Сделка (СИ)
— Позвони ей, — сказал я, добавляя в голос нотку раздражения, как бы говорящую, что им пора валить отсюда, — если надо.
Еще немного, и я выдворю за дверь Виктора, чтобы остаться наедине с Валери и проделать с ней то, что по непонятной причине возникает в моей голове. Я вызвал из памяти образ Темпла, который в момент должен был остудить весь мой пыл, но почему-то гребаный член не падал, наполняясь силой. Как только они уйдут, надо разрядиться, а лучше позвонить Альме и стереть ею все эти треклятые картины в моей голове.
— Она обязательно позвонит, — встрял Виктор, дергая ее в сторону двери. Становилось невыносимо терпеть эту приятную боль, и я поспешил к ним, уже выгоняя из комнаты.
— Мне все равно, — бросил я, захлопывая за ними дверь, запер ее на замок и взглянул вниз, поражаясь тому эффекту, который на меня возымела Валери. Надо держаться от нее подальше, если я все еще хочу сохранить дружные отношения с семейством Эйбрамсонов. Сняв с себя одежду, я схватил свой член, ощущая, как он пульсирует в моей руке, и закрыл глаза, представляя Альму, у которой почему-то были небесные глаза и губы цвета спелой клубники.
***
Виктор заснул в моей кровати у меня руках. Я провела пальцами по его гематомам, и его лицо перекосилось от боли. Мой хороший. Мне было больно видеть все эти увечья, которые на нем оставил Джейми, но я ничего не могла сделать, чтобы они исчезли, перестали мучать Виктора. Когда мы вернулись в комнату после моей неудачной попытки извиниться перед Джейми, он стал провоцировать меня на ссору, допрашивая так, словно я наставила ему рога. Хотя это ведь так. Я поцеловала Джейми будучи в отношениях. Считается ли это изменой? Я бы сказала, что да, и от этого так скверно на душе. Мне хочется провалиться сквозь землю и исчезнуть из памяти всех этих людей, чтобы они больше никогда не видели тех позорных поступков, которые я совершила.
Тяжело вздохнув, я бесшумно вылезла из-под Виктора, накрыла его одеялом, поцеловала и, схватив сумку, вышла из комнаты. Мне нужно было идти на работу. Закрыв дверь, я пошла вдоль коридора, просматривая сообщения на почте, когда услышала чьи-то шаги. Вскинув голову, я увидела Джейми, идущего из мужской душевой. Победа — он наконец-то понял, что ему нужно мыться там, где член между ног никого не удивит, провал — он снова был полуобнажен и вызывал у меня самые грязные и пошлые мысли. Я хотела слизать каждую каплю, стекавшую по его торсу, провести языком вдоль ключицы, направляясь к шее, остановиться на его великолепном отточенном лице и оставить на нем тысячу поцелуев. Я ощутила, как сжались мышцы моей вагины от представления его члена внутри меня. Почему-то мне кажется, что он такой же идеальный, как и сам Джейми.
Он обольстительно улыбнулся, обнажая ряд ровных белых зубов, и я споткнулась. Быстро восстановившись, я встала посреди коридора и, как последняя дура, продолжила дальше пялиться на этого полубога. Напасть какая-то. Он остановился перед мной, и я отступила влево, освобождая ему дорогу, но он двинулся в ту же сторону. Тогда я сделала шаг вправо, снова давая ему возможность пройти, но он вновь повторил за мной. Потому, как он насмешливо улыбался, я поняла, что это не случайность — это игра.
— Ты что-то хотел? — глухо спросила я, пытаясь совладать с эмоциями.
Мне было тяжело находиться рядом с ним. Я смотрела на него во все глаза и отгоняла от себя видения, где он грубо трахает меня в ванной. Черт, нужно что-то делать. Джейми наклонился ко мне, нечаянно задев руку, и, когда его теплое дыхание коснулось моего уха, я закрыла глаза. Я готова была умереть от такого наслаждения.
— Зачем ты соврала? — спросил он, касаясь ладонью моей шеи, водя по ней пальцами.
Я шумно выдохнула, еле сдерживая рвущийся наружу стон.
— Я не врала тебе, — тяжело сглотнув, прохрипела я.
— Ты ведь приходила не к Альме, — он улыбнулся и покачал головой так, как делают взрослые, когда они недовольны поступками детей.
— С чего ты взял?
Я выгнулась, когда он начал массировать мою шею своей сильной рукой. Такой чувствительной я еще никогда в своей жизни не была.
— Не лги мне, Валери, — прошептал он мне прямо в губы, отчего я потянулась к нему, ощущая, как все внутри меня разрывается от желания поцеловать его. — Ты ведь приходила ко мне, правильно?
Джейми нажал на какую-то особенную точку, отчего я все-таки не сдержалась и тихо застонала, прильнув к нему всем телом. Я хотела прямо здесь и сейчас заняться с ним диким, необузданным сексом.
— Да, — выдохнула я, цепляясь за него в тот момент, когда мои ноги подогнулись.
Джейми обхватил меня за талию, прижимая к себе еще сильнее.
— Зачем ты приходила? — продолжал он эту сладкую пытку.
— Чтобы извиниться.
— За что? — коснувшись губами моего виска, спросил Джейми.
Его рука продолжала массировать шею, опускаясь ниже, отчего мое тело покрылось мурашками.
— За то, что я сказала, — всхлипнула я, желая большего.
Джейми отошел от меня, отчего я запротестовала, хватая его за руку, но он лишь снисходительно улыбнулся, окидывая меня надменным взглядом и мягко вырывая руку из моей. Я, чтобы не упасть, прислонилась к стене, ища в ней поддержку, и беспомощно взглянула на него. Перед глазами стояла пелена желания.
— Я прощаю тебя, — учтиво сказал он, выгибая правую бровь. — Удачи на работе.
Он прошел мимо меня, скрываясь в комнате, а я на негнущихся ногах направилась к лестнице, где села на ступень и, постаравшись успокоиться, попыталась понять все, что сейчас было. Но я ничего не понимала. Абсолютно ничего.
Глава 15
Один акт насилия может быть искоренен только другим таким же актом.
Карл Маркс
Застегнув пуговицу на штанах, я подправила топ, затем подошла к столу, на котором лежала шкатулка, и вытащила бриллиантовые сережки-гвоздики в форме дубовых ветвей и листьев. Кольцо из этого комплекта я носила на среднем пальце правой руки: ею я совершаю большинство своих действий, и из-за этого оно часто мелькает перед глазами. Вдев сережки в уши, я завязала волосы в хвост, взяла сумочку и вышла в коридор, где меня ждал Виктор.
Прошло две недели, многие синяки прошли, и лишь в некоторых местах все еще виднелись отпечатки той страшной ночи. Он улыбнулся при виде меня. Я подошла к нему, заключив в объятия этого большого человека, а затем прикоснулась губами его щетинистого подбородка, оставляя на нем легкий поцелуй.
— Ты хочешь, чтобы мы остались здесь и никуда не пошли? — застонал Виктор, хватая меня и опуская вниз, совсем как в танце.
Я завизжала, громко смеясь, а затем почувствовала, как он оставляет череду поцелуев на шее и груди. Приятная волна прошла по моему телу.
— Мы можем продолжить в кинотеатре, — приглушенно сказала я, заговорщицки подмигнув.
— Хм-м-м, — лениво протянул Виктор, — заманчивое предложение.
Он одарил меня глубоким поцелуем, после чего мы вышли на улицу. На дворе уже чувствовалась осень: дул прохладный ветер, в воздухе ощущалась влажность, тучи виднелись в темном небе — я поняла, что что-то переборщила с топом. Так можно заболеть. Поежившись, я прижалась к Виктору, шедшему по направлению к автомобилю, и заметила в нем двух людей. Прищурившись, я поняла, что забыла надеть линзы. Лица людей оставались для меня загадкой, пока мы не приблизились настолько, чтобы я смогла их разглядеть — Мартин и какая-то девушка, которую я никогда не видела.
— А что здесь делает Мартин? — спросила я прежде, чем мы сели в машину.
— Они поедут с нами, — пояснил Виктор, проверяя карманы брюк. — Ты против?
Ну вообще-то да. Я не очень хотела ехать в кино на фильм ужасов в компании Мартина и его девушки…
— Нет, — наигранно улыбнулась я, подмечая, что Мартин еще и занял мое место возле Виктора.
Круто, что я могу сказать. Радушно улыбнувшись мне, он протянул руку, которую я осторожно пожала, вспоминая его поведение в предыдущий раз, а затем подошла к другой двери и села в машину. Девушка рядом со мной поздоровалась: