Между боссом и мажором (СИ)

  
Между боссом и мажором
   
Глава 1
 
— Этот месяц будет очень долгим, — выдохнула я, всматриваясь в утреннюю тьму.
Будильник прозвонил уже час назад, а я всё никак не могла окончательно проснуться. Началась зимняя сессия, сегодня сразу два экзамена и первый из них в восемь утра. Я повернулась к часам над холодильником и с сожалением отметила, что выходить уже через полчаса.
Микрорайон спал, заснеженный и тихий. Тёплым светом горели окна таких же, как я, студентов, и работяг, которым к восьми на смену. В последнее время просыпаться стало как-то тяжело, но раз за разом я отгоняла от себя смурные мысли.
Телефон булькнул уведомлением. Я перехватила кружку с кофе левой рукой и полезла за ним. Это писала Катя: «Проснулась? Если быстро соберёшься, я тебя захвачу, балда».
— Чего это я балда? — буркнула я себе под нос и, оставив кофе недопитым, поспешила в ванную.
В зеркало на меня смотрела сонная муха — волосы не уложила (а не надо было в зиму стричься коротко!), глаза только торчат на бледном лице. Надо сказать, несмотря на недосып, я всё-таки хорошо выглядела.
— Ладно, всё не так уж и плохо.
Я быстро накинула на щёки румяна, подкрасила ресницы и воском уложила непослушные светлые пряди. Раз уж Катя на машине, можно не напяливать шапку.
Вернувшись в комнату, где из освещения сейчас была только гирлянда, я бросила на разложенный диван тёплые лосины и длинный свитер кораллового цвета. На экзамен можно не выряжаться, как по мне.
Мама ещё спала, я прикрыла дверь к ней в комнату, чтобы Тишка не разбудил. Нагломордый рыжий кот потёрся об мою ногу, требуя, чтобы перед уходом его накормили.
— Сейчас оденусь и покормлю, ваше величество, — полушёпотом ответила я на ласки Тишки.
Прокралась во вторую комнату, чтобы разбудить Артёма. Младшему брату, конечно, в школу только к девяти, но пока он встанет…
— Тёма-а-а, вставай, — я легонько покачала братишку за плечо. — Вставай, Тём.
— Отвя-я-янь, Регина-а-а-а, — протянул тот.
Вот ведь, всё-таки подростки самые безответственные люди.
— Ну, как знаешь, опоздаешь, мама тебе навешает.
— Угу, — буркнул Тёма из-под одеяла.
Я оставила братца дальше спать и вышла в коридор. После экзамена ещё и на работу надо. Пока натягивала свитер успела вздохнуть ещё раз тяжело и протяжно — в такие моменты, каждое холодное и тёмное зимнее утро в своём спальном районе я думала о том, как устала.
Тяжело работать и учиться одновременно, денег всё равно не хватает, мама болеет уже очень долго, а я вот… А я вот тяну всё на себе и даже не знаю, что дальше-то. Осталось учиться два года. Ещё целых два года.
«Если не выйдешь через три минуты, поедешь на троллейбусе» — от Кати пришло второе сообщение.
— Иду, иду, иду, — как мантру повторяла я, пока натягивала тёплые сапоги и длинное серое пальто. — Блин, кота забыла покормить… Тишка, кушать!
Я подозвала рыжего бандита громким шёпотом.
Вот он сейчас поест и спать ляжет, а мне ещё целый день крутиться, как белка в колесе.
Выбежав из подъезда в ещё тёмное утро, я нашла глазами Катькину серебристую «Кию» и бодрым шагом двинулась к ней.
Когда открыла дверь, в лицо ударил жаркий воздух из салона и аромат Катиных духов, а по ушам хлестанул какой-то матерный трек. Образ «белой и пушистой» Катеньки никак не вязался с тем, что она слушала.
— Привет, — она сделала музыку потише, — залетай быстрее.
Я плюхнулась на тёплое сидение и выдохнула. Хорошо, тепло. С Катей всегда так уютно.
— Глаза у тебя, как у бешеного таракана, — хохотнула подруга.
Она откинула за плечо копну кудрявых русых волос и уставилась на меня своими глубокими карими глазами.
— Почему это? — я повернулась к ней и зевнула, прикрыв рот ладонью.
— Ну, — она пожала плечами, коротко взглянув на меня, — красные.
— Как у вампира? Кссшсшс, — я скривилась, изображая упыря.
— Ага, как у наркомана, — рассмеялась Катя.
Я достала из наплечной сумки пудру с зеркалом и взглянула на себя. И правда, белки красные, на их фоне глаза кажутся более насыщенными, так они какого-то болотно-серого цвета, а тут прям зелень альпийских лугов.
 
— Блин, дома даже не заметила, — выдохнула я. — Ну, ладно, не страшно. Нам бы день простоять, да ночь продержаться.
Катя уже выехала на дорогу, где с каждой минутой машин становилось только больше.
— Тебе ещё и на работу потом? — подруга коротко посмотрела на меня.
— Да, — я поджала губы.
Катя ехала не очень быстро — снегоуборочная техника всё ещё не очистила дорогу, как положено, особенно учитывая, что до спальных районов добирались в последнюю очередь. Всю ночь валил снег. Рассвет только-только занимался, в тёплом салоне хотелось спать и я сама не заметила, как задремала.
— Вот с*ка! — взвизгнула Катя.
Машину дёрнуло в сторону, я открыла глаза шумно вдыхая и рефлекторно схватилась руками за кресло.
— Что случилось?! — испуганно спросила я, пытаясь хоть как-то сориентироваться.
— Какой-то дебил меня подрезал, ну, щас я его догоню!
Машина резко набрала скорость.
— Да пофиг, Кать! Кать, успокойся! Ну подрезал и ладно! Не гони!
Всё ещё оставаясь в шоке от резкого пробуждения, я вглядывалась в машины впереди и пыталась понять, кого из них подруга так яростно хочет нагнать.
— Вот он, — буркнула Катя и перестроилась в ряд правее.
Хорошо, что мы подъехали к светофору и машина затормозила. Сердце, вырывающееся из груди, немного успокоилось, я перестала судорожно цепляться за кресло и только вертела головой в поисках Катькиного обидчика.
Подруга смотрела вправо, злобно прищурив глаза. Она опустила окно и посигналила X5-ой «Бэхе», стоящей в следующем ряду. Знакомая машина, так-то.
Тонированное стекло опустилось и в окне показалось уже точно знакомое лицо. За рулём сидел наш одногруппник Марк Аверин. Он широко улыбался и чуть щурил синие глаза в обрамлении длинных ресниц. Ещё и загорелый такой, в одной рубашке. Ну не студент, а парень из рекламы…
— Ты чё, совсем уже?! — выкрикнула Катя и покрутила пальцем у виска.
— Синица, здорово! — это он мне.
Марк всегда меня так называл из-за фамилии Синицына. Я чуть сползла в кресле и покосилась на него. Блин, не могу смотреть на этого парня слишком долго, чтобы не начать смущаться и краснеть.
— Привет, — бросила я. — Ты нас чуть не угробил.
— Идиот! — возмутилась Катя.
— Не угробил же! — Марк хохотнул, взглянул на светофор и поднял стекло.
— Вот скотина, — проворчала Катя. — Я ему в универе ещё скажу пару ласковых.
Когда Марк резко стартанул со светофора, я выдохнула с облегчением.
— Чего ты вздыхаешь? — недовольно спросила Катя. — Вечно его защищаешь. Этот мажор об нас всех ноги вытирает, смотрит сверху вниз, а ты вздыхаешь по нему.
— Ничего я не вздыхаю! — возмутилась я. — И не об кого он ноги не вытирает. Ну, да, избалованный, конечно.
Подруга покосилась на меня самым неодобрительным взглядом. Да, Марк, был красавчиком — обаятельным и харизматичным, с этой вечной голливудской улыбкой и хитрым взглядом. Душа компании, можно сказать, хотя и вёл себя иногда вызывающе.
Нравится ли он мне? Ну, скорее да, чем нет. Только вот такие как он и такие, как я — совсем не одного поля ягоды.
До самого универа мы с Катей молчали. Когда, наконец, доползли до аудитории, где вот-вот должен начаться экзамен, я поняла, что Аверина до сих пор нет, хотя вся группа уже на месте.
— А Марк приходил? — я подошла к Миле.
Мила тоже из обеспеченной семьи, родители Милы и Марка старые друзья и партнёры по бизнесу. Она постоянно тусуется с Марком, но вроде как, они друзья и только.
— Не приходил, — не отвлекаясь от телефона бросила Мила.
Учитывая снегопад, гололёд и скорость, с которой парень стартанул на светофоре, случиться могло что угодно. Спина как-то похолодела. Я повертела в руке телефон, но всё-таки решила набрать — староста просто звонит одногруппнику, что тут такого?