Кофе с молоком
Матвей приближается ко мне, загоняя в угол. Мужчина хорошо сложен. Видно, что посещает зал и я к своему стыду чувствую внизу живота предательскую тяжесть. Нет. Я не могу его хотеть. Не должна испытывать к этому животному хоть какие-то чувства! Ему ведь плевать на меня! Он просто хочет меня поиметь, унизить, показать моё место.
В душе вместо страха появляется злость. И она придает мне силы. Я усыпляю его бдительность, а потом со всей силы бью его коленом в пах и бегу на кухню. Хватаю первый попавшийся нож. Напряжённо жду, пока Матвей доковыляет до кухни и выставляю нож впереди себя.
— Принцесса хочет поиграть… — кривясь от боли говорит мужчина — Ты очень сильно пожалеешь об этом, детка.
— Не подходи — угрожающе дёргаю своим оружием.
— Я трахну тебя прямо на этом столе, сучка — его глаза почернели от ярости.
Я не успеваю среагировать, как Матвей бросается на меня и выбивает из моих рук нож. Я пытаюсь закричать, но он хватает меня за горло и грубо толкает на стол, раздвигая мои ноги вклинивается между них. Держит меня за горло одной рукой, а другой достает из боксеров член. Наши взгляды сталкиваются. Я умоляю его остановиться, но на его лице вдруг появляется грязная ухмылка, и я понимаю, что бесполезно. Всё бесполезно.
Острая боль прошивает низ живота, когда он грубо одним толчком загоняет в меня свою дубину. Как же больно, черт… Я не могу закричать, потому что Матвей продолжает сжимать моё горло. Хриплю, пытаясь вырваться.
— Да, вот так, принцесса — говорит он с трудом делая движения — Расслабься…
Я пытаюсь его оттолкнуть, царапаю ногтями грудь и лицо, но ему все равно. Он продолжает вбиваться в меня с остервенением и злостью. С каждым толчком будто убивая меня, нанизывая на раскаленный вертел…
Я не знаю, сколько это продолжалось. Наверное, целую вечность. В какой-то момент мне стало похрен на всё. Я сдалась. Лишь почувствовав внутри себя его семя, я облегчённо вздохнула.
Матвей убрал от меня свои руки и скрылся в ванной. Я сползла на пол, униженная и растоптанная.
— Я делаю это ради Дана. Ради Дана. — повторяла я себе — Ради брата я должна быть сильной.
С трудом встала. По внутренней стороне бедра стекала его сперма. Она оскверняла меня, метила, клеймила. Мне хотелось содрать с себя кожу, чтобы не ощущать её на себе. Но она уже въелась в меня, как грязь. Проникла внутрь, впиталась, причиняя огромную душевную боль. Но я справлюсь. Я не сломаюсь из-за того, что этот урод меня изнасиловал.
Проскальзываю в ванну, как только он выходит и долго смываю с себя его прикосновения. Настолько долго, что Матвей не выдерживает и грубо врывается в комнату.
— Сколько можно мыться? — кричит он, перекрикивая шум воды — Ты рехнулась что ли?
— Пошёл на х* — отвечаю я не удостоив его взглядом.
После такого, парень выключает воду и выдергивает меня из ванной, ставя на пол.
— Чтоб я такого больше не слышал — рычит мне в лицо — Ты предохраняешься как-то или мне сбегать за таблетками?
Эта внезапная забота выглядит так неестественно, что я начинаю смеяться.
— Майя! — встряхивает меня Матвей — Ответь, блин, это важно.
— Вообще-то об этом надо было думать, когда ты засовывал в меня свой член — говорю я, давясь смехом — Ты же хотел детей, в чем проблема?
— Хотел, но не сейчас! — взрывается он — Тебе надо учится…
— Только не надо обо мне заботится — стряхиваю его руки со своих плеч — Не пытайся выглядеть в моих глазах человеком. Ты животное!
— А ты гребанная принцесса! Тебе сложно было расслабиться и получить удовольствие? Что ж. Ты знала на что шла. Ещё вчера я должен был сделать это. Но я пожалел тебя, проникся твоим горем, а ты? Что сделала ты? Не смогла подарить мне немного тепла…
— То есть я виновата в том, что ты меня изнасиловал? — не понимаю его логики.
Злость в его глазах внезапно остывает.
— Нет. Прости. Я мудак, знаю. Ты ударила меня и я сорвался. Тебе еще больно? — спрашивает Матвей.
Я грустно улыбаюсь, кутаясь в полотенце. Ни на грамм не верю в его раскаяние.
— Мне больно от того, что я стану женой такого чудовища — отвечаю ему и выхожу из ванной.
Когда захожу в спальню, вижу на полу пакеты известного бренда женской одежды.
— Что это? — спрашиваю у него, как только он заходит в комнату.
— Твоя одежда. Я ведь порвал на тебе платье.
— Зачем так много? Мог бы купить что-то одно — ворчу недовольно шурша пакетами.
— Я хочу, чтобы ты до свадьбы жила со мной — Матвею хватает наглости сказать это мне.
— Нет. Даже не думай. — я достаю весьма неплохое платье и любуюсь им.
— Почему?
— Ты ещё спрашиваешь? Я по твоему ловлю кайф от изнасилований? — бросаю на него возмущенный взгляд и перехожу к другому пакету.
— Не всегда же будет так… Мы узнаем друг друга получше и ты сама захочешь секса — бесстыдно рассуждает он.
— Вот как ты это видишь? — усмехаюсь я — Лучше скажи, когда ты отдашь видео следователю?
— Как только ты подпишешь брачный договор. Я дам его тебе сегодня — пронзительный взгляд серых глаз пробирает до мурашек.
— Не доверяешь мне? Я же сказала, что выйду за тебя! — отбрасываю пакет с джинсами так далеко, что он улетает в другой конец комнаты.
— Извини, принцесса, но я не верю твоему слову. Что тебе помешает отказаться выходить за меня как только твой брат выйдет на свободу? Ничего. Устные договорённости не имеют никакой силы. А вот твоя подпись это моя гарантия.
"Юрист твою мать" — подумала я, но не озвучила свои мысли вслух.
— Ещё есть несколько пар обуви — сказал Матвей с довольной улыбкой. Они в коридоре.
Следующий пакет полетел в его сторону, но парень увернулся от него, скрываясь в проёме двери.
— Скотина — прошипела я и улыбнулась. Ни что так не поднимает настроение, как шопинг за чужой счёт.
К вечеру Матвей угостил меня ужином в дорогом ресторане, а после вручил
увесистую папку.
— Подписывай — положил передо мной ручку.
— Я не могу подписывать вслепую. С договором должен ознакомиться юрист нашей семьи — листаю увесистую папку, поражаясь количеству пунктов.
— Как хочешь. Даниил пока в больнице у тебя есть время — улыбается он — Скажу сразу менять я ничего не буду. Мы лишь можем заключить с тобой дополнительное соглашение, если я буду не против.
— Надеюсь, я не окажусь у тебя в вечном рабстве? — усмехаюсь я.
— Хочу озвучить тебе главный пункт о разводе. Тебе же интересна сумма за твою свободу? — с удовольствием говорит этот дьявол.
— Конечно. Дай угадаю: миллион зелени?
— Обижаешь, ты стоишь гораздо больше: 20 миллионов.
— Ты серьёзно? — офигиваю я.
— Вполне — подмигивает он.
— Ты сумасшедший… Ты просто псих… Скажи, что тебе на самом деле от меня нужно? — шепчу еле слышно, пока меня медленно охватывает паника.
— Мне нужна ты, принцесса. Вместе навсегда, звучит глупо, но это про нас. Ты надеялась купить себе свободу? Не выйдет. Было бы всё так просто, я бы попросил денег, а не твоей руки.
— За что? — я начинаю задыхаться и делаю маленькие частые вдохи.
— Говорю же тебе: я хочу тебя себе — чеканит Матвей — Считай это моей прихотью. Ты мне понравилась. Сначала по фотке, потом и вживую. Ты не шкура и не шлюха. В тебе есть стержень. Ты не сломалась после того, как я взял тебя силой. Ты предана своей семье и ради брата готова на все мои условия. Я ценю эти качества. В наше лицемерное время они штучный товар. А ещё я знаю, что ты не смиришься. И мне жутко интересно, что ты станешь делать, когда поймёшь, что у тебя нет другого выхода, кроме как быть моей женой…
31. "Теперь это твой дом".
Я не хотела приезжать в Италию. Не сейчас, когда раны от потери Олега ещё так свежи. Но отец настоял на моем приезде. Хотел сказать мне что-то важное не по телефону. Раньше я бы мучилась от любопытства, предполагая что же это может быть, но теперь мне все равно. После гибели любимого ничто не способно вызвать у меня интерес.