Попадос и два ствола 3 (СИ)

Внутренне ухмыльнулся.
Да — мужчина может изменить и покорить любой мир, но сделать этот мир уютным — может только женщина.
Однако, кайф пингвина, хапнувшего рыбки и втиснущегося в уютную щель — все же не моё. Это не путь Кота. Удовольствие от повышения уровня комфорта работает лишь первое время и быстро проходит, а потом становится скучно и снова неосознанно хочется адреналина. Однако иметь свою берлогу — это гуд. Ведь в неё так приятно возвращаться…
По второму кругу, на моё счастье, сегодня весьма укороченному — выслушиваю Йулины напутствия и в очередной раз облизываю соленые слезы с личика своей красотки.
— Всё! Я ушел…
У рыночной площади, назначенной местом сбора, предсказуемо подпирает спиной складской модуль Рыжая.
Оглядываюсь. Пока больше пока никого. Я первый. Не считая моей любовницы — снайперши, конечно. Самое главное, что Маргошки еще нет. Мужики-то поймут, если увидят.
— Поцелую тебя на дорожку? Если боишься — могу целомудренно перекрестить в разлуку. По-сестрински, — ухмыляется девушка.
— Да ладно, давай, — хочу оглянуться, но понимаю, что это будет совсем стремно выглядеть.
— Это ненадолго.
— Идите уже, — оторвавшись от меня, вздыхает Анна, — Быстрее вернетесь. Я все понимаю. Жила была девочка — сама виновата.
— Это ты о чем?
— О своем, о женском. Придешь, расскажу…
— А что мешает сделать это сейчас? — пытливо смотрю в её глаза.
— Да, не пугайся. Я не залетела, если ты об этом.
— Привет! А ты чего тут?
Ну, вот и Марго нарисовалась. Легка на помине! А за ней и остальные подтягиваются. Как сговорились, черти…
Поговорили!
… Дорога по здешним, бескрайним степным равнинам — занятие скучное. К тому же с конвоем, ну или пусть будет — с почетным эскортом.
Единственное занятие, кроме монотонного поочередного переставления ног — беседы с инопланетянином и анализ ситуации. Этот псевдоиндус, кстати, тоже сам напросился. Наотрез отказался оставаться в поселке.
Ну и ладно. Я собственно и не против был.
Поочередно с Федей болтаем с Ракааром с помощью гарнитур. А после делимся впечатлениями и пытаемся делать выводы из полученных знаний. Общаемся открыто и не таясь.
Корейцы же не в курсе, что он у нас «немой». Да и вообще, мы их вперед прогнали. Чешут по степи в качестве авангарда.
А от кого еще здесь шифроваться? Маргоша — свой, давно проверенный парень. Ей мы с Федором, недолго думая, доверили тайну найденыша.
Санчо теперь тоже посвящен в тему. Под страшную клятву о неразглашении и под страхом вечного изгнания из кошачьих друзей и адъютантов. Кстати, об адъютантах, раз уж к слову пришлось — теперь их, похоже, у меня уже двое. Причем, прошу отметить, один — иностранный подданный. Уловили рост?! Выхожу на новый международный уровень.
В общем, пылим по подсыхающей после дождей степи, в беседах и размышлениях.
Первая эйфория от недавней победы проходит и я задумываюсь — не грозит ли здешнему миру «гонка вооружений»? Делюсь соображениями с друзьями. Оказывается, они опасаются точно того же.
Ну, а чего странного, что наши мысли в этой точке сходятся? Раз уж нам дали пулеметы, то нельзя исключать, что кому-то, может перепасть что-то еще более мощное.
Возможно такое? Вполне, я считаю.
Чтобы игра не шла в одни ворота и одностороннее ушатывание разнообразных врагов — не стало рутиной и традицией всего лишь для одного из анклавов. В общем, поживем — увидим, как эти загадочные парни сверху поступят…
На смену дождям и сырости в мире воцаряется сухая и удушливая безветренная духота.
Степные ветра наполнены пряными коктейлями ароматов из горького, вдовьего запаха полыни и юного цветущего разнотравья…
Пуля, прилетевшая из степных просторов под вечер, почти к закату — бьет в плечо солдату, волочащему свернутый вокруг древка флаг. Я просто, как раз смотрел в том направлении.
Корейцы подрубленно падают в траву. Мы тоже не тормозим. Лежим на травке и ждем продолжения…
Зачем азиатам здесь флаг нужен? Чтобы развернуть и помахать, на случай, требующий опознания, наверное.
 
Ну вот — считай и опознались!
Это ведь, наверняка, кто-то из наших соотечественников в герильеро подался. Может, какой-нибудь выживший из «Гуляй-поля», а может еще откуда…
— Эй, браток, не стреляй! — не вставая, ору в степные дали, — Мы свои. У нас теперь с этими перемирие. Победили мы супостатов! По колено в крови умыли. В ставку идем — будем о конце войны решать…
А в ответ тишина. Только трава шелестит и растревоженные было птицы, снова начинают голоса подавать…
Неизвестный партизан, так и не проявился.
Не поверил? За предателя или пленного посчитал? Не понятно. Ну, хоть войну воевать больше не стал — и то ладно.
Вот так вот. Все строго по классике. Прямо, как в бородатом анекдоте:
— Бабка, немцы в деревне есть?
— Та ты шо, милок — война то уже три года как закончилась!
— Мля, а чьи же тогда поезда — я под откос пускаю..?
Хорошо хоть, этот мститель — судя по всему, героем-одиночкой оказался. А был бы там отряд — могли и миссию сорвать и жизни нас лишить.
Если бы до активного боестолкновения в несколько стволов дошло — хрен бы я там, через плещущийся в ушах адреналин, до кого доорался…
  
Глава 16
 
Ставка корейцев расположилась около небольшого озерца с густо заросшими камышом берегами. Совсем небольшого.
Оглядевшись, невольно фыркаю, с легкой долей насмешливого превосходства. Данный скромный водоем явно не составлял конкуренции нашему «Озеру рыси», просторно расплывшемуся по степи на много километров. Да и кстати, с Йулиной подачи, между своими оно так и называться стало.
В лагерь, где располагался гарнизон, а скорее, скудноватые резервы азиатов — нас не повели, видать, решили сохранить «военную тайну». Но и без того, даже издали, было заметно, что народу там тусовалось не слишком уж много. Впрочем, оно и понятно — основная масса их зольдатиков сейчас на западном и восточном «фронтах» вшей в окопах кормят.
Палатка, а скорее шатер, нового азиатского «Чингиз-хана, покорителя вселенной», горделиво возвышалась над окрестностями на самом большом и высоком холме в округе, видимо олицетворяя поговорку: «Высоко сижу, далеко гляжу». Для большей достоверности там только дракона на крыше не хватало.
Мы ожидаем аудиенции у самого главного корейского босса не слишком долго, но все же, ожидаем. Видать, здешнее руководство последние консультации перед встречей проводит. Хорошо хоть не на жаре и солнцепеке маемся, а в предоставленном гостевом модуле-двухместке, на самом берегу водоема. Умылись, перекусили и даже кофе испили. Взбодрились, в общем. Кстати, ели и пили мы исключительно своё и даже воду кипятили в Федином котелке, круто закопченном на кострах многих дорог и повидавшем разное.
Вообще-то, принимающая сторона могла бы и побольше радушия проявить. Мы, как-никак, официальная делегация. И не чья-нибудь, а того анклава, который их только что, как минимум, удивил до полного изумления. Послы прибыли, а не самозваные степные бродяги, невесть откуда нарисовавшиеся…
Становится скучно. Уставшее солнце уже клонится к западу, стремясь поскорее свалить с корейской стороны и эмигрировать на немецкую территорию.
Но вот наконец-то и адъютантик, а может и просто очередной «посыльный по штабу» проявляется. Совсем молоденький парнишка, с важным до невозможности лицом, предлагает проследовать за ним…
В недолгом пути вверх по склону, объясняю Санчесу и Хэ Вону, что правильный, хорошо воспитанный адъютант, должен даже ночью спать именно с таким значительным выражением вывески, как у нашего сопровождающего пацаненка.
Увы, но понимания не встречаю — мои разгильдяи, в ответ, лишь крайне непочтительно смеются. Да еще и Мустанг с Марго им вторят поощрительно. Даже наш важный провожатый обернулся с подозрением — не над ним ли сей глум и хохот?