Эльфийка и охотник: Дело Аптекаря (СИ)

— Старик, я прослежу, чтобы принц Руслан был наказан. — Эльфийский король встал и произнес успокаивающие слова. — Можешь не переживать из-за этого.
— Я верю тебе, эльфийской король! А где Кларис? Жена того страшного конюха. Она тоже была с нами заодно.
— Все, замолчи Аптекарь, не скидывай свои грехи на других. Тем более Кларис уже наказана. Еще что-нибудь хочешь сказать?
Толпа начинала нервничать и выкрикивать оскорбления в сторону Аптекаря. Кто-то кинул в старика лошадиную лепешку навоза и прокричал: “Убийца!” Старик успел отскочить, но следующая лепешка приземлилась ему на голову.
— Казнить убийцу!
— Отправляйся к дьяволу!
В сторону эльфов посыпались проклятия. Аптекарь махал руками и кричал. А потом еще одна лепешка и еще, градом полетели на старика. Пока не упав на колени, пленник не закрыл голову руками и не замолчал.
— Пора заканчивать этот цирк. — Произнес злобно Авнустас и взглянул на Друлавана.
Эльфийский король кивнул стражникам и тут же несколько эльфов взяли за руки и за ноги Аптекаря. Старик, казалось, был уже мертв, он не сопротивлялся и не произносил ни слова. Старался не дышать, чтобы не пропустить ударов сердца.
«Пилюля цианистого калия спасла бы меня сейчас! Может, надо помолиться, раз уж остались считаные минуты».
Посмотрев в сторону постамента, он увидел Мариэль. Ее агатовые волосы переливались на солнце. Живая. Ведьма!
Подойдя к изабелловой лошади, стражники опустили старика на землю и привязали ноги казненного к стременам.
“Теперь можно смотреть на солнце, не поднимая головы” — подумал Аптекарь перед тем, как красавица изабелловая лошадь сверкнула перламутровой шерстью и поскакала галопом по заснеженному полю.
Голова старика билась о кочки и ухабы подмороженной земли, оставляя кровь и пучки седых волос на пожухлой траве. Криков не было, только топот лошади отзывался эхом в темном лесу.
Каждая оброненная капля крови была возмездием за убитого эльфа, пойманного мамондика и другого священного создания.
Эльфы были отомщены — теперь можно было праздновать!
Стараясь быть незамеченной, Мариэль поднялась с первыми лучами солнца и решила закончить одно важное дело. Пока все спали, она нашла плетёную корзинку и перчатки для сбора ягод.
Еще решила достать из шкафа тёплую кофту и бриджи. Утеплившись, эльфийка вылезла из своей комнаты через окно и спустилась по веткам деревьев.
Ей всегда нравилось общаться с ними, обнимать их за стволы, гладить зелёные листики. Вибрацию, которую она от них получала, питала ее жизнь энергией. Находясь в столице королевства Гефипсонии, она словно разорвала связь между ними, поэтому совершила столько фатальных ошибок. Наполняясь энергией от своих друзей, она снова становилась счастливой и жизнерадостной.
«Жмунь, маленький колючка, ты где? — мысленно позвала друга Мариэль, спускаясь на дорогу, ведущую из деревни. — Не хочешь мне помочь в одном важном деле?»
Услышав тихое попискивание, ушки эльфийки завибрировали и она замерла.
— Чего так рано? Опять петух в одно место клюнул?
— Просыпайся соня, я иду в лес, собрать последние осенние ягоды для бабушкиного нового лекарства. Пойдешь со мной?
— Чего я там не видел? Тебе что не с кем пойти?
— Я не знаю… я не думала о других. Ты мой любимчик. — Пропела Мариэль, стараясь умаслить Мамондика дабы он согласился пойти с ней в лес.
— Взяла бы Исилендила или ту рыжую эльфийку, с которой познакомилась в королевском склепе.
— Исилендил уехал из деревни по заданию деда, а моя новая знакомая еще не настолько близка мне, чтобы тащить ее в лес, — промямлила эльфийка и заулыбалась. — Прости дружок, видимо, я и правда, не вовремя. Так ты точно не идешь?
Жмунь что-то пискнул и отключился.
«Так мне и надо!» — Мариэль заплела косу, отряхнула платье от прицепившихся листьев и, улыбнувшись эльфийским стражникам, вышла из деревни.
До нужного места добралась быстро, и пока солнце не поднялось над вершинами деревьев, решила быстро собрать ягоды и вернуться домой до завтрака.
Подмороженные ягоды свисали яркими гроздьями и просились в руки. Были и такие, которые не дождавшись Мариэль, окропляли снег своим соком и оставались лежать до весны.
 
Надев перчатки, чтобы не испачкать руки ягодной кровью, эльфийка осторожно собирала гроздья Гаультерии. Ярко-красные, с тонкой кожицей и ядовитой начинкой внутри. Собирать их надо было осторожно, пока они висят на дереве, покрытые морозной корочкой, то сохраняют свои целебные свойства, но как только оказываются внизу — теряют их и отдают яд земле.
Собрав полную корзину с нескольких деревьев, она услышала странные шорохи. Кто-то медленно шел по пожухлой траве, приминая тонкую пленку ночного снега.
Обернувшись, она увидела ЕГО. Как он здесь оказался? Откуда узнал, что она в лесу? Почему он такой красивый?
Мысли, роем пчел, жужжали в голове не давая сосредоточиться на том, что происходило. Да и сердце-предатель билось так сильно, что заглушало дыхание. Руки ослабли и выронили корзинку с ягодами на землю.
«Как красиво они легли на снег, красные на белом».
— Мариэль… — мягко произнес принц и подошел ближе.
— Виктор. — Отойдя на полшага назад сказала эльфийка. — Ты не должен быть здесь.
— Выслушай меня. Пожалуйста. — Виктор преклонил колено к ногам эльфийки и начал собирать ягоды в корзину.
Оторопев от резкого порыва принца, Мариэль подумала, что упадет в обморок.
«Ведь он встал на колено. Хорошо, что не ради предложения. А может, плохо? Он меня совсем не любит. А может, любит? Но он целовал Сесиль. Значит, не любит. Ох, уж эта гадина. Чтоб ей провалиться!»
Щеки пылали, руки дрожали, и язык совсем не хотел слушаться. Голова кружилась от запаха любимого мужчины, который находился на расстоянии одного поцелуя.
Опустившись на колени, Мариэль начала собирать ягоды вместе с принцем и складывать их в корзину.
Виктор посмотрел девушке в глаза и взял ее за руки.
— Совсем холодные. — Прижав их к себе, он снял перчатки и поцеловал тонкие пальчики.
— Виктор, как ты меня нашел? — дрожащим голосом произнесла эльфийка.
— Твой друг Жмунь, увидев стакан эльфтвейна, признался, где ты находишься. Он знатный пьянчужка у тебя.
— Маленький предатель, доберусь еще до тебя! — Вскрикнула Мариэль и почувствовала, что весь страх от близости с Виктором ушел. Голова прояснилась, и эльфийка поняла, что ей нужны объяснения. Вырвав ладонь из рук принца, Мариэль посмотрела на мужчину и спросила: «Ты любишь ее?»
— Ты знаешь, кого я люблю всем сердцем.
— Отвечай на вопрос! — Мариэль стиснула зубы и воинственно посмотрела на принца.
— Я не люблю Сесиль и никогда не любил. Тот поцелуй — ошибка. Она хотела попрощаться, и я позволил это. Мне безумно жаль, что ты увидела нас и подумала Бог невесть что. Она всегда была настырной и если бы я не разрешил поцеловать себя, она устроила скандал, и я не представляю, чем это все закончилось.
— Хм… а если бы она захотела заняться с тобой прощальным трах-тарарахом. Ты тоже разрешил бы ей эту маленькую вольность?
— Не говори глупости. После того, что было между нами, мне никто не нужен. Я тебя люблю моя маленькая эльфийка и с тобой хочу провести свою жизнь. Только ты одна делаешь меня по-настоящему счастливым, и я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы ты никогда больше не плакала от горя. Только от счастья.
Виктор замолчал на мгновение, а потом, сказал, то, что она очень хотела, но не ожидала услышать.
— Мариэль, я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Девушка ахнула и прижалась к любимому мужчине, обвив руками шею, она поцеловала теплые губы и упала Виктору на грудь. Ягоды снова рассыпались на снегу и теперь напоминали красное зарево, окружавшее двух влюбленных людей. Только сейчас эта была не кровь, а прозрачные леденцы, обсыпанные сладкой пудрой.
— Мариэль, это, да?
Мариэль отстранилась и собрала пальцами неожиданные слезы.