Тяжелая поступь грядущей войны (СИ)
— С рыбами… да… — покачал головой князь и, убрав в ножны меч, широко улыбнулся. — Но, как бы то ни было, я рад, что ты рядом мной.
— Взаимно, — в ответ улыбнулся я и, кивнув на саркофаг, поинтересовался: — Ну и? Какие у нас дальнейшие планы?
— Ну… — немного смутился князь. — Откинем крышку, и там будет видно.
— В смысле, «видно»? — нахмурился я. — То есть ты не знаешь, что нужно делать?
— Нет, — честно признался приятель. — А откуда мне это знать? Никто же не рассказывал…
— Тоже верно, — я задумчиво посмотрел на лужу, которая натекла с моей промокшей одежды, вздохнул и перевёл взгляд на каменный гроб. — Ну а что, если там только прах? Будем тыкать его мечами, или пойдём искать дальше? Проходов-то в этой части зала не видно.
— Нет, — покачал головой Нори. — Он точно здесь, я это чувствую. Сейчас, подожди, настроюсь…
— Стой! — я жестом остановил приятеля и указал на стоящую вдалеке статую. — Ты не забыл, что случилось во время твоей прошлой «настройки»? А ну как эта курица оживет?
— И что же делать?
— Да мне-то откуда знать? — пожал плечами я. — Пошли, мечами в неё потыкаем. Если зашевелится, то сразу и кончим. Пока она летать не надумала.
— «Потыкаем», «кончим», — сдерживая улыбку, покачал головой князь. — У тебя мысли работают только в одном направлении?
— Каждый понимает в меру своей испорченности, — хмыкнул я и направился к статуе. — Идем! Я потыкаю, а ты можешь пощупать, или даже погладить…
— Вот ты… — Нори вдохнул, выдохнул, затем усмехнулся и направился следом.
Хрустя в тишине мелкими камешками, мы прошли через зал и, обогнув саркофаг, приблизились к статуе.
Остановившись напротив трехметрового изваяния, я смерил женщину взглядом и покачал головой, поразившись мастерству скульптора.
Вблизи Илит выглядела живой. Настолько, насколько это возможно. Высоко задранный подбородок, немного отведённые назад плечи, хищная улыбка, надменный взгляд, крылья и изогнутый у земли хвост. Скульптор изобразил момент выступления царицы перед подданными? Интересно, она ему позировала? Или это по памяти?
Как бы то ни было, за эту скульптуру передрались бы все музеи Земли, а для большинства ценителей разрушить такую красоту, наверное, выглядело бы кощунством. Вот только я ни хрена не эстет, и мне моя жизнь дороже. К тому же этих статуй тут — как дерьма. Одной больше, одной меньше — не страшно. Нужно будет — еще наваяют…
— В общем, роняем её на пол и разбиваем к херам, — произнёс я, глядя на статую. — Давай, не спи — заходи слева!
Не услышав реакции на свои слова, я обернулся и… выдохнул.
Нори стоял в паре метров позади меня, и ошарашенно смотрел на клинок своего меча, который сейчас светился как какой-нибудь джедайский лайтсабер. Голубой от цубы до острия, и при этом рабочая часть меча прекрасно просматривалась. Судя по реакции князя, происходящее было для него полной неожиданностью. Ну да… Он же не смотрел ни одной серии Звездных войн» …
— Я… думал… сразу будем рубить… — заметив мой взгляд, потрясенно произнёс Нори. — Достал из ножен, а он… а оно… засветилось.
— Руками только не трогай, — предостерёг я приятеля, пытаясь сообразить, какого хрена тут происходит, когда меч князя полыхнул голубым факелом, и с его острия вытянулись две полупрозрачные нити. Одна к саркофагу, вторая — к статуе демоницы.
В следующий миг пол под ногами качнулся. Крышка каменного гроба вздрогнула от сильного удара изнутри, за спиной послышался характерный треск.
— Бой! — рявкнул я, приводя князя в чувство, и, обернувшись, чудом уклонился от летящего в голову копья.
Сука!
Спрыгнувшая с постамента тварь попыталась продолжить атаку, ударив меня ребром своего крыла, но безуспешно.
Поднырнув под этот чудовищный хук[1], я проскочил к постаменту, рванул из ножен катану и нанёс рубящий удар в основание извивающегося хвоста.
Вот так, тварь! Второй раз ты меня уже не подловишь!
Лезвие чёрного клинка с глухим треском снесло хвост у самого основания. Демоница завизжала как раненая свинья и подалась назад.
Каменный обрубок хвоста толщиной с голень взрослого мужика ещё только летел к полу, когда чудовище довернуло корпус и, отведя плечо, резко ударило меня крылом.
Увернуться от такого невозможно, но я и не пытался этого сделать. Отшагнув и отведя меч, я закрылся плечом, и в следующий миг чудовищный удар впечатал меня в стену за постаментом.
Хрустнули кости, воздух вышибло из груди, во рту появился противный металлический привкус. Оглушенный, я начал сползать по стене на пол, наблюдая, словно в замедленной съемке, как суккуб поворачивается и заносит для удара свой жуткий кулак.
Где-то на краю сознания раздавались глухие удары по камню, перед глазами плыл свет оранжевых фонарей, яростно шипела тварь, что-то кричал Нори…
Нанося удар, чудовище подалось вперед, и в этот момент над его плечом мелькнул яркий росчерк. Взлетевший тати начисто снес суккубу атакующую руку вместе с крылом и куском плеча! Свет фонарей на мгновение стал голубым, возвращая меня в реальность, и события привычно ускорились.
Стиснув зубы от боли в спине, я рванулся вправо и только чудом разминулся со вторым кулаком атакующего чудовища. Крылатая гадина, промахнувшись, с треском вмазала по стене и, не переставая шипеть, начала поворачиваться ко мне.
«Вот интересно, как каменная статуя может издавать звуки?» — мелькнула в голове странная мысль и я, уйдя от атаки, шагнул вперед и пробил твари в бедро.
Хрустнуло. Меч до половины погрузился в камень. Демоница пошатнулась и попыталась достать меня крылом, но…
— Сдохни! — проревел князь и, подскочив с другого бока к чудовищу, нанес резкий удар своим изменившимся тати.
Голубой меч сверкающим росчерком смахнул рогатую голову, и ожившая статуя, окаменев на середине движения, с грохотом завалилась на пол к нашим ногам.
— Сука!
Тяжело дыша, я отступил назад, кивнул князю и посмотрел на саркофаг, который содрогался от тяжелых ударов. Сидящая внутри него тварь, судя по всему, скоро освободится. Погано то, что мы шли убивать спящего асура, и я хрен его знает, что нам делать с проснувшимся. Слуги Мары ведь по силе равны богам, и в предстоящей драке мы явно не фавориты. Хотя… Может быть, это он во сне так шевелится? Ну да… Башкой о каменную крышку спросонья…
— Ты как? — подошедший князь оторвал взгляд от обломков статуи и посмотрел на меня.
Выглядел Нори слегка потрепанным, но в глазах его застыла решимость.
— Нормально, — сплюнув на пол набившуюся в рот пыль, прошептал я и, кивнув на саркофаг поинтересовался: — Ну что? Сейчас ты знаешь, что нужно делать?
Ответить князь не успел.
Обломки статуи с тихим шорохом превратились в облако оранжевого дыма, который тут же метнулся вперед и, извиваясь словно змея, втянулся под крышку каменного саркофага.
В следующий миг пол тряхнуло. Один раз, другой. Потом ещё и ещё… Спустя пять секунд зал затрясло так, словно под него сунули огромный компрессор.
Трещал под ногами пол, змеились по стенам глубокие трещины, рожи асуров дергались, и со стороны казалось, словно эти уроды гримасничают и хохочут. Из-под крышки саркофага потек оранжевый дым, в голове зазвучал сбивчивый шепот. Захлебывающийся, непонятный… Как в Чертоге Смерти, незадолго до моей гибели….
— Готовься, — перекрикивая грохот, проорал князь. — Он многократно ослаблен, и у нас должно хватить сил!
Одновременно с этим крышка саркофага разбилась, словно от подрыва взрывчатки. Из гроба тут же повалил густой оранжевый дым, меч в руках князя запылал ярко-голубым факелом.
«Должно… Ну да… Мне бы его уверенность», — подумал я, вспоминая не к месту историю, что произошла со мной в девятнадцатом.
Тогда одна знакомая девушка затащила меня на выставку современного искусства, и там я, что называется, проникся по полной. Здоровенные огрызки яблок, расколотые унитазы, мазня на полотне, навроде рисунков Серегиной трехлетней дочурки. Вокруг какие-то женщины и мужчины в парадной или смешной одежде с умным видом и натуральным восхищением в глазах. Помню, та подруга была спортсменкой и разбиралась в этом мусоре примерно так же, как и я. На вопрос: «какого хрена здесь происходит?», она дурашливо пожала плечами и потащила меня на выход, вот и сейчас…