Наследство города теней (СИ)

Мне было как раз шестнадцать лет, когда я подслушала разговор и узнала, что мой отец работает на Тень. После этого Коллекционер спас меня, вытащив в реальный мир, где научил жить по-новому Он показал, как любить эту жизнь, хоть и сообщил, что мои родители погибли. А я не могла восстановить память из-за того, что за годы Туман отобрал ее...
— Папа! Я все вспомнила! — прошептала я. — Я знаю, что случилось на самом деле!
— Ливи! — Он подхватил меня, кружа прямо как в детстве, потом поставил на ноги и поцеловал мой лоб, не размыкая объятий. — Ты жива!
— Я всегда была жива. Но вот мама… — Я вдруг вспомнила просьбу призрака. — Она умерла. Она хочет, чтобы ты, наконец, понял это и прекратил тревожить ее дух. Мама на балу не настоящая. Ее душа заколдована, чтобы держать тебя под контролем. Тень пользуется тем, что ты веришь в реальность мамы. Он не оживил ее, понимаешь? Она просила это передать, ведь хочет освободить тебя от кошмара, в который ты попал.
— Она… не… живая? — Глаза отца наполнились болью, а на лбу образовались морщины, когда до него дошла истина. — Аннет не ожила? Она мертва?
— Да. Это просто обман. Она хочет отойти в мир иной, но не может, пока ты ее держишь. А вместе с этим Тень управляет тобой, — едва не плакала я, но чувствовала, что должна это сказать. — Я хочу тебе помочь, папа! И боюсь, как только ты покинешь Дом Красных Окон, то снова обретешь зависимость. Теперь я знаю, кто такая.
Словно прочитав мои грустные мысли, отец подтвердил:
— Ты — наследница Усадьбы и можешь занять место, которое принадлежит тебе по праву. Потому что я больше не вернусь к людям. Я винил Коллекционера в произошедшем. Потом потерял Аннет и во что бы то ни стало желал ее возвратить. А она умерла на самом деле. — Отец протер лоб и улыбнулся. — А ведь ты жива, Ливи!
— Коллекционер спас меня из Тумана и забрал в реальный мир, папа. Он совсем неплохой. Возможно, когда-нибудь он… — Я не могла назвать Коллекционера Арманом, потому что теперь знала — это не настоящее его имя. — Он найдет способ все исправить. А пока мы должны бороться, чтобы жить; чтобы Город не потерялся во времени окончательно. Скажи мне, как освободить тебя от наваждения, а ты стал собой! Наверняка есть способ! — крикнула я, стирая льющиеся по щекам слезы.
— Кому-то придется отдать самое ценное, что есть в Городе, отказаться от того, что имеет. Такова суть заклятья, которое висит на мне. И сделать это нужно там, где его наложили — в Лаборатории Времени.
— Папа, я сделаю это! Я вытащу тебя! — проговорила я, обнимая его лицо — такое родное и далекое одновременно.
— Там есть артефакт солнца. На него нужно поставить ладони и назвать то, что готова отдать. Это снимет с меня морок, — прошептал отец.
— Но ты все равно останешься в этом мире?! — с ужасом спросила я.
— Да, моя девочка, — обнял он меня на прощание. — Я останусь здесь, потому что кому-то необходимо бороться с темными силами, находясь в стане врага. Но я буду понимать, что я делаю и зачем это нужно. Я стану защищать Город извне. Иди! Ночь скоро закончится. Я останусь в Доме Красных Окон столько, сколько смогу продержаться, чтобы не успеть догнать тебя. Лаборатория Времени в нескольких кварталах отсюда. Сегодня Дом Красных Окон появился как раз неподалеку.
— Я люблю тебя, папа! — сказала я, погладив пальцем его морщинку на лбу.
Как странно, еще полчаса назад это был опасный убийца, а теперь я понимаю, чего ему стоила эта жизнь.
***
Я выбежала наружу, вспомнив про Детектива. Руки тряслись от волнения — я боялась, что он не успел скрыться от крылатой твари. Сэма нигде не было видно.
— Сэм?! Сэм! — позвала я, но туман поглотил мой голос. — Детектив! Где ты? — крикнула громче. — Сэм, ты ведь не мог просто так сдаться... Я не верю... — прерывисто прошептала я и пошла в Туман, не видя перед собой дороги.
В голове еще звучали слова отца о том, как дойти до Лаборатории Времени. Она находилась на вершине Черного Замка — самого заметного места в Городе. Но уже ничего не хотелось. Если тот, кто помог узнать правду, погиб из-за меня, то смысла больше нет. Я шла наобум — даже не смотрела, куда ступаю. Платье путалось в ногах, но я не обращала внимания на эту мелочь. Было больно от всего того, что я вспомнила. Город — часть моей жизни. Но моя ли это жизнь?!
 
Детектив исчез, и я осталась одна. Стало страшно.
— Куда спешит сбежавшая с бала принцесса? — вдруг раздался рядом со мной до боли знакомый голос.
— Сэм! Ты жив! — обрадовано крикнула я, не веря в чудо.
— Живее всех живых. Пришлось спрятаться, чтобы обмануть порождение Изнанки.
— Сэм! Как хорошо, что ты здесь, — сжала я его ладонь и вдруг поняла, что магической метки на моей руке больше нет — она исчезла навсегда, когда я вышла из Дома Красных Окон. — Я все вспомнила! Теперь я в курсе, как освободить отца — нужно попасть в Лабораторию Времени!
— Я знаю, где она находится. Идем!
Пока мы шагали через Туман, я поведала Детективу свою грустную историю. Иногда плакала, потом успокаивалась. Сэм оказался не хуже дядиного психолога — он выслушал меня, не проронив ни слова, и не мешал мне говорить. И только когда я дошла до момента с Джульеттой, присвистнул:
— Значит, тот зонт, что она передала Марте, создавал, который мешал Медиуму видеть твое прошлое?
— Выходит, так и есть. Но даже если это правда, я не могу винить ее, — вздохнула я. — Джульетта не желает моего возвращения. Много лет прошло. Я ведь пробыла в Искажении не одно десятилетие.
— Вот уж не думал, что все так запутанно. Но твой отец прав. Если он просто вернется, Тень его уничтожит. Все же лучше, если он останется в Изнанке, но будет понимать, что делает.
— Мне нужно пожертвовать тем, что есть у меня в Городе. А я не знаю, что у меня есть, кроме тебя. Но тобой я жертвовать никак не могу. Ты мне нравишься, Детектив, — усмехнулась я с горечью, что застыла на губах.
— Надо же! А я думал, что могу только раздражать тебя. Вообще-то не обязательно жертвовать кем-нибудь, если можно чем-нибудь, — многозначительно сказал Детектив.
Мы остановились. Я задрала голову, глядя на замок — самое высокое здание Города. В тумане он казался зловещим. На постаментах у входа расселись ожившие горгульи, их крики пронзали воздух. Но нас крылатые бестии не трогали. Возможно, аура отца защищала меня от порождений зла. Мы смогли беспрепятственно проникнуть в Замок. В холле отдышались, а потом бросились вверх по винтовой лестнице, откуда можно попасть в башню.
— Тут сплошные аномалии, не пугайся, — сообщил Детектив, когда перед нами появились танцующие огни, что провожали нас в Лабораторию.
— Живые огни. Надо же! А они ведь меня знают! — вспомнила я, как уже бывала в этом месте. Удивительно, сколько всего произошло в Городе за те годы, когда никто не знал, как бороться с Искажением и его последствиями.
Детектив открыл дверь, и мы попали в большую комнату, на одной стене которой находился огромный светящийся циферблат. К нему вели пять ступеней, на них отбрасывали тени римские цифры и стрелки. В нишах размещались полки, заваленные книгами и заставленные колбами с разноцветными жидкостями; там же стояли всевозможные приборы и часы. Под потолком висел портрет седого мужчины с бородой. А рядом с циферблатом я увидела золотой артефакт с изображением солнца, о котором говорил мне отец в Доме Красных Окон.
Я подобрала шуршащие юбки и поднялась на площадку, остановившись перед ослепительно яркой пластиной. Сердце стучало набатом. Я боялась ошибиться и не получить второго шанса.
Нужно просто подойти и отказаться... Вот только от чего? Детектив сказал, что это может быть нечто неодушевленное, но важное для меня.
«Ты — наследница Усадьбы, ты можешь занять место, которое принадлежит тебе по праву», — прозвучал в голове голос отца — как напоминание.
Мой дом. Усадьба, где меня давно нет. Я много лет прожила без нее. За это время в Городе установились свои порядки. Даже отец не стремился вернуть ее. А мама давно мертва. Нужно ли мне это наследство, если оно может спасти папу?!