Засранец Бэдд (ЛП)

− Я никогда не хожу без нижнего белья, − ответила она. − Это странно.
− Отлично, − сказал я, и в голове у меня мелькнула мысль. − Надень нижнее белье. Я с ним тоже справлюсь.
Она посмотрела на меня.
− И что это значит?
Я лишь усмехнулся.
− О, узнаешь.
Оставшуюся часть пути до гостиницы мы почти не разговаривали, так как шли практически спортивной ходьбой. Что касается меня, все, о чем я мог думать − видео, которое она прислала мне: великолепное, вызывающее эрекцию изображение красивой Мары с раздвинутыми бедрами и розовым вибратором, скользящим в ее киску. Я просматривал его снова и снова, наблюдал, как подпрыгивали ее сиськи, когда она кончала, и очень сильно хотел быть тем, кто заставил бы их подпрыгивать.
От одной только этой мысли в моих джинсах стало тесно, что было проблемой, так как мы подошли к гостинице. Член стоял, и мне нужно было поправить его… эдакая проблема, когда холл гостиницы переполнен постояльцами. Мара поздоровалась и потащила меня к лестнице. Мы добрались до ее номера, и она в рекордное время открыла его и втолкнула меня внутрь, захлопнув и заперев за собой дверь.
− Догола, − пробормотала она, − раздевайся.
Я снял куртку, отбросил ее в сторону, а затем стянул через голову футболку.
− Не терпится, да, Мара?
− Весь гребаный день я думала о том видео, которое ты прислал. Не могу выбросить его из головы.
Я наклонился расшнуровать ботинки, сбросил их и носки, а затем снял джинсы и нижнее белье, прежде чем потянулся к Маре.
− Та же проблема.
Она сняла кроссовки и носки, а я начал стягивать с нее обтягивающие джинсы, которые она предпочитала носить, оставляя ее в красных стрингах и майке.
− Серьезно?
− Черт возьми, да. Возможно, мне даже пришлось снять напряжение из-за этого сегодня утром.
− И ты не заснял процесс?
− А должен был?
− Черт, да. − Она обхватила рукой мой член и медленно погладила его. − Всегда снимай и всегда отправляй мне.
− И ты тоже, в таком случае.
Я решил немного поиграть с ней, поэтому оставил на ней майку и лифчик, а стринги снял. Я подтолкнул ее спиной к двери и провел по ее складочкам средним пальцем, затем проделал это снова и слегка проник в нее, постепенно поддразнивая киску, пока мой палец полностью не оказался внутри нее, и Мара не начала на нем извиваться.
В этот момент в дверь осторожно постучали.
− Мисс Куинн? − Голос звучал старчески, тонко и мило.
Мара моргнула, ее бедра напряглись, когда я медленно скользнул пальцем в лоно.
− Это миссис Кингсли, хозяйка, − прошептала она мне, а затем отвернулась и приоткрыла дверь. − Здравствуйте, Миссис Кингсли. Что случилось?
Я обхватил ладонями ягодицы Мары, когда она наклонилась в дверную щель, только ее голова и плечи были видны с другой стороны; Мара ударила меня по руке, но я проигнорировал ее, скользя ладонями по потрясающей заднице, затем обхватил бедра и нырнул между ними руками, чтобы сжать киску. Я подразнил ее раз, другой, третий, и Мара начала извиваться бедрами, когда я провел кончиком среднего пальца по клитору.
− Здравствуй, дорогая. Просто хотела узнать, не планируешь ли ты присоединиться к нам за ужином сегодня вечером. Я готовлю тушеную говядину, а мистер Кингсли коптит свежего лосося. Было бы здорово узнать, можем ли мы рассчитывать на тебя или нет, чтобы я знала, сколько приборов накрыть.
− Я… эмм… − Мара заикалась и виляла бедрами, когда я кружил вокруг ее клитора; она мертвой хваткой вцепилась в дверь, отчаянно пытаясь удержаться и не выдать себя, но по тому, как она двигала бедрами, я понял, что она приближается к краю оргазма. − Я не… я не думаю. О-боже-черт возьми!
Я услышал удивленный вздох с другой стороны двери.
− Все в порядке, дорогая?
− Я просто… ударилась ногой о дверь, вот и все. Все хорошо. − Теперь Мара извивалась не на шутку.
− Уверена? Ты ведешь себя ужасно странно. − В голосе Миссис Кингсли послышалось подозрение.
Я довел Мару до точки. Погрузил в нее два пальца, собрал влагу и вытащил пальцы, чтобы размазать ее соки по клитору, затем ускорил круговые движения. Я видел, как побелели костяшки пальцев Мары на двери, видел, как напряглись ее плечи, а потом она не смогла удержаться от моих ласк и принялась вращать бедрами синхронно с движениями моих пальцев.
 
− Я… э-э… может быть, но я как раз собиралась в туалет. Так что я… о-ох… щас описаюсь. Так что, да. У меня есть планы на ужин, но спасибо вам большое, миссис Кингсли.
− Ну, если передумаешь, дай знать. − Пауза. − И если решишь присоединиться к нам, предупреди, сколько вас будет, хорошо? Можешь привести… гостя, если хочешь, − в голосе хозяйки слышался смех, будто она догадалась о происходящем.
− Хорошо, спасибо. Может, я… возможно, мы все-таки увидимся за ужином.
− Хорошо, дорогая. Оставлю тебя в покое.
Мара захлопнула дверь и повернула замок; и как только я услышал щелчок затвора, то уже стоял перед ней на коленях, обхватив ее бедра, и развернув лицом к себе. Она провела кончиками пальцев по моей голове, когда я зарылся лицом между ее бедер, жадно лаская лоно языком. Мара ахнула, когда я исследовал ее вход, и теперь стала безостановочно двигать бедрами. Я скользнул двумя пальцами внутрь и щелкнул языком по клитору, Мара схватила меня за голову, прижав лицом к киске и начала извиваться.
− О да, Зейн, прямо здесь. Вот так. Боже, да. − Она чуть прогнулась в коленях и раздвинула бедра, прижимаясь к моему рту. − Я почти, Зейн… О, черт, да… сделай так, чтоб я кончила.
Я ласкал клитор языком и скользил пальцами внутрь и наружу, двигаясь жестко и быстро, подталкивая Мару к краю, а затем доведя до оргазма. Я почувствовал, как она кончила, почувствовал, как ее киска сжалась вокруг моих пальцев, а бедра задрожали. Мара ловила воздух ртом, извивалась и терлась о мое лицо.
− О черт, черт, черт, − простонала Мара сквозь стиснутые зубы, дико вращая бедрами.
Я не останавливался, продолжал лизать и вдалбливаться в нее пальцами, а она продолжала извиваться. Затем я отстранился и встал, скользнул тремя пальцами внутрь, прижал основание ладони к клитору и стал жестко и быстро трахать ее пальцами, касаясь клитора ладонью, отчего Мара словно потеряла рассудок: она громко стонала, упершись головой в дверь, выгнув спину и подавшись бедрами вперед.
− Зейн… Зейн, я… о…боже мой! Я сейчас… я… черт возьми! − взвыла она, подавшись вперед.
Она прижалась лбом к моему, а руками вцепилась в мои плечи, будто когтями. Свободной рукой я стянул чашечку лифчика, чтобы ущипнуть Мару за сосок, сжимая и поворачивая его в такт своим ласкам между ее ног, а затем, почувствовав, что она начала кончать, я крепко зафиксировал и удерживал ее, вдалбливаясь в киску так быстро, как только мог.
Мара скользнула лицом вниз к моему плечу, а зубами впилась в мышцы шеи, она гортанно застонала и начала крутить бедрами.
− Оо-о-о, − заголосила она, − я кончаю, кончаю, кончаю… сильно, и боже, аж больно, ох же, мать твою, ЗЕЙН!!
Затем она словно разлетелась на кусочки, содрогнулась всем телом, выгнулась назад, а затем судорожно изогнулась вперед, и еще больше подалась навстречу моей ладони, ласкающей ее клитор. Мара беззвучно вскрикнула, и из нее по длинной дуге брызнула тонкая струйка, как раз когда я чуть сместился.
Я подхватил Мару на руки, когда она буквально рухнула, и прижал ее к груди. Она дрожала всем телом, глаза были закрыты, а сквозь стиснутые зубы просачивались тихие всхлипы.
Я положил ее на кровать, осторожно стянул с нее майку, а затем лифчик. Она вяло повиновалась, шевеля руками ровно настолько, чтобы я мог снять бретельки лифчика. Когда Мара была полностью обнажена, я воспользовался моментом, чтобы оценить ее тело, красоту, румянец на лице, беспорядочную путаницу естественно светлых волос.
− Ты всегда прекрасна, − сказал я, откидываясь на кровать рядом с ней, мои губы оказались в нескольких дюймах от ее губ, − а сразу после того, как кончаешь, − от тебя просто дух захватывает.