Черный день. Книги 1-8 (СИ)

Когда поисковики распечатали бункер, в склеп ворвалась струя свежего воздуха с поверхности, разогнав застоявшуюся гниль и всполошив грызунов. Шум работы еще сильней привлек их внимание, а взрывы гранат и вовсе испугали не на шутку.
* * *
Дверь продуктового склада отличалась от других — мощная, из стального листа. Не будь она открыта, они бы могли с ней долго провозиться.
— Это еще что за новости? — Либерзон замер на пороге.
— Да, неопрятно тут у вас, — проговорил Антон, поводя фонарем из стороны в сторону, чтоб осветить помещение размером со школьный класс. От стены до стены стояли металлические стеллажи. А пол был завален мусором так, что воды не было видно.
— Это не мы… Мы тебе свиньи что ли?
— Да я вижу, что не вы. — Караваев указал на катыши помета в прогрызенной размокшей коробке. — Это крыса, друг человека… Ладно, давайте проверим, что эти твари нам оставили.
Ревизия показала, что не так уж и мало. Из того, что оставалось на складе, полностью пропали сахар и мука — частью от воды, частью от грызунов. Зато консервы в основном уцелели почти полностью. Их поднимали на поверхность в течение шести часов.
— Вира помалу! — крикнул Караваев, закрепляя ящик тросом. Ящик вздрогнул, начал подниматься и вскоре исчез в люке.
Бойцы устали как черти, делали долгие перекуры, и ничего с этим нельзя было поделать. Хорошо, что эта партия — последняя. На складе оставалось еще кое­что в рваных упаковках, но брать это было опасно — не хватало еще занести в Город инфекцию с крысиных зубов.
Он остановился, чтоб передохнуть, одновременно жалея, что нельзя подышать свежим воздухом и нельзя покурить.
Слушая звук работы помпы наверху, перебивавший шум дождя и вой усилившегося ветра, Антон успел подумать о нескольких хороших вещах, когда его внимание привлекло что­то странное. Необычная тишина. Нет, насос продолжал работать и булькала вода в шланге, но не было слышно перебранки бойцов, грузивших наверху ящики в вездеходы. До этого голоса было слышно хорошо.
Где-то наверху тяжело ухнуло, будто топнул ногой великан. Затем громыхнул взрыв, который нельзя было спутать ни с чем. Даже здесь он заметно ударил по барабанным перепонкам.
Караваев сдвинулся к стене и замер, превратившись в слух. Когда рядом с вентиляционной шахтой послышались шаги, он с трудом удержался, чтобы не окликнуть. Вместо этого поисковик поднял глаза на прямоугольник люка и вытащил пистолет. Именно в этот момент свет заслонила тень.
Бесшумно, как призрак, вниз по веревке соскользнул темный силуэт, на лету направляя на него оружие. Караваева спасла только реакция: еще раньше, чем он понял, что происходит, рука уже направила ПМ на тень, а палец трижды нажал на спуск.
Получив две пули в живот и одну в грудь, чужак с воем сорвался и, пересчитывая головой ступеньки, полетел вниз. Упал он уже как мешок: тяжело, точно весил сотню килограммов, да еще и с мерзким хрустом. На всякий пожарный поисковик всадил ему еще одну в затылок. Шлем, похожий на шлем от скафандра, может, и выдержал бы попадание из «макарова» на большем расстоянии, но тут не спас и он.
«Теперь точно допрыгался». — Не успев додумать эту мысль, Антон уже откатился в сторону. И правильно: пули ударили в то место, где он стоял только что. Второй враг, наклонившийся над люком, находился в неудачной позиции, чтобы стрелять метко. Не слишком надеясь на успех, Антон выстрелил в ответ, целясь по ногам. Не попал, но выиграл время.
Наверху послышался топот, но Караваев уже добежал до того места, где коридор делал поворот. Как в воду глядел: прямо под люком упали три предмета, похожие на картофелины. Гранаты взорвались мгновенно — а значит, бросили их с задержкой, выждав пару секунд после того, как выдернули чеку.
По ушам ударила взрывная волна, застучали, пробивая металлические панели, осколки.
Чуть дальше в узком тоннеле аварийного выхода его уже ждали Хомяк с Мерсом. Остальные товарищи подтягивались следом. Ящики были похерены, зато все приготовили оружие. Они собирались встретить врагов здесь, но те не спешили спускаться, — похоже, повторять судьбу своего товарища никому из них не хотелось.
 
В напряженном ожидании прошло несколько минут. Внезапно в воду, уровень которой уже поднялся на целую ладонь — помпа работать перестала, — упало тело. Караваев выматерился, по камуфляжу он узнал водителя. Следом полетели другие — Артем и Серый — двое поисковиков, которые занимались погрузкой в машины. Он не стал подходить к ним — трупы могли быть заминированы.
— Падлы, вы кто такие, на хер?! — крикнул Антон, сложив руки рупором. — Мы ж вас из-под земли достанем!!
Вместо ответа сверху начали стрелять — вслепую, надеясь на рикошеты от стен. Но разведчики были вне досягаемости неизвестных противников, и те вскоре перестали тратить патроны.
«Вот так всегда в жизни, — подумал командир звена. — Мы уже собирались ехать домой, и тут все пошло наперекосяк. Сами виноваты. Рано расслабились.
Сукины дети. Самим им, значит, лень было мараться. Подождали, пока другие за них грязную работу сделали, и пришли на все готовенькое».
В этот момент грохнула крышка люка и в тоннеле стало темно.
Почти сразу где­то наверху снова заработал остановившийся было мотор. Десять секунд спустя раздался звук глухого удара и громкий скрежет. Караваев решил, что, маневрируя, машина-монстр задела здание. Видимо, тот, кто сел за руль, не привык к ее габаритам.
Через несколько секунд снова раздался взрыв, и сверху на бетонный оголовок вентиляционной шахты упало что­то тяжелое, по весу напоминающее балку. Тяжелый гул, похожий на колокольный звон, поплыл по коридору, в воду посыпалась цементная пыль. Замуровали, демоны.
Караваев начал лихорадочно соображать. Хоть режьте, хоть ешьте, но он не верил в случайную встречу двух вооруженных и подготовленных групп в эпицентре. Так не бывает. Стрельбы не было. БМП молчала, хотя стрелок заснуть не мог. Значит, первый взрыв и был ее подрывом. Но ее не подбивали, этого они не могли бы не услышать. А значит, кто­то их ждал. Или вел давно.
В свете своего налобного фонаря он взглянул на труп чужака, который лежал лицом в прибывавшей воде, иссеченный осколками в кровавый винегрет. Не пожалели, твари, своего павшего товарища. Ворочать эту тушу для досконального обыска Антон не собирался, ограничившись беглым осмотром.
Убитый был крупным, в черном защитном комбинезоне, под которым угадывался легкий бронежилет, в войсковом противогазе, с ПНВ, разбитым то ли падением, то ли взрывом. Наклонившись, Антон вытянул из-под трупа за ремень АКМ. Из дула полилась вода. Он осмотрел автомат, передернул затвор, отсоединил и присоединил магазин.
В кобуре, закрепленной на поясе поверх комбинезона, оказался АПБ — бесшумный вариант автоматического пистолета Стечкина. Ага, теперь понятно, как им удалось тихо разобраться с мужиками наверху. Оба трофея Караваев забрал. Пригодятся.
Да кто ж вы такие, сволочи? Экипированные по самое не могу, сытые и, похоже, опытные. На бандитов не похожи. Живьем бы гада взять. Допросить. Чего им надо? «Хотя, — подумал Караваев, — это и ежу понятно. В Городе об этом будет кому задуматься. А пока надо выбираться отсюда подобру­поздорову».
Наверху рокот моторов постепенно удалялся. Обе машины уходили на всех парах.
Увели. Вырезали всех, кто был наверху, и угнали технику вместе с грузом.
— Иваныч! — окликнул он проводника. — Пошли через твое метро.
Голос его дрожал, но не от страха, а от злости.
  
Глава 6. Туннели
 
Метро. Антон знал, что там мертвецы лежали сплошным ковром. Те, кто не сгорел, утонули. Повезло лишь тем, кто был на станциях, значительно удаленных от эпицентров. Лучше, чем метро, укрытия не придумаешь, но только с точки зрения облегчения труда похоронных команд.