Тяжелая поступь грядущей войны (СИ)
— Сомневаюсь, что они жили тут постоянно, — негромко произнесла идущая рядом лисица. Заметив мой вопросительный взгляд, Эйка кивнула на один из уцелевших домов и пояснила: — Асуры — это те же ёкай, только изменённые Хаосом. Им нужны пища и вода, они так же озабочены продолжением рода.
— Но воды здесь нигде вроде не видно, — подхватив мысль кицунэ, произнёс я. — А ведь для такого количества народа её нужно немало. И даже если бы в этих непонятных строениях проживало по одному асуру…
Стоящие вдоль дороги дома и впрямь выглядели странно. Их словно бы отлили из одной формы на заводе по производству бетонных конструкций. Полусферы с радиусом около трёх с половиной метров имели один арочный вход с небольшой прихожей, который во всех строениях выходил на дорогу.
— А я говорил, что это не город, — услышав наш разговор, хмуро буркнул енот. — Асуры не муравьи, чтобы жить в одинаковых каменных шарах. Возможно, они прятали тут молодняк на время войн, или…
— Или что? — уточнил я, видя, что енот замолчал.
— Или это что-то другое, — пожал плечами тануки и, кивнув на один из домов, пояснил: — Видишь, все входы к дороге? Возможно, их использовали как хранилища, но мне кажется, что вся эта пещера — один большой храм этой суки Илит. — Иоши зло посмотрел на статую, к которой направлялся отряд, вздохнул и посмотрел на меня. — Ты же сам видел, сколько здесь её изваяний! И та тварь, которая тебя чуть-чуть не убила… Это ведь она, посмотри!
— Я поднял взгляд и… озадаченно хмыкнул, заметив явное сходство фигуры. Талия, форма груди, шея и руки… Если заменить птичью голову на человеческую, то и правда не отличить от того суккуба. От входа в пещеру такого сходства я не заметил, но сейчас оно очевидно. Но тогда получается…
— Погоди, — нахмурился я. — Выходит, Нэко ошиблась, и тут нет никакого Гурата аль Хара, а вместо него лежит эта тетка? Или они тут вдвоём?
Не, ну а что еще думать? Тут же черт ногу сломит со всеми этими непонятками! То баба, то мужик, ещё эти статуи и дома. Святилище Синигами поставили люди, это понятно, но все остальное…
Тишина… Лишь скрип амуниции, лязг железа, оранжевый свет фонарей и хруст камней под ногами. Полдеревни уже прошли, и интуиция все так же молчит. Нет, я прекрасно понимаю, что впереди задница, но размер её оценить не могу. Если там два Великих асура и хотя бы один из них не спит…
— Нет, вряд ли, — видя, что Иоши по-прежнему молчит, покачала головой кицунэ. — Нэко почувствовала бы это сейчас и сказала. Однако Иоши прав, и мы сейчас, скорее всего, находимся в брошенном храме Илит. Слишком много тут её изваяний и разлитой Силы. Похоже, что те два отражения — это тени Королевы асуров. Так случается, когда хозяева уходят из храмов…
«И кошка тоже говорила, что эта тварь здесь везде», — подумал про себя я, а вслух произнёс:
— Тогда объясните мне, какой во всем этом гребаный смысл? Запечатать Слугу Мары в храме Королевы асуров, где разлито море Силы?! Это же как лисицу пустить в курятник!
Услышав такое сравнение, енот скосил взгляд на подругу, затем посмотрел на меня и поинтересовался:
— А ты сам-то где лучше спишь? Дома или, скажем, в походе?
— То есть…
— Да, — покивала кицунэ, видя мой растерянный взгляд. — Милосердная рассчитала все правильно. Ведь четыре тысячи лет, что проспал Слуга Мары, это очень даже немало. И… кстати! Я не ем куриного мяса! Не люблю…
— Чего? — нахмурился я, окончательно потеряв нить разговора. — При чём здесь…
Шипение кошки хлестнуло по мозгам ледяной плетью. Впереди громко заговорили солдаты, строй замер, самурай обернулся и нашёл взглядом князя…
Мгновенно вернувшись из непоняток в реальность, я быстро огляделся и увидел впереди отряда полупрозрачный силуэт женщины.
Одетая в рясу или во что-то очень похожее, с перехваченной поясом талией и накинутым на голову капюшоном, она шла впереди отряда по направлению к статуе, легко покачивая на ходу бёдрами и, казалось, не замечала ничего вокруг. Заметив ее, ребята Коямы оперативно разошлись по дороге и изготовились к стрельбе, ожидая только команды, Иоши выругался, лицо Эйки заледенело. Глаза у лисицы сделались ярко-зелеными. Как тогда, на острове, перед дракой…
— Кто это? — мысленно спросил я у кошки, которая висела чуть впереди справа от строя и явно ожидала моего приказа.
— Враг… — не оборачиваясь, ответила Нэко. — Могу уничтожить…
— Уничтожь, если она атакует, — приказал я. Затем остановил жестом лисицу и, встретившись взглядами с Нори, кивнул на уходящего призрака: — Пошли за ней! Может, эта тётка скажет нам что? Или куда приведёт?
— Ага, в западню она нас приведет, — буркнул нахмурившийся Иоши. — Но хорошо хоть подругой не назвал эту погань, хотя… Тётка — это ж у вас кто-то из родственников?
— Какой ты, однако, зануда, — скосив взгляд на приятеля, со вздохом произнёс я и вместе с отрядом пошёл следом за призраком женщины.
Нет, ну во всех фильмах и книжках в такой ситуации всегда случалось какое-то продолжение. Вот и сейчас, не просто же так она появилась у нас на пути? Привыкла гулять по этой дороге и настолько увлеклась прогулкой, что не слышит грохот у себя за спиной? Ну да, так я, блин, и поверил…
Фильмы и книги, как оказалось, не врали.
Выйдя на площадь, женщина приблизилась к статуе демоницы, низко склонилась перед ней, и в моей голове зазвучал её сбивчивый шёпот. Слов было не разобрать, но я и не пытался понять. Вышел вперед замершего строя и, положив ладонь на рукоять меча, принялся дожидаться развязки. Нори подошел и встал в метре слева, кошка зависла над правым плечом.
Не… Вот реально плачет по мне психиатр… Стою на какой-то площади в огромной пещере, в сотне метрах напротив разрушенного собора, и слушаю сбивчивое бормотание призрака, который склонился перед статуей крылатой женщины с головой ястреба! При этом ещё один призрак висит у меня над плечом, слева мужик в самурайском доспехе, а за спиной шеренга копейщиков со щитами. Два десятка самураев растянулись полукругом по площади, а с ними два оборотня ёкай. Короче, полная клиника, и никакими таблетками тут уже не поможешь…
Женщина молилась минуты три, и за это время я успел рассмотреть статую во всех подробностях, параллельно думая, что эта Илит, наверное, счастливая женщина. Не, ну а как иначе? У Мары шесть рук, и вот даже не представляю, какие при этом открываются перспективы… И ещё интересно, почему в такие моменты мне в голову лезет пошлятина? Да и дело не в количестве рук! Или я ошибаюсь? Да ёп!
Закончив наконец бубнить, женщина встала, обернулась и откинув с головы капюшон, презрительно посмотрела на князя.
Мне почему-то казалось, что она будет копией суккуба из зала, но нет. На вид лет тридцать или чуть больше. Треугольное породистое лицо, волосы спадают до плеч, голову венчают рога. Она была красива какой-то хищной неземной красотой. Словно сошла с полотна Луиса Ройо[6].
— Ты все-таки пришел… Потомок проклятого рода, — не отрывая взгляда от Нори, устало произнесла она. — Ещё один дурак, поверивший в своё предназначение. Ты подохнешь так же, как и твой предок, и никому этим ничего не докажешь.
— Кто ты такая? — положив ладонь на рукоять тати, недобро прищурился Нори. — Много чести мне говорить тут со всякими тварями…
— Я Акара аль Риида. Настоятельница храма Прекрасной Илит, — глядя на князя, криво усмехнулась женщина. — Но ты, щенок, ошибаешься. Тварь — та, что послала тебя сюда на верную смерть…
— Поясни, — жестом придержав Нори, попросил я. — Почему ты решила, что он умрет?
Услышав вопрос, женщина вздрогнула и медленно перевела на меня взгляд.
— А, это ты Враг, — снова усмехнулась она, но в этот раз в её голосе словно бы мелькнули искры надежды. — Возможно, ты не дашь сдохнуть этому идиоту?
— Ты о чем? — нахмурился я. — Говори, что нужно сделать?
— Нужно лишь забыть ненадолго вражду и поверить, что Госпожа не обманет… — холодно ответила жрица. — Всего-то забыть вражду…