретные детали оставляю на усмотрение Олега. Но не забывайте, что повезете вы не дрова, а раненых. Врачи тоже нужны. — Демьянов закашлялся и отпил чаю. — Теперь что касается второстепенных задач. Ими следует заниматься только после выполнения основной и при наличии времени. Вариантов на самом деле только три. Или там все мертвы и ничего нет. Тогда все просто, разворачиваемся и возвращаемся. Второй: там все мертвы, но есть чем поживиться. Здесь по ситуации. Если транспортабельно — берем. Нет — отмечаем на карте. При необходимости — прячем. Ну и третий: они живы и готовы сотрудничать, торговать, обмениваться информацией. Обмениваемся частотами, организовываем постоянное посольство.
Говоря «они», я, естественно, имею в виду тех, кто раньше относился к ВС РФ и органам государственной власти. Но не исключено, что в регионе имеются и другие организованные силы. Все это вам предстоит выяснить. Помните, мы должны соблюдать нейтралитет. Все их разборки нас не касаются.
— Каков порядок комплектации каравана? — спросил Колесников. — Добровольцев искать не надо?
— Порядок обычный. Отберите людей с учетом того, чтобы оставить достаточно для обычных снабженческие операций. Плюс небольшой резерв для помощи дружинникам.
На этом совещание закончилось и все вернулись к своим делам. Отправление назначили через три дня.
* * *Когда Данилов узнал про экспедицию, сердце у него вначале екнуло. Новая работа ему нравилась больше, кормили его гораздо лучше, но с жизнью Саша прощаться не торопился. Одно дело — выезжать по давно разведанному и фактически безопасному маршруту и дербанить брошенные дома, и совсем другое — гнать в неизвестность за пару тысяч километров. Так уж сложилось исторически, что караваны иногда грабят.