Любовь со вкусом клубники (СИ)

— У неё явный талант к кулинарии. — мама улыбнулась. — Да и с виду милая такая. На бурундука похожа.
— Мама! — я недоуменно посмотрел на неё, выгнув бровь.
— Ну что мама?! Ты вообще видел какие они симпатишные? — букву «ш» она отчётливо прошипела.
Я осуждающе на неё посмотрел. У Вероники действительно была достаточно милая внешность. Густые медовые волосы, светло-голубые глаза, вздёрнутый носик и пухлые щеки, на которых появлялись две ямочки, когда она улыбалась. Если бы она немного скинула вес, походив в спортзал, получилась бы кукла.
А ещё, если бы она умела в нужный момент закрывать свой маленький рот, цены бы не было.
Выходные мы провели с пользой, съездив погулять в парк, покатавшись на велосипедах, сходив в театр и даже побывав в океанариуме.
В понедельник мама рванула в свой родной город, чтобы встретиться с подругами детства, а я вернулся к рабочей жизни.
София все выходные работала, обхаживая итальянцев. За это я был ей сильно благодарен, но одно меня напрягло — для чего она соврала про этот идиотский пирог Веронике?
Решив все выяснить, позвал Софию в свой кабинет.
— Антон Сергеевич, — с порога начала она. — завтра в 12 часов дня состоится подписание договора с Рикардо, им очень понравились наши развлечения, особенно русская баня.
— Баня? — я недоумевающе посмотрел на неё.
— Да. Я с самого начала включила ее в нашу программу, выбрав лучший комплекс в городе. Марио даже отметил, что после парилки уснул, как младенец, первый раз выспавшись за длительное время.
София широко улыбнулась, садясь в кресло напротив меня. Она явно была довольна проделанной работой.
— Ты хорошо постаралась, хвалю. — она ещё больше расслабилась от моих слов, откинувшись на спинку кресла. — Единственное, что меня расстроило — твоя ложь.
— Какая ложь? — ее лицо нервно исказилось, а тело напряглось, принимая сидячее положение.
— Я, кажется, просил тебя поблагодарить повара за клубничный пирог. — я немного сощурил глаза. — А что сделала ты?
— Я… Я… — начала оправдываться София.
— Ты прекрасно знаешь, как я ненавижу, когда врут. Особенно, когда эта ложь идёт, якобы от моего лица.
Моя помощница в мгновение побледнела, а ее взгляд, нервно забегал по кабинету.
— Антон Сергеевич, я, правда, не думала, что..
— Что это дойдёт до меня? — я встал с кресла и медленно подошёл к ней. — Ты думала, что эта девушка слишком проста, и не пойдёт разбираться из-за какого-то обычного клубничного пирога? Я правильно понимаю?
София молчала, явно не зная, что ответить на мои обвинения. Если бы не прошлые заслуги, сейчас я бы без промедления уволил ее. Но сделав это, я потеряю одного из лучших своих сотрудников, который в итоге может устроиться к конкурентам.
— Если такое повторится, София Леонидовна, — я наклонился и зло прошептал ей на ухо. — мы попрощаемся. Я итак, в последнее время, даю тебе слишком много шансов.
Она молча кивнула, сжав в руках папку с документами.
— С этой минуты со своим поваром буду общаться лично я. — сказал я, подойдя к своему креслу. — Прошу переслать мне ее номер и больше не иметь никакого контакта.
— Но как же я буду решать рабочие моменты? — попыталась возмутиться она.
— Теперь это не твоя забота. — я кивнул на дверь, показывая, что ей пора.
Положив документы на мой стол, София гордо вышла из кабинета.
Телефон замигал, оповещая о новом входящем вызове.
— Слушаю тебя, Димитрий. — на выдохе произнёс я.
— Как ты там, о великий и ужасный Тиран Сергеевич? — было слышно, какое ему доставляло удовольствие издеваться надо мной.
— Хорошо. Вот думаю написать парочку бесчеловечных пунктов в договорах со своими подчиненными. Ты как?
— Изверг. — он засмеялся. — Я нормально. Правда, пришлось объясняться с Ромычем и Лехой, почему какая-то левая девушка сыпала на тебя обвинения.
— И как? Получилось? — усмехнулся я.
— С трудом. Мы все, конечно, знали, что ты тот ещё зануда, но чтобы придраться к блинчикам, это было вне нашего понимая.
Астахов уже совершенно не сдерживал себя, сыпя все новыми подколами. Мне ничего не оставалось, как молча терпеть, копя свой гнев на боевого бурундука.
 
— Антон Сергеевич, — в мой кабинет влетела София. — у нас форс-мажор.
— Что случилось? — я даже не поднял на неё свой взгляд, разбираясь с текущей документацией.
— В «Равенне» произошла утечка канализации. В экстренном порядке пришлось эвакуировать всех постояльцев, переселяя в другие отели.
— Что? — я со злостью стукнул по столу, но быстро понял, что так ничего не решишь. — С причинами разберёмся потом, где итальянцы?
— Я попросила привезти их сюда. — она замялась, боясь моей реакции.
— Хорошо. — я встал с кресла и пошёл на выход. — Какие варианты у нас есть?
— Никаких. — мне показалось, что София буквально слилась со стеной.
— У нас три отеля по городу и ни в одном нет свободных люксов? — мой голос больше был похож на рык разъяренного льва.
— Нет, везде стопроцентное заселение.
— Черт! — я нервно провёл по волосам, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации.
Перебрав все варианты, я решил поселить их в своей квартире. Комнат точно хватит на всех, да и одну ночь я смогу пережить вмешательство в свою личную жизнь.
— София, я сам встречу их и отвезу к себе домой. — я серьезно посмотрел на неё.
— К себе домой? — она явно удивилась. — Но..
— У тебя есть идеи по-лучше? — сказал я громче, чем было необходимо.
— Нет. — она старалась не смотреть на меня.
Уже через час я вёз компанию веселых партнеров в свою квартиру, предупредив Любовь Ивановну, чтобы она подготовила две гостевых комнаты. Итальянцы же даже такую ситуацию восприняли с улыбкой, заявив, что вместо деловых переговоров, они получили отличный отдых, с увлекательными приключениями.
Мне очень повезло, что Рикардо в совершенстве знал русский язык. С одной стороны мы могли разговаривать на английском, но мне было сложно думать на чужом языке.
— Добро пожаловать. — улыбнулся я, открывая перед ними дверь.
— Прекрасная квартира, Антон. — осматриваясь, сказал Роберто.
— Спасибо. — я по-деловому улыбнулся. — Сейчас вас отведут в комнаты. — я подозвал Любовь Ивановну. — Располагайтесь, отдыхайте. Я попрошу накрыть на стол.
Зайдя на кухню, увидел Веронику, стоящую у плиты.
— Здравствуйте. — тихо произнёс я, но девушка резко вздрогнула, повернувшись на меня.
— Здравствуйте, Антон Сергеевич. — она явно не ожидала меня здесь увидеть. — Любовь Ивановна сказала, что Вы приедете, но я не думала, что так скоро. Мне осталось буквально двадцать минут и все будет готово.
— Что сегодня в меню? — признаться честно, с утра я даже не удосужился прочитать, что было написано на листе, оставленном на столике.
— Солянка, запечённый молодой картофель с грибами и буберт под клюквенным соусом. — протараторила она, иногда запинаясь. — Любовь Ивановна сказала, что с Вами приедут итальянские партнеры, поэтому я взяла наглость и готовлю тортеллини.
— С чем? — я с интересом заглянул в кастрюлю.
— Курица и говядина. Но их ещё необходимо запечь в духовке с сыром и сливочным соусом. — ее тело напряглось, а глаза взлетели вверх, искоса смотря на меня.
— Отлично. — я отошел, чтобы не смущать ее. — Кстати, спасибо за торт. Он был очень вкусным.
Я попытался благодарно улыбнуться, но получилось откровенно плохо.
— Пожалуйста. — тихонько прошептала Вероника, явно не ожидая похвалы в свой адрес.
Я уже собрался выходить из кухни, как в неё зашёл Рикардо. Он говорил о том, как им все нравится здесь и как они благодарны, что я не бросил из на произвол судьбы, приютив у себя. Как будто у меня был выбор.
 
Неожиданно для меня он обратил внимание, на увлеченную приготовлением еды девушку.
— Антон! А я не знал, что у тебя есть такая симпатичная жена! — он вскинул руки вверх и начал с интересом рассматривать Веронику, которая от этих слов, застыла на месте, с поднятой в правой руке ложкой.