Библиотекарь государя. Буква (СИ)

— Извини. Хотел поговорить с тобой.
— Ого! Поговорить? Да неужели…! 
— Не ори, умоляю. — Ещё раз покосился назад. Всё нормально. — Давай отойдём в зал с тренажёрами. 
— Пхм! — Хмыкнула Виктория и обидчиво сложила на груди руки. 
— Это правда важно. 
— Ладно-ладно. На колени можешь не вставать. Я сегодня добрая. Так что пойдём…
Мы вышли с другой стороны площадки и направились к дверям, ведущим в тренажёрный зал. Здесь было чуть приоткрыто окно, за которым шумели машины; зал освещало осеннее солнышко, а на скамье для жима лёжа пыхтела какая-то мускулистая тумбочка. Больше никого не было.
«Да. Идеальнее места во всей академии не сыскать».
Мы направились к беговым дорожкам и устроились на соседних. Перед нами висело огромное зеркало, поэтому мы могли видеть друг друга, не поворачивая головы. Да и то, что происходит за нами — тоже проглядывалось прекрасно.
Выбрал шестую скорость, и лента под ногами начала движение. Я зашагал. Виктория, видимо, решила как следует пробежаться, а потому включила сразу восьмую скорость. Я же на шестой всё ещё мог идти, но, чтобы не отставать, добавил ещё две единицы. Теперь мы оба бежали.
— Так что ты хотел? — Произнесла Виктория.
На секунду я засмотрелся на то, как её бюст, перетянутый полиэстеровой розовой футболкой, стал прыгать вверх-вниз.
— В общем…
— Наверное, ты хотел передо мной извиниться, да? — Пока что держа дыхание от бега под контролем, спросила Амосова.
— Извиниться, а за что…? — Задумался я, глядя сквозь отражение в зеркале слева на спортивные бёдра Виктории.
— Да хотя бы за это… — Амосова запустила ладонь в свою шевелюру и показала мне место за ухом, где у неё как-то подозрительно мало волос.
— А-а-а! — Наконец, до меня дошло.
Точно. Ведь пару недель назад Екатерина с Викторией подрались между собою. Подрались из-за того, что Аксёнова обвиняла Амосову во вранье по поводу учителя математики…
Ох, блин. Зря я вспомнил про ту мутную историю, теперь же не успокоюсь…
— Да, неловко вышло. Но… я в ваши давние разборки лезть не хочу. Что было, то было. Если тебе сильно досталось от Екатерины, то извиняй. Сама в… извиняй, в общем.
Так и хотелось сказать, что Виктория со своим лживым длинным языком сама во всём виновата, но в данный момент это могло испортить весь мой план. Так что я сдержался.
— Я, между прочим, теперь волосы в хвост завязывать не могу! — Насупилась Виктория. — А всё из-за твоей… подружки!
«Хе-хе-хе. Нормально ей, всё-таки, наваляли».
— Ладно тебе. Она ведь и твоя подруга. По крайней мере была.
— В том-то и дело, что после этого точно только «была…»
— А вообще, я не об этом позвал тебя поговорить. 
— Тогда что тебе нужно…? — Уже начиная чуть запыхаться, спросила Амосова.
— Короче… так, давай скорость сначала снизим, а то говорить надо будет долго, а я… уже дыхание начинаю сбивать… 
*Пип-пип-пип*
Мы переменили скорость до пяти и перешли на шаг.
— У меня есть к тебе одно дело… даже не знаю, с чего начать… 
— Говори, как есть.
— Я за него сделаю всё, что ты попросишь. Ну… в пределах разумного, разумеется.
Виктория улыбнулась.
— А ты умеешь правильно начинать диалог.
— Если в двух словах, то… мне нужно, чтобы Варя Романова и её новый парень расстались. И я хочу, чтобы ты мне с этим помогла…
Виктория ехидно сощурилась, глядя через зеркало мне прямо в глаза.
— Ты чего удумал, Воронцов? А-а-а…! Я помню, как ты садился с Романовой и её отцом в одну машину. Гкхм… должно быть, тебе надоела Катька, и ты снова решил подбивать клинья к дочке императора? — Она улыбалась так, словно сожрала лимон. 
— Эй! Фигню не городи. Всё не так. 
— Да-да-да. Рассказывай. А для чего тогда тебе нужно, чтобы она снова осталась свободной? А?
— Да потому что… 
«Вот чёрт. И правда. Если я не могу сказать Виктории правду, то какой вариант, кроме истинного, может показаться наиболее правдоподобным… думай-думай-думай!»
— Потому что потому! — Ничего не придумав, ответил я.
— Или твой братец переключился с меня на вашу общую подружку, и теперь просит помощи…? Хотя нет… это как-то слишком тупо. — Рассуждала Амосова.
 
— Да. Согласен. Тупо. Да и не важна, собственно, причина. Мне главное, чтобы ты это сделала, и всё.
— Значит, мой первый вариант был правильным… — Снова заулыбалась Виктория. 
Неужели новость о том, что её бывшая лучшая подруга может помимо отца лишиться ещё и парня, так её веселит? Настоящая подлятина… подлятина с миловидным личиком.
— Не важно это, говорю. — Нахмурился я. — Так что, сможешь помочь?
— Значит, ты хочешь, чтобы они расстались, хм… — Задумалась Виктория. — И для этого ты обратился именно ко мне. Хм… ты хочешь, чтобы я переспала с этим парнем. Правильно?
Отдыхающий после тяжёлого подхода качок с недоумением поглядел в нашу сторону. Почесал затылок, поковырялся в носу и снова вернулся на скамью.
— Да ты догадливая.
— Я, по-твоему, какая-то шлюха? — Нахмурилась Амосова.
«ДА! Да-да-да-да-да! В яблочко! Да…!»
— Нет, конечно, ты чего. — Ответил я. — Просто… больше некого просить. А ты из всех, кого я знаю, самая… ну… симпатичная. Он точно должен на тебя клюнуть. Да и… спать с ним, думаю, необязательно. Можно обойтись и поцелуем. Главное, чтобы об этом узнала Романова, только и всего.
— Ах… — Вздохнула Виктория и, якобы от усталости, провела рукою по лбу. — Очень сложное задание. Очень! Даже и не знаю, получится ли у меня… 
— Сто процентов получится. Я немного пообщался с этим… Игнатом, уверен, что он не устоит.
— Ну не знаю… не знаю… надо подумать… 
— Что может замотивировать тебя думать быстрее?
Виктория, еле сдерживая улыбку, прикрыла глаза.
— Допустим…
— Сразу говорю, все эти вещи с продолжением того раза, когда я фотографировал тебя в подвале, не предлагать.
— Пфф… — Приподняла подбородок Виктория. — Больно оно мне надо. Хм… ладно, над наградой я ещё подумаю. А что насчёт твоего предложения… хорошо, я согласна. 
— О. — Удивился я. — Правда?
— Правда, правда. Я постараюсь соблазнить вашего Игната. Или как там его? Да так в оборот возьму, что он сам от Романовой сбежит. 
— Ну слава Богу. Спасибо тебе. Тогда… договорились? — Я протянул Виктории руку.
— Договорились. — Пожала она её.
— Прекрасно. Значит… когда хочешь начать? 
— Да хоть сегодня. Чего тянуть?
— А ты шустрая.
— Конечно. Я в этом деле первоклассный спец. Перед моим обаянием ни один парень не устоит. Это я тебе точно говорю.
— Не правда. Один-то всё-таки устоял. — Самодовольно улыбался я. 
— Ты это на себя намекаешь?
— Угу.
— Ну-ну, ага, рассказывай мне тут. — Закатила глаза Виктория. — Дуру-то из меня не делай. Если бы нас в тот раз не отвлекли, всё бы случилось. Я же видела, как у тебя слюнки текут. Один мой жест, и ты бы набросился на меня, как дикий пёс.
В памяти невольно всплыли те моменты, когда я фотографировал в подвале обнажённую Викторию. Как она сексуально изгибалась на том зелёном диванчике, как позировала, как…
«А ну-ка успокоился! Эта похотливая Суккуба не сломит твоего духа. Нет! Думай о чём-то другом, думай о чём-то другом…»
— Проехали. — Я нажал кнопку на табло беговой дорожки, и она замедлилась. Через секунд пять и вовсе остановилась. Слез на пол.
Виктория тоже оставила кардиотренажер в покое.
— В общем всё. Договорились. Не забывай писать мне, как продвигается план. Если понадобится какая-то помощь, то дай знать. 
— Непременно, Андрей. 
— Тогда я пошёл. Удачи.
— Тебе тоже. — Улыбнулась Виктория и я вышел из зала. Её же попросил выходить только через несколько минут, дабы ни у кого не возникло лишних подозрений.
Впрочем, оказавшись в основном зале, увидел, что ничего не изменилось. Все так же были заняты своими делами и на меня не обращали внимания.
Когда закончилась практика, мы с Иваном переоделись и направились на лекцию по русскому языку. Уже когда она началась, и мы сидели в аудитории, начали приходить сообщения от Виктории, которая сейчас находилась не здесь. Она специально ушла домой.