Мир Дому. Трилогия (СИ)
Добыв пару банок сгухи[99] из личных запасов, Серега засунул их в вещмешок. Самое то для быстрой подзарядки. И не столько для тела, сколько для мозгов – ему как командиру сейчас глюкозы бешеное количество понадобится. Нагрузка на мозги убийственная… Закинул вещмешок за спину, вышел из отсека: восемь минут долой, скоро и построение.
Пятый курс уже вовсю получал оружие. Четвертый – следующим. На втором курсе за каждым курсантом закреплялось личное оружие – АК-12[100] и пистолет ПЛ-15[101]. Хранились они, правда, в КХО, однако по первому требованию дежурный обязан вскрыть комнату, пирамиду, и выдать хозяину. Для тренировки, там, или на чистку… Понятно, без боезапаса – патроны выдавались только если на стрельбище идти. Ну или война. Ибо получив личное оружие, курсанты вместе с ним приобретали и полное право и обязанность драться за Дом наравне со взрослыми. Конечно, до ПСО им далеко, эти асы работают на самых опасных направлениях – да и до ПБО, откровенно говоря, пилить и пилить… Но у амбразур Внутреннего Периметра они сегодня встанут. Скорее бы на позиции!..
А еще была мысль – жалко, что Гришки рядом нет. Валялся Григорий вторую неделю в Госпитале, с простудой – ездили на Плантации плавать, и этот обалдуй в воде пересидел. Дорвался, называется. Плескался, как тюлень на случке. Вернулись – а к вечеру началось: горло красное, температура, из носа сопли зелеными пузырями… Сейчас-то на поправку идет, два раза на выписку просился – но к здоровью людей в Доме серьезно относятся. Три недели на лечение и безникаких.
Серега снова прислушался – вроде как приблизился шум?.. Вот уже явственно различимы крупнокалиберные пулеметы, да и разрывы РПГ ближе стали… это что же, на Внешнем уже воюют?!! Вслушался получше – и сразу беспокойство, начавшее пухнуть в душе, схлынуло: нет, все там же, пока гулко и вдалеке. Значит, не прорвали КПП, держатся. Если б прорвали – значит, силы у машин в этот раз и вовсе несметные. КПП по статистике всегда держался час-два и после этого бойцы отходили – если кто остался, конечно. Задача – стоять насмерть минимум час. А то и два выстоять приказ бывал… Тоже и в ПБО ого какие герои, не только в ПСО: жутко это, в смену заступать, зная, что машины копятся и скоро ударят. Словно на пути у летящего мотовоза стоишь. «Красную тревогу» объявили еще днем – камеры фиксировали постоянно прибывающие силы, и уже ясно было, что войны не избежать. Правда, удара ждали только следующей ночью – но механизмы решили иначе… Интересно, кто же все-таки у них решает? Как управление в бою осуществляется? Ведь платформа информационного обеспечения – это лишь средство сбора информации, координационный центр! По крайней мере, научники именно так считают… Да, она критически необходима для ведения сетецентрической войны[102] – но она не решает! Должен быть и тот, кто принимает решения! Неужели и впрямь есть они, Координаторы, о которых частенько говорят, но которых никто так и не видел?.. Ведь кто-то же должен командовать этой массой?.. Их порой до пятисот единиц скапливается! И Наставники рассказывают, что не слепо они в бой идут, видно четкое взаимодействие: где сконцентрируются, силы перебросят, а где только имитируют; где-то лишь обозначат удар, а бьют в другом месте… Это же кто-то планировать должен! С другой стороны, есть теория, что у машин коллективный разум, как у муравьев, – но тоже пока не доказано. Это разве операционку расшифровать, только тогда понятно станет… Хотя тот же Знайка именно в это верит. Есть же у них связь, у машин? Есть. Вот и решают сообща, кто и куда двинется, кто куда ударит.
Группа собралась вовремя, спустя десять минут. По одному, по двое, ребята выскакивали из отсека и занимали свое место в строю. Серега, наблюдая, как заполняются бреши, удовлетворенно кивал – спуску личному составу он не давал, грыз основательно. От той нерешительности, которую ощущал он первое время после назначения, не осталось и следа. Теперь, пожалуй, его в другую сторону потащило – почувствовал вкус командирства, ощутил в себе эту уверенность, когда нет сомнений, что твой приказ будет выполнен. Даже и перебарщивал иногда, сам признавал… Если б Петр Иванович не одергивал – три шкуры бы спускал. Но Наставник время от времени вызывал сержанта на личную беседу и напоминал: это не просто личный состав, это еще и твои боевые товарищи. Друзья. И авторитет не криками зарабатывается, а личным примером.
– Становись! Равняйсь! Сми-РНА! Товарищ подполковник, личный состав группы 4К/42 построен! По списку двадцать два, в строю – двадцать один! Один в госпитале, курсант Коломицев! К получению оружия готовы!
– Вольно, – кивнул Наставник. Повернулся в сторону комнаты хранения оружия, площадка перед которой уже освободилась, и махнул рукой: – Готовы.
– Четвертый курс! – заорали немедленно из КХО. – Подходим на получение!
Наконец-то.
Расписавшись в журнале напротив своей фамилии, Серега посторонился, пропуская Злодея, Немого и Маньяка, которые, будучи комодами, получали оружие следом, и выбрался из КХО. Немедленно же досконально осмотрел калаш, нашел его в полном порядке. Еще бы, пару дней назад сам вылизывал. «С автоматом надо обращаться бережно, как с любимой женщиной, смазывать раз в неделю». Автор цитаты подполковник Хуер, и уж тут Серега был с ним полностью согласен. Здесь же, в отдельном подсумке, торчал и боезапас: шесть магазинов. Тоже всем подразделением вчера снарядились, едва тревога по Дому объявилась. А остальной боезапас на местах, в казематах. Уже лежат там цинки с пятеркой-семеркой и даже с двенадцатым. Комендантская служба разложила, свою кашу не даром ест.
Еще одно короткое построение – пересчитаться и проверить наличие оружия у всех – и, скомандовав «направо, бегом-марш», Серега погнал группу на боевые посты.
Пост четвертого курса находился на третьем уровне Дома. Здесь же, на третьем уровне, и гражданские: и взрослые, и молодежь. А вот первый-второй уровень – и также укрепрайоны Внешнего Периметра – занимало подразделение боевого охранения: бойцам его, как и всегда, предстояло встретить первый, самый страшный, удар. ПСО тоже не дремлет, часть спецуры наверняка уже в паутине – будут щипать напирающего врага с тыла и флангов, кусать за бока, отвлекать от основного направления. Может, и броневозы вывели… Да и те обоймы, что сейчас в Доме, на месте не сидят – они подвижный резерв, то одну дыру затыкать бросят, то другую… Таково было боевое расписание на случай войны – и Серега, двигаясь сейчас во главе колонны, размышлял, что наконец-то он увидит, каковы они, бойцы подразделения специальных операций в настоящем бою. А то до сих пор только по разговорам и знает.
Вспомнив про обоймы, словно накликал. В транспортной галерее остановились, пропустили мимо бегущих бойцов. Третья обойма. Двадцать человек в тяжелой броне, в экзоскелетах, увешаны снарягой с ног до головы. Всю обойму Серега знал по именам – да и не только он, все знали. И четвертую, и первую, и седьмую… Вон и командир впереди, Центурион, Марк Андреевич Тоцкий: здоровенный мужик, ножищи мощные, ручищи как бревна, в плечищах поперек себя шире. Все остальные бойцы ему под стать, а тяжелый пулеметчик так и вовсе громадина. Марку за тридцать, людей собирал сам, как лучший в выпуске – и все эти годы обойма именно так себя и показывала. Вот на кого равняться нужно!
– Бегом-МАРШ! – скомандовал Серега, едва лишь бойцы прогрохотали мимо. Даже настроение поднялось – не могут такие Дом сдать! Отобьются обязательно!
Лифт, постукивая на стыках, поднял группу на третий уровень. Двести метров по транспортной галерее, среди деловито снующих туда-сюда людей – и, выскочив из западной транспортной в южную, они увидели строящихся защитников.
– Шустрее! Шустрее места занимаем! – построением командовал майор из комендантской службы, именно он махал сейчас рукой, завидев подбегающих курсантов. Напротив для получения задач уже стояли командиры. – Это кто у нас? Четвертый курс?
– Так точно, товарищ майор! – бодро откликнулся Серега.