Замуж любым колдовством (СИ)

— Чёртик, миленький, нужна помощь.
— Сейчас, — с готовностью и широкой улыбкой произнёс гость из преисподней.
— Подожди! Я же ещё ничего не объяснила!
Хвостатый мачо прислонился к стене, засунув руки в карманы модных джинс, эротично облегающих большое достоинство. Его взгляд так и намекал на ЭТО. И я говорю не о справлении нужды… Ко мне пришло осознание, что за помощь рогатого придётся заплатить свиданием в Аду. Вздохнула. Надо будет захватить целую аптечку и ни в коем случае не соглашаться лететь на червяке-самолёте.
— Так… чем помочь, красотка? Кажется, переговоры пошли немного не по плану?
Немного?! Знал бы он как сильно они пошли не по плану!
— Чёртик…
— Да, лапушка.
Лапушка?! Свидание будет тяжёлым… Я вздохнула и медленно выдохнула:
— Ситуация вышла из-под контроля, а раз уж ты здесь, то… помоги разобраться с ведьмой. А я пока догоню старушку с Андреем и найду родителей.
— Зачем? — подмигнул он. — Я лучше твоего Андрея.
— Не время об этом, чёртик. Он в опасности, и я не знаю, где родители. Помоги, пожалуйста!
— А что мне за это будет?
Я вздохнула:
— Свидание.
Рогатый пожирал меня взглядом:
— Когда я захочу?
— Не наглей, рогатый!
Я вспомнила, как однажды пришлось тащиться в кафе Ада прямо из душа. А всё потому, что черти обожали неловкие ситуации.
— Я подумаю, лапушка.
Меня начала бить паника:
— Хорошо-хорошо! Когда захочешь! Только давай всех спасём!
— Боишься апокалипсиса? — спросил со знанием дела, но по-прежнему улыбаясь.
Мысленно я сотню раз прибила наглеца. На деле принялась нести полную чушь: о ромашках и учебниках, о лужах и пряниках, о силе мироздания и вселенской опасности, несчастной судьбе Андрея и моей собственной, и еще чёрт знает, о чём.
Всё это время рогатый ухмылялся. Я замолчала и прикрыла рот ладонью.
— Это всё очень любопытно, лапушка. Особенно о пряниках, с которых всё началось. Но где ведьма?
Я кивнула в сторону переговорной.
— Там? — удивлённо переспросил хвостатый, в упор глядя на нужную дверь и слыша крики Инны, но всё же задающий, как мне казалось, глупейший вопрос.
Я снова указала в нужном направлении. Чёрт покачал головой, а затем рассмеялся.
— Серьёзно? Красотка, ты совсем плохая ведьма, да?
— В смысле?
— В сородичах не разбираешься.
Я недоумевала. Чёрт опять хмыкнул, и глядя на моё ничего не понимающее лицо, быстренько объяснил, как на самом деле обстояло дело.
— Ты хочешь сказать… — я не верила своим ушам. Нет. Это слишком…
— Освобождай несчастную и колдуй над её воспоминаниями, — добавил хвостатый, — и над воспоминаниями остальных поработай. А я, так и быть, остановлю настоящую ведьму.
— Я… я не умею…
Хвостатый растворился. А его хохот, прозвучавший где-то рядом, стал удаляться постепенно, пока наконец не затих. Эта чёртова привычка меня всегда раздражала: смех как неотъемлемая часть образа сопровождала рогатых в самые неподходящие моменты. Разве сейчас происходило ну хоть что-нибудь смешное? Катастрофа! А он ржёт!
Я фыркнула, решив, что с воспоминаниями позднее что-нибудь придумаю. В спешке прочитала заклинание и перепутала пару слов. Исключительно от волнения. Как итог, открыв дверь, на меня вывалилась китаянка с… обезьяньими ушами.
— Хорошо хоть без хобота… — устало подумала я, вспомнив учительницу пения, попавшую под мою «удачную» магию. У неё тогда не только хобот отрос, но и оленьи рога. Так что китаянке ещё повезло.
Я поднялась с пола, помогла иностранке и рискнула прочесть ещё одно заклинание. Женщины в коридоре застыли, лишились возможности говорить и выражать эмоции. С третьей попытки мне это всё же удалось. Возможно, я не такая уж и безнадёжная ведьма… «Жертва» же замерла частично. Её голова была единственной частью тела, не потерявшей способность к движению.
Я встала почти вплотную:
— Кто ты? Что шептала? Что тебе нужно? Ты помогаешь ведьме? Ты тоже ведьма? — завалила я её градом вопросов.
Женщина молчала. В глазах читалась истерика, губы дрожали.
— Нет. Так дело не пойдёт. Слушай меня внимательно. Это сон, — принялась убеждать я несчастную, — сон. Тебе всё снится. А может… ты попала в фэнтези.
 
Я вспомнила прочитанный на днях роман о попаданке и драконе. Книжка так себе — сюжет там хромал — но это было лучше, чем слушать причитания Гришиной мамы. К тому же мне казалось, что столь реалистичный сон — это явный перебор, а попадание — довольно неплохое решение. По крайней мере возвращение мозг пострадавшей женщины объяснит довольно легко. И примет. Что куда важнее.
Про себя подумала, что меня на её месте этот вариант устроил бы даже больше: в фэнтези был хотя бы шанс покататься на настоящем единороге или радужном пони, а я их обожаю. Да и кто не мечтает оказаться в сказке? Пускай и странной?
Я продолжила:
— И сейчас только в твоих силах оказать помощь по спасению очень хорошего мужчины. У него карие глаза и наглая улыбка, но, когда он смотрит… Чёрт! Что за ерунду я говорю?! Забудь про мужчину! Просто пойми: ты должна рассказать мне правду. Не веришь, что это фэнтези? Смотри! — желая убедить китаянку, я продемонстрировала самое быстрое и лёгкое из всех волшебных упражнений, сохранившихся в памяти. Вуаля! Блузка на китаянке сменила чёрный цвет на синий. Подумала и «перекрасила» под цвет её помады — в светло-розовый.
Тишина.
— Ты фэнтези хоть читала?
Молчание.
— Неважно! Просто поверь! Время идёт! Чудеса подождут. Я потом ещё много всего покажу, — соврала я. — Ты только ответь на вопрос: что ты шептала?
— Я… сошла… с ума… — вместо ответа произнесла китаянка, растянув губы в глупой улыбке.
— Так ты русская?!
Та кивнула.
Через минуту я узнала от переводчицы много нового, в том числе и то, что Андрей задолго до переговоров сам просил её не выдавать себя, пока он, то есть так получилось, что я, буду стараться обходиться без профессионала.
— Андрей Степанович — странный человек, — сказала женщина, представившаяся Соней, — не любит помощи в вопросах бизнеса и всегда пытается произвести эффект.
— Ага… — согласилась я, про себя подумав, что китайского недоразумения можно было бы избежать, не забудь босс сообщить мне о маленьком нюансе иностранных переговоров.
— Мне коллеги рассказывали про Андрея Степановича, — продолжила Соня, — он и в прошлый раз пытался обойтись без переводчика, но, когда вместо пробы печенья договорились о пробе подгузников, сдался.
Значит, не только я попадаю в нелепые ситуации… На моих губах проскочила улыбка. Ничего… Как только всё закончится, я обязательно сообщу ему об этом. Посмеёмся вместе.
— Так я действительно… попала? — услышала взволнованный голос.
— Коне-е-ечно! Разве в реальности подобный бред возможен?
Безусловно, я понимала: Соня реагирует на происходящее ТАК, то есть вполне адекватно для обычного человека, попавшего в столь безумную ситуацию, по большей части благодаря маминой магии, а не моим глупым и малоправдоподобным объяснениям.
— Не хочу, пусть всё прекратится! — закапризничала китаянка.
— Обязательно, но после того, как спасём Андрея.
— Степановича?
— Его самого. Так что ты там шептала?
— Не помню…
— Совсем ничего?
Она задумалась:
— Мне сказали, что я должна повторять всё за говорящим.
— Кто сказал? — от нетерпения я начала трясти её за плечи. — Вспоминай, кто это был?
  
Глава 19. Навстречу тьме
 
Страсти накалялись, мозг вскипал, терпение лопалось. Соня боялась. Я судорожно перебирала все возможные варианты, не желая верить в честность чёрта, хитрость Инны и собственную недогадливость.
 
— Соня, не молчи! Ну же! Время уходит!
— Ку-куда уходит? — окончательно растерялась та.
— На сторону зла! — зло гаркнула я. — Кто тебе велел повторять за говорящим?
Же-женщина.
— Ясно, что не мужчина! Соня! Это очень важно! Вспоминай! Она была старой? Как она выглядела? Соня! Как она выглядела?