Гибриды. Пораженные Крыльями (СИ)

— Абсурд. — Каролина взмахнула негодующе руками. — Сотрудники Департамента никогда не станут организовывать организацию, присваивая ей сомнительно название. Более того, Департаменту не выгодна война между чистокровной нежитью и гибридами.
— Ты уверена в этом? — Поинтересовалась Алина Павловна. — Насколько я помню, Департамент собрался именно с целью завязки войны. А бушующие подростки, делящиеся на чистокровных и нечистокровных, просто подбили еще больший для Департамента интерес.
— Я… — Каролина Кахлонская покачала головой, продолжая стоять на своей теории, которую поддерживали многие сотрудники Департамента. — Я не считаю Департамент причастным к гибели подростков в детском лагере.
Алина Павловна вздохнула, проведя своей рукой по волосам. Каролина Кахлонская и раньше была непростым ребенком. Сейчас, когда в девушке появилась уверенность и, пусть и небольшая, власть над поставленными целями, она, похоже, стала не столько невыносимой, сколько заносчивой. В такие моменты переубедить Каролину становилось непросто. И Алина Павловна решила поступить по своей, давно отработанной практике. Директор школы сверкнула глазами, проходя мимо остолбеневшей Каролины Кахлонской. Прежде, чем потеряться в лабиринте работающего Департамента, видимого сквозь небольшие лужи, расположенные на стенах Ратуши, Алина Павловна обратилась к Каролине Кахлонской:
— Не знаю, помнишь ли ты смерть своего лучшего друга, но, когда Департамент станет убивать в игре невинных детей, я приглашаю тебя посмотреть захватывающее зрелище на арене. Надеюсь, ты не откажешь директрисе своей школы, и явишься в лагерь собственной персоной.
Алина Павловна смело шагнула в одну из многочисленных луж, растворившись в одном из кабинетов Департамента. Каролина Кахонская посмотрела на место, где только что стояла Алина Павловна. Девушка покачала головой, поспешив вновь вернуться на свое рабочее место, где ее ждал Люк Ривер.
— Что — то стряслось? — Хмыкнул юноша, заметив нервозность своей девушки. — В последний раз ты так нервничала, записывая свое имя в книгу регистрации Авирмот Роттеля.
— Алина Павловна заявилась в Департамент. Она растворилась в одной из капель, и та не отрыгнула ее обратно. — Каролина облокотилась на стену, наблюдая за сосредоточенным Люком. — Она недовольна решением Департамента присутствовать на детских играх в этом году.
— Будь я на месте нашей директрисы, — хмыкнул Люк, отрываясь от работы. — Я бы тоже был не в восторге от вторжения незнакомых людей. — Парень пожал плечами. — Сама посуди, кому понравится дополнительные убийства в игре, помимо одного установленного законом?
— Считаешь, что идея подавить Комитет с помощью угроз Департамента, плохая идея?
— Я считаю, что нам следовало, прежде чем принимать решение, связаться с Себастьяном и обговорить с ним образовавшуюся ситуацию. — Люк хмыкнул. — К тому же, я не думаю, что Комитет раскроется сам собой, узнав, что за ним неотрывно наблюдает Департамент.
— С каких пор ты стал прислушиваться к своему старшему брату, Люкки?
— Веришь или нет, но я поумнел после победы в игре демонов. — На полном серьезе произнес Люк.
Департамент образовался в Ратуше неспроста. В Авирмот Роттеле Ратуша считалась единственным местом, где скапливалась магическая сила, которая впоследствии распространялась на все три мира, позволяя подростком, живущим в человеческом мире иметь свою собственную силу после посвящения.
Сотрудники Департамента не зря решили поделиться с избытком магии для детей нежити. Они не боялись возникновения бунта, ведь лагерь для этого и создали, чтобы дать дополнительные силы и стимул совершенствоваться подростком, поигравшим в игре и прошедшим на следующий этап обучения. Однако они не учли вредность внучки Бабы Яги, расплачиваясь за свою сентиментальность гибелью гибридов, возникающих из — за смешанных браков.
Алина Павловна оказалась около серой двери. Она отвыкла от серости Авирмот Роттеля, но без лишней опаски постучалась в закрытую дверь. Когда ей разрешили войти, женщина открыла дверь и исчезла в клубе дыма, исходившего из кабинета.
 
— Снова экспериментируешь над сцепными реакциями? — Откашливаясь от дыма, поинтересовалась Алина Павловна.
— Здесь больше идет эксперимент над цветовой гаммой, нежели над взрывными компонентами. — Ответил Алине Павловне Сатана. — Что привело вас в мои владения на этот раз?
— Люцифер просил составить ему компанию на ночную вечеринку, устраиваемую студентами неформалами. — Произнесла пароль Алина Павловна.
Сатана, носящий имя в Авирмот Роттеле Ларенс, прекратил эксперимент и внимательно посмотрел на Алину Павловну. Он щелкнул пальцами. Дым сразу рассеялся, а кабинет переместился в Паллариум, окрасившись по пути из серого цвета в красно — черный.
— Я слушаю тебя, Алина Павловна. — Со всей серьезностью сказал Сатана, сев на стул, приглашая директора школы составить ему компанию.
Алина Павловна, не боясь, приняла приглашение присоединиться к беседе, сев на свободный для гостей стул гостеприимного хозяина. Она поддерживала связь со всеми измерениями по мере ее возможностей. Женщина знала даже предыдущую главу Совета ангелов Ларетту, не говоря уже о приближенности к ее персоне самого Сатаны.
— Я боюсь за своих детей, Ларенс. — Призналась Сатане Алина Павловна, назвав владыку ада его истинным именем, данным его родителям при рождении мальчугана. — Игра начнется уже совсем скоро, но Департамент в открытую заявляет о негласной войне. Прольется совершенно невинная кровь, оставив на судьбе лагеря плохую репутацию.
— Скажи, — Сатана прервал рассказ Алины Павловны, — кто тебя заботит больше: репутация лагеря или дети, проходившие на этой смене Посвящение?
Алина Павловна задумалась. Она не понаслышке знала, что Сатана любит задавать каверзные вопросы, ставя своего собеседника в нелегкое положение, выставляя тем самым его в плохом свете. Женщина прикусила губу, облокотившись на спинку мягкого кресла.
— Меня заботят обе ситуации. — Наконец ответила она. — Но, в данном случае, больше заботит судьба невинных детей, нежели ухудшенная репутация детского лагеря. Я бы не пришла к тебе с просьбой, рискуя своей жизнью, если бы все было по — другому.
Сатана, удовлетворенный ответом Алины Павловны, кивнул. Он положил свои руки на поверхность рабочего стола, скрестив ладони между собой, призывая своим излюбленным жестом продолжать разговор Алины Павловны.
— Я прошу у тебя защиты для своих воспитанников. — Перешла сразу к сути Алина Павловна. — Я прекрасно знаю, что Комитет не перед чем не остановиться, но он может проколоться перед наблюдающим за ним во время игры Департаментом.
— Вам не кажется, что, узнав о преследовании Комитета Департаментом, Комитет разработает план отступления? — Спросил у Алины Павловны Сатана.
— В игре, устраиваемой каждую смену, все подростки, проходящее Посвящение, становятся врагами. — На полном серьезе сказала заученную фразу официального правила Перехвата Крови Алина Павловна. — Мы считаем, что если Комитетом действительно управляют дети, они не дадут друг другу умереть, тем самым выручая себя, но, в то же время, и подставляя свои открытые действия перед Департаментом.
— Допустим. — Кивнул Сатана. — Представим, что игра уже началась, и Департамент не кровавым способом вычислит участников Комитета. Ваши дальнейшие действия?
— Наказать Комитет. — Не думая ответила Алина Павловна. — Запереть подростков в магической тюрьме, запретив им пользоваться всеми привилегиями своей магической силой.
— Комитет, насколько я знаю, убил весь пятый отряд в прошлом году. — Фыркнул Сатана, не соглашаясь с решением Алины Павловны. — Для поимки Комитета не зря предоставили Департаменту решить сложившуюся угрозу для всех измерений. Запереть подростков в магической тюрьме это слишком просто.
— Но они ведь дети! — Выкрикнула, не сдержавшись, Алина Павловна.
— Они, в первую очередь, убийцы, которые обязаны понести суровое наказание. — Стоял на своем Сатана. — Справедливость должна быть восстановлена. Вспомните человеческие детские книжки или взрослые детективные истории. В конце преступника всегда ловят и оставляют право закона выбирать его дальнейшую судьбу.