Кофе с молоком
— Саш, подожди — торможу я его, оказываясь у него на руках — Давай не сейчас…
Он удивлённо смотрит на меня, но продолжает идти в спальню.
— Почему?
Я смущаюсь. Мне вдруг становится очень неловко от его взгляда. И еще от того, что на нас двоих совершенно нет одежды…
— Ты до сих пор стесняешься меня? — улыбается Грубиян, бросая меня на кровать и нависая сверху. Я молчу, не зная куда деть глаза — Блондинка?
Я едва слышно вздыхаю.
— Что не так? — Саша становится серьезным — Майя?
Я набираюсь смелости и все-таки признаюсь в том, что хочу кушать.
— Уже? — удивляется он — Ты же только встала…
Ответить не успеваю, за меня это делает желудок, издавая смешной урчащий звук.
Грубиян улыбается и в его глазах я вижу столько теплоты и заботы, что готова расплакаться… Ведь я до сих пор чувствую себя недостойной его любви. Простить себя оказалось практически невыполнимой задачей…
Даже поговорив с братом, я всё равно чувствовала себя грязной… Мы с ним договорились никогда не вспоминать нашу неродственную связь и попытаться сохранить нормальные отношения…
— Так уж и быть — врывается в мои мысли голос Сашки — Покормлю тебя. И себя заодно. Но сначала мы примем душ вместе.
— Хорошо — слабо улыбаюсь я, и позволяю ему увести меня в душ…
Конечно, там мы не только моемся… Грубиян не был бы собой, если бы не стал целовать меня, как только мы зашли внутрь… С ним я поняла, что не замечаю, когда заканчиваются поцелуи и начинается кое-что другое… Этот переход настолько плавный и естественный, что я прихожу в себя лишь на балкончике, в халате, у него на коленях…
Не знаю, когда он успел сделать кофе и принести ягоды. Я словно в тумане, снова не могу оторваться от его губ… Есть ли зависимость от поцелуев? Наверное, да. Я точно ею больна. Не обращаю внимание на протесты своего желудка, продолжаю целовать своего мужа…
Да, Сашка мой муж. Мы поженились недавно. Скромная церемония только для семьи. Родители, брат с женой и детьми, и из России прилетел Олег с Тессой и дочкой. Когда мы собрались все вместе, то стали очень похожи на обычную итальянскую семью: весёлые, шумные, эмоциональные…
— Ты сегодня какая-то странная — замечает Грубиян без шуток.
Я улыбаюсь, делая глоток кофе.
— Просто хорошее настроение… — говорю чуть позже, наслаждаясь этим летним утром, прекрасным кофе и тем, что Саша рядом.
— Блондинка… — почти по слогам тянет он так, что я тут же покрываюсь мурашками — Скажи, о чем думаешь…
Я пожимаю плечами. Тону в его глазах, видя в них все оттенки счастья так, словно у нас нет вечности в запасе… А она ведь есть. Пусть не вечность, но целая жизнь вдвоём… И возможно нас станет больше. Интересно, каким отцом будет Саша? Да, я уже думаю о детях, хотя мы их пока не планируем. Хотим насладиться друг другом, пожить для себя немного.
Мама родила нас с Даном поздно, когда ей уже было за тридцать. И я спешить не собираюсь. Я сама ещё во многом ребенок, и не хочу пока становиться взрослой…
А Саша… Он умеет удивлять. И касается это не только меня. После всех событий, он принял решение поступать на экономический, хотя способностей к дизайну у него наверное больше, чем у меня! Грубиян сказал, что хочет оставить дизайн как хобби, и стать управленцем. Пойти работать в компанию моего отца… Наверное, так он хочет быть ещё ближе ко мне, хотя куда уж ближе, мы ведь не расстаёмся с ним ни на минуту…
Сама я уже учусь в том универе о котором и мечтала, в Турине, куда приехала по зову сердца. Я ничего не говорила Сашке о том, что рисовала его задолго до приезда сюда… Он был в моих мыслях ещё незнакомый, но такой родной… Трудно было принять то, что я влюбилась в него… Сначала мне казалось — наоборот. Грубиян бесил и раздражал меня своим присутствием. Я мечтала от него избавиться, а потом хотела обратного: никогда с ним не расставаться…
Мечты сбываются. Нужно лишь верить и делать что-то для их исполнения. Всё в наших руках. И это не просто психологические установки, а правда жизни…
*
Умеете ли вы рассказывать истории? Я свою рассказала. Хорошей или плохой она получилось, не знаю. Судить не мне. Она такая, какая есть, и каждый видит в ней что-то свое. Кто-то насилие и грязь, а кто-то долгий путь к себе настоящему, сквозь боль и страх потери, когда рождается что-то новое в душе, частичка света в кромешной тьме… И это здорово чувствовать ее так, словно она и есть часть твоей собственной души.