Демон Судьбы. Проснуться Демоном (СИ)

  
Глава 26. В которой я понимаю, что ученик мага — это не сплошь розы и песни
 
Следующие два дня прошли плодотворно. Рей учил меня видеть ауру и переходить с одного энергетического уровня на другой. Оказалось, ничего сложного. Просто надо расслабиться, расфокусировать зрение и смотреть как бы «сквозь» предмет. Тяжелее было совмещать это с обычным зрением, что он называл состоянием ша’ан.
— У серьезного мага нет этой роскоши: расслабляться, — вдалбливал мне Рей. — Ты должна быть готова каждую секунду. У любой невинной вещи или события может оказаться серьезная магическая изнанка. Особенно здесь.
В конце-концов я худо-бедно научилась держать хлипкий баланс между этими двумя состояниями. Ощущение было, словно я пытаюсь спать с открытыми глазами. Как в этом состоянии пребывать постоянно, было выше моего понимания: я постоянно вываливалась то на один, то на другой план.
— Заклинания можно выплетать узорами, если у тебя есть к этому талант или просто умеешь (тут надо всего-то запомнить основные рисунки и соединения), выписывать рунами, петь или декламировать стихами, — Рей ходил по поляне как профессор по кафедре, иллюстрируя лекцию загорающимися прямо в воздухе символами. — Ритмическое заклинание (песня, стих), особенно сопровождающееся пассами — обычно самый действенный вариант. Существуют учебники по основным пассам, но обычно их всё равно модифицируют под каждого индивидуального мага, и учитель напрямую даёт их ученику. Под контролем. Но выработка заклятия с нуля, как ты понимаешь, занимает время. Которого может не быть. Поэтому каждый маг держит на ментальном плане несколько десятков (а то и сотен, в зависимости от силы) заготовок на все случаи жизни и активирует по мере надобности. Особенно это характерно для боевых заклинаний. Поэтому так важно находиться в состоянии ша’ан: запуск любого заклинания сопровождается изменением энергии поля. Надо научиться это чувствовать.
И меня изводили тренировками на бдительность, когда он неожиданно начинал активировать какое-то заклинание, а я должна была это почувствовать и отреагировать. В процессе тренировок я из-за своей невнимательности была несколько раз окачена водой, сбита с ног и подвешена в воздухе вверх ногами. Слава Богу, Рей не придумывал более изощренных заклинаний, чтобы меня подловить. Апофеозом была его попытка наслать на меня очередную гадость, когда я деликатно удалилась в отдалённые кустики. Ну, процесс, ради которого я уединилась, сам по себе медитативный, так что отразить атаку мне удалось. Но вот вылетела из кустов я в состоянии священной боевой ярости и просто смела Рея (хотя он-то, похоже, просто отпрыгнул) и парочку деревьев просто волной сырой силы.
— Ну, конечно, так незамысловато тоже можно, — выбравшись из кустов и отсмеявшись, согласился Рей. — Если резерв позволяет… Но! — Он резко поменял тон на назидательный:
— Во-первых, это неэкономно. На большее тебя может не хватить. Во-вторых, от столь дикого количества энергии по полю идет такое цунами, что засечь тебя — пара пустяков. Мне сейчас пришлось изрядно поднапрячься, чтобы погасить «отдачу». Я, знаешь ли, всё ещё пока не готов встретиться один на один даже с Шеором. В-третьих, а чего ты, собственно, хотела? Ты всерьёз считаешь, что твои противники вежливо подождут, пока ты закончишь свои дела насущные? Так как раз наоборот! Они и будут пытаться тебя захватить в самый неподходящий момент! Так, урок следующий. Защита активная и пассивная.
И я как проклятая пытаюсь воздвигнуть вокруг себя такой же пузырь, каким в своё время прикрывался или прикрывал меня Шеор. Пузырь норовит съёжиться и удушить меня саму или расшириться и начать прикрывать весь лес, не выдерживает и лопается.
— Не пытайся объять необъятное! — откровенно ржет Рей. — Контроль! Держи периметр! Да не вкачивай в него столько энергии, у тебя сейчас лес загорится!
У меня уже трясутся руки, колени и что-то ещё где-то глубоко внутри живота. Может это и есть загадочные поджилки? Хочется упасть и лежать, но я на чистом упрямстве выпрямляюсь и пытаюсь снова и снова, пока Рей наконец не кивает головой, хоть и с изрядной долей скепсиса, и разрешает перерыв. Это была защита активная. После ужина, перед сном, я, под мудрым руководством и сдавленными смешками, устанавливаю защиту пассивную. Очерчиваю круг одолженным кинжалом, вливая достаточное количество энергии, рисую в воздухе руну, активируя контур, и обессиленно приземляюсь на пятую точку. Рей же, игнорируя меня и выполненное задание, с интересом смотрит в сторону леса, откуда бодрой трусцой выдвигается чиррла с очередной крысой в зубах. Добежав до контура, Мура вдруг резко тормозит, роняет крысу, встает на задние лапы и, натурально как лемур, начинает осторожно на цыпочках приближаться к границе. Уж не знаю, что он там видит, потому что в обычном зрении полога не видно. Я прикрываю глаза, чтобы посмотреть на другом уровне. Да чтоб вас всех! Контур сияет фиолетовым факелом (да, и даже с протуберанцами!) как посадочная площадка. Переборщила! Только я пытаюсь подсоединиться и откачать излишки, как чиррла осторожно тыкает пальчиком в это безобразие, моментально превращается в рыжий потрескивающий шар с искрящимися фиолетовыми разрядами кончиками волосков и с недовольным рявканьем отскакивает. Рей сгибается пополам в приступе гомерического хохота. Я в изнеможении падаю на спину, мечтая треснуть эту заразу чем-нибудь тяжелым. Оторжавшись и демонстративно тяжело вздыхая, Рей поднимается, небрежным движением руки убирает всё, что я наворотила, и легкими взмахами рисует свой вариант. Пижон! К глазам вдруг подступают слёзы. Это наверное, от усталости. Рей настороженно оборачивается и вдруг садится рядом, осторожно привлекая меня к себе:
 
— Ну-ну, не расстраивайся! — Он успокаивающе гладит меня по спине. — У тебя прекрасно всё получается. Для такого короткого промежутка времени так и вовсе фантастика. Это я перегнул палку с тренировками, извини. Из меня тот ещё учитель.
Эх, лучше б он меня не утешал! Потому что от слов сочувствия у меня сносит последний барьер, я утыкаюсь ему в грудь и начинаю реветь. Рей прижимает меня чуть плотнее, и следующие минут пять я самозабвенно рыдаю, выплакивая напряжение последних дней, а Рей молча баюкает меня в объятиях, позволяя безнаказанно орошать свою рубашку потоками слёз.
В конце-концов я успокаиваюсь и начинаю размышлять, как бы поделикатнее выползти из этого уютного гнезда так, чтобы не демонстрировать свою явно опухшую от рёва физиономию, но тут Рей, видимо почувствовав, что я успокоилась, аккуратно отнимает меня от своей груди и заглядывает в глаза. Его лицо так близко, что пряди волос падают мне на лоб. Я машинально поднимаю руку, пытаясь заправить одну прядь ему за ухо, и проваливаюсь в его взгляд. Время останавливается. Это уже было со мной: его глаза словно оживают, переливаясь всеми оттенками синего и уходя в фиолетовый оттенок грозовых облаков. Он перехватывает мою руку и прикрывает глаза, освобождая меня от этого гипноза. Пока я пытаюсь оклематься, он аккуратно убирает мою руку от своего лица, снова открывает глаза, как-то грустно улыбается уголком губ и шепчет:
— Спи. Тебе надо отдохнуть.
Его глаза снова вспыхивают сиренью, и я отрубаюсь.
Утром я проснулась у костра, заботливо укутанная волшебным платком и плащом Рея, но в гордом одиночестве: и Мура, и Рей уже куда-то удрали. И то сказать, было уже довольно поздно. Ужасно хотелось жрать. Я развела костер и отправилась совершать утренний туалет, заодно прихватив для воды котелок, который Рей предусмотрительно не прятал в последние дни. По дороге я размышляла о случившемся вчера, снова корила себя за полное отсутствие выдержки (ну какого хрена разнюнилась?) и пыталась сообразить, как бы поделикатнее (ну, в смысле, без болидов) сообщить Рею, что я не хочу, чтобы меня заколдовывали без моего согласия. Да и вообще, блин, не хочу, чтобы меня заколдовывали! Хватит уже!
На озеро я не пошла, так как сильно подозревала, что Рей как раз там, снова занят своей утренней гимнастикой. Нет, я бы с удовольствием посмотрела, это всё-таки ужасно красиво… но почему-то не хотелось, чтобы он подумал, что я за ним подсматриваю. Мне бы точно не понравилось. Так что я просто умылась у родника, набрала воды для чая и вернулась на нашу поляну. Вскоре вернулся и Рей, таща в руках две здоровенные рыбины. Я угадала: был на озере.