Младший наследник. Том 2 (СИ)

Впрочем, это не меняет того, что мне нужны коренные оясимцы. Тут на помощь и должен прийти тот идиот, Фукава (однофамилец знатной семьи Фукава, вот же повезло парню) — несколько переводов руководств в нужных местах, торчащие в моём доме Роберт и Акира с его неуёмной энергией, и один член нового поколения, не принадлежащий к какому-то ещё клану, готов.
Впрочем, это вложение окупится не скоро. Конечно, куда раньше чем Акира (интересно, я смогу сплавить Джуна на него?), но этого всё равно недостаточно.
Ничего, кто-то из совершенствующихся Оясимы должен быть в поиске работы — раз уж расходы берут на себя Вяземские, я могу предложить людям зарплату. Но всё равно не слишком большую: не стоит быть расточительным, учитывая количество трат, необходимых для быстрой постройки клана.
Я собирался проспать весь перелёт, но благодаря стараниям Джуна это было невозможно — пришлось предпринимать вялые попытки успокоить его. На самом деле, я надеялся, что он устанет и заткнётся сам, но, очевидно, каждый раз, когда я на что-то надеюсь, происходит что-то обратное. Энергии в Джуне было много, даже слишком много для такого маленького тельца, а вот желания меня слушать — ни единой капли.
Иногда мне даже казалось, что он притворяется, что я ему нравлюсь — его отношение больше напоминало какое-то издевательство. Впрочем, это первый настолько маленький ребёнок, за которого я несу ответственность, но с подростками всегда было проще. Они такие предсказуемые. Что касается предсказуемости Джуна — я точно могу сказать, что он будет ныть и доставать меня, пока не станет достаточно взрослым, чтобы я мог его от себя отцепить. Или дольше.
Когда самолёт приземлился, я с облегчением выдохнул и поспешил выйти — ненавижу полёты. Глупый современный мир. Надо же было додуматься создать воздушный транспорт!
Мой путь не предполагал возвращение в Хигасиагацуму, но я всё равно на этом настоял — всё равно до запланированных встреч ещё две недели. Что мне делать в Токио всё это время, раздражать Кикучи Орочи? Кто-нибудь из семейки наверняка и так в бешенстве, так хоть лучше побуду подальше от них.
Я думал, что хотя бы люди Вяземского решат остаться в столице, но они последовали за мной, пророча единственной гостинице в селе неплохую прибыль.
Самым большим облегчением было оказаться перед воротами своего маленького домика с Джуном и Прохором на буксире. Зачем второй увязался за нами, оставалось только догадываться — вероятно, ему приказали глаз с меня не спускать, зная, как легко и быстро я попадаю в неприятности.
Я был не против — всё равно от него не отделаюсь, и лишний человек никогда не повредит.
Не успел я войти в дом, как меня приметил Акира, мучивший Жирдяя во дворе. Возмездие всё-таки существует — конечно, я мало кому пожелал бы оказаться в руках чересчур шкодливого мальчишки, но кот это заслужил. Раз уж Минори так хочет, чтобы он оставался, ему придётся настрадаться, пока его тягают за хвост.
— Ты! — воскликнул Акира, скинул с рук измученного кота и вскочил на ноги — как обычно, он весь в траве и какой-то грязи. — Ты вернулся!
— Ну а что я должен был сделать? — фыркнул я. — И не так уж и долго меня не было.
— Долго, — отозвался мальчик. Затем заметил Джуна, как обычно заставившего меня тащить его на руках; Акира и не подозревал, что скоро станет его нянькой. Дети с детьми, взрослые со взрослыми — наконец-то в этом доме начнётся эра спокойствия. — Это кто такой? Твой сын?
— Да какой он мне сын? — фыркнул я. — Я не кажусь тебе слишком молодым для этого? Это Джун, мой младший брат. Джун, это Акира. Ну, делайте то, что делают дети, давайте.
Я заставил Джуна отпустить меня и поставил его на землю, подталкивая к соседскому мальчишке.
— Они что, домашние животные? — фыркнул Прохор. Тихо, но недостаточно, чтобы я его не услышал.
— Может и так, — ответил я шепотом. — Ты что, хочешь возиться с ними сам?
Прохор не ответил — ну и ладно.
Закрыв калитку и наказав Акире никуда не уводить Джуна под страхом крепкого поджопника (настолько крепкого, что матери будет стыдно пожаловаться), я постучал в дверь.
 
Топанья не было — как и всегда, когда речь заходила о Минори, — но совсем скоро дверь приоткрылась, позволяя девушке выглянуть на улицу сквозь тоненькую щель. Заметив меня, Минори выскочила на крыльцо, чуть не стукнув меня дверью по лбу.
— Г-господин!
— Привет. Я вернулся, и не один, — сказал я, позволяя девушке критически осмотреть меня с головы до ног, будто я мог вернуться каким-то калекой или вроде того. — Прохор и Кикучи Джун.
Я поочерёдно кивнул в сторону каждого из них. Прохор добродушно помахал рукой, в то время как Джун был занят ловлей Жирдяя где-то у забора. Да уж, сбежит этот кот, сверкая пятками — ни одно животное не захочет жить в одном месте с двумя малявками.
Я вообще-то тоже не горю желанием, но готов их терпеть.
— А… Кикучи? А почему он..?
— Он мой брат, — отозвался я.
Удивлённое лицо Минори — широко раскрытые глаза и рот в форме буквы «о», — чем-то напоминало рыбу. Она пару раз моргнула, пытаясь понять то, что я сказал, и кивнула.
— Вот как… л-ладно, раз уж вы так говорите… А, я сейчас же приготовлю комнаты! У нас их как раз всего две, — выдавила она и скрылась внутри дома.
Я пожал плечами и проследовал за ней. Как и Прохор, взявший на себя наш багаж.
Я снова вернулся в свою комнату. На самом деле, никаких эмоций это не вызывало — я не успел к ней достаточно привыкнуть, да и странно это, когда что-то принадлежит одновременно и тебе, и настоящему владельцу твоего тела. Но настоящего Сабуро уже нет — есть я и Джун, и в одного человека душе и телу уже при всём желании не собраться.
Я едва успел переодеться с дороги, как в дверь забарабанили — знакомый тяжёлый кулак, мало здесь людей, которые могли бы звучать так же, как Роберт.
— Кикучи Сабуро, ты наконец-то вернулся! — воскликнул он, не успел я его впустить. Стоило мне повернуть ручку, как лохматая светловолосая голова нагло заглянула в комнату. — Я-то думал, ты ещё дольше в империи пробудешь. Ну что там у тебя с Вяземскими? Кстати, я такую новость видел…
— Тише, у меня голова от твоей болтовни лопнет, — фыркнул я. — А теперь заново: мне отвечать на вопрос или выслушать тебя?
— Какой ты вредный, — закатил глаза Роберт. — Я слышал что-то о конфликте великого князя Константина и нового жениха княжны Вяземской.
— Откуда? — приподнял бровь я. — Ты что, специально следил за новостями?
— Не я, мисс Хара, — отозвался Роберт. — Я как приехал и сообщил ей, что ты отправился в Российскую империю, так она и принялась этим заниматься. Мисс Хара очень волновалась — иногда она кажется мне чересчур нервной.
Да, это было точное описание Минори — нервная, ужасно заботливая и старающаяся всё контролировать. Конечно, в меру своей пугливой натуры.
Роберт улыбнулся — противно, как человек, который так сильно хочет поделиться какой-то сплетней, что аж чешется.
— Если ты ляпнешь что-то странное, я тебя ударю, — предупредил я.
— Это не что-то странное, — фыркнул Роберт, прищурившись. Затем взглянул на дверь, будто ожидал, что там в любой момент может появиться Минори, и заговорщицки прошептал: — Мисс Хара та-ак расстроилась, когда узнала, что теперь у вас есть невеста.
— Тебе больше не о чем поговорить? — хмыкнул я.
Не то чтобы моё молодое тело не счастливо от очевидного девичьего интереса, но не время сейчас за юбкой гоняться.
  
Глава 16
 
— Двухнедельная медитация? Серьёзно, ты что, старик? — скривился Роберт, услышав о моих планах на ближайшие дни. Нагло развалившись в моей потели, будто это его спальня, он смотрел, как я пакую руководства по совершенствованию в рюкзак. А вдруг будет минутка полистать? Знаю я эти медитации — не пойдёт, и сиди час-два, настраивайся.
Я пожал плечами. Дело тут вовсе не в том, что мне нечего делать — просто собственная слабость может угнетать человека, привыкшего быть сильнее большинства людей вокруг себя. Может, я и победил великого князя Константина, да только лучше мне этому не радоваться: драка с полупьяным мальчишкой ничего не стоит.