Мир Дому. Трилогия (СИ)

Я смотрю им вслед – и меня снова передергивает. Да уж… Я бы точно не захотел стать вот этим. Уж лучше Химия и компост. Говорят, что монтажники – зачастую расходный материал. Многие не выдерживают подобной трансформации – психика человека не всегда способна принять превращение в четырех‑ или шестилапого монстра. И раз так – зачем следить за собой, если твоя жизнь уже не нужна тебе, не представляет смысла?
Эти мои мысли вдруг прерывает грохот выстрела. Я инстинктивно вжимаю голову в плечи, разворачиваюсь на звук – в конце коридора, где торчала серая крыска Электроцеха, громоздится контроллер. Крыска уже не стоит – лежит у его ног, и из‑под тела, напитывая серую робу, вяло растекается темная лужа. Эх, дуреха… Сказано же – находиться на своем месте. Какого хрена ты в сторону поперлась?.. Разве что испугалась монтажников? Мы – такой же расходный материал для машин. Как и монтажники. Крыску унесут и спишут в НПНД, на ее место поставят новую. И на этом все, инцидент исчерпан. Просто, как два пальца оросить…
Усевшись на огрызок плиты, я снова погружаюсь в размышления. Монтажники напомнили мне об интересном – и сейчас я пытаюсь обдумать и сообразить. Ходят слухи, что вокруг Гексагона существует некая сеть обслуживающих тоннелей, коридоров, переходов и коллекторов. И это точно не брехня – доказательством тому Нора, доказательством тому Лабиринт. Я не раз думал о том, почему машины не ищут эти секретные тоннели – но за уши притянуть можно любую догадку, и я особо не утруждал себя этими мыслями. Никто не может знать, что известно машинам. Тем более монтажники наверняка работают с ними заодно – и они явно приспособлены как раз под эти задачи: карабкаться по узким лазам, проходить в потерны, куда не может пролезть механизм… Вполне может оказаться так, что машинам тоже известен некоторый процент сети обслуживания. Пусть и не всё. Вопрос тут в другом: сеть обслуживания существует, и наверняка где‑то там есть и линии связи; и что если докеры сумели найти их и подключиться к ним? Что если заговор – не только их, докеров. Что если заговор – двух, а то и трех отрядов, и в нем участвуют и электронщики? Могут ли они знать схемы этих связей? Почему бы и нет…
Но тогда и свихнувшийся механизм вполне объясняется. С натяжечкой, конечно, – но все же, все же… Ведь если продолжать размышлять в эту сторону – получается, они смогли не только взять под контроль камеры, но и прибрать к рукам механизм? Как‑то сбить его программу, внедриться в электронные мозги. А черножопых в каптерке решили замочить просто потому, что до нашей кубышки хотят добраться сами. Вот и еще одно объяснение, гребаный ты сыщик. По крайней мере – только оно и логично, если принять во внимание весь тот бред, что происходил за последние декады вокруг меня.
Но что же получается в итоге? А ничего хорошего. Ничего хорошего… для них. Тут я довольно ухмыляюсь. Да потому что спалились, суки! Перехитрили сами себя. Такое экстренное происшествие, как убийство семерых капо, не могло не встряхнуть администрацию. Потому и грандиозный шмон. Место подсоединения наверняка обнаружат, это к гадалке не ходи. А может, и уже нашли. И теперь, вполне возможно, ищут этих долбаных ублюдков, зашхерившихся в коридорах сети обслуживания. Потому и монтажники. Потому и приказ – ловить любого подозрительного в своем секторе. Возможно, контроллеры подозревают, что выходы из этой сети могут быть где угодно – и значит, велик шанс, что, выбравшись наружу, нарушители попадутся к нам в лапы. А еще лучше то, что нам, буграм Второго, при таком раскладе сплошная пруха. Теперь эти суки хвосты‑то поприжмут – хрен им, а не наш общак.
Я довольно усмехаюсь. Ай да я! Вот проинтуичил! Шерлок Холмс, да и только! Правда, с непривычки от таких мозговых усилий в башке немного шумит – но я доволен. Разложу пацанам на блюдечке, еще раз все вместе обкашляем. Я поднимаюсь, собираясь обойти посты на предмет тревог или чего подобного… и замираю. В конце коридора, там, где раньше торчал один из номеров Электроцеха, стоит Рыжая.
 
Я не видел ее с прошлой недели, да и в столовке разве разглядишь – и теперь чувствую, как где‑то внизу живота начинает теплеть. Рыжая стоит ко мне вполоборота – и хотя она в мешковатом комбинезоне, я все же угадываю под ним ее фигурку. Широкие бедра, округлая задница, тонкая талия, сиськи… и хорошие сиськи, размер, пожалуй, третий! Она стоит одна, рядом не видно ни номеров ее отряда, ни капо, ни машин… и я чувствую внутри себя еле слышный шепот: «Давай… Давай, подойди… Вот же она…»
Это уже не наш сектор – но рядом с ней никого нет, и коридор в мою сторону хорошо просматривается. Да и запретов на передвижение бугров не было… Кроме того – здесь недалеко, и я всегда успею вернуться на свое место. Была не была! Другой шанс уже вряд ли представится.
Развязной походочкой, засунув руки в карманы, я подхожу и останавливаюсь напротив. О‑о‑о… вблизи она еще красивее – глаза с раскосинкой, острый нос, рыжие волосы из‑под серой косынки… Она стоит – и с легкой приветливой улыбкой смотрит на меня. Да будь я проклят – я ж ей нравлюсь! Это придает мне уверенности – хотя когда я вообще был неуверен с девками?
Когда знакомишься с девчонкой, в голове всегда возникает куча вариантов подката. И название каждому из них я дал разные. Чисто так, по приколу… Вариант «Черт из табакерки» предполагает таинственный взгляд вкупе с приподнятой бровью и таинственные же, многозначительные, речи. Вариант «Казанова» – и ты начинаешь сыпать комплименты, окружая ее вниманием и щедростью. Хороший вариант, почти безотказный. Вариант «Клоун» – здесь лучше упирать на смехуечки. Тоже неплохой вариант – но играет он только с определенной категорией девчонок, с простушками, которые любят потрындеть и поржать. Вариант «Бывалый крендель» – это когда ты подкатываешь внезапно, напористо, засыпаешь ее вопросами – и вместе с тем демонстрируешь легкое равнодушие. Очень хорошо действует на свою категорию… Есть еще вариант «Рэмба из воронежа» – я, правда, не знаю, что такое «воронеж», но Рэмбо мне отлично знаком… Здесь ставка на отыгрыш крутого бывалого пацана. Какой же вариант выбрать сейчас?..
И я вдруг понимаю, что все эти варианты, годные для того, чтоб снять девчулю на ночь – не прокатят здесь. Мне нравится Рыжая – и я не хочу использовать для знакомства с ней то, что обычно использую для перепихона… Ладно. В жопу варианты. Уж как‑нибудь без них обойдусь.
– Приветик, подруга, – просто говорю я. – Как вахта? Ничего подозрительного не подмечала?
Она пожимает плечами и с прищуром смотрит на меня.
– Да вроде нет. А ты только за этим подошел?
Ого. Девка не робкого десятка… С такими лучше не мямлить – и я перестраиваюсь на ходу, подпуская чуть больше наглости..
– Да нет. Давненько за тобой наблюдаю. Вот нравишься ты мне, и все тут.
Она усмехается.
– А я знаю. Девки с моего отряда еще на прошлой неделе подметили. Говорят – сам Лис на тебя посматривает…
Вот это нихрена себе подача! Я даже теряюсь мгновение… «Сам Лис»?! Это как понимать?..
– Приятно слышать… – я все же беру себя в руки. – Я что же… неужели так популярен?
Она улыбается – и будь я проклят, если улыбка не многообещающа…
– А почему нет? Ты ж, чай, не последний человек в отряде – целый бугор. Поговаривают, что и хабар кой‑каковский в загашнике имеется… Да и симпатичный, к тому же. Вполне себе завидный кавалер.
Говоря это, она неотрывно смотрит на меня своими карими с раскосиной глазами – и продолжает улыбаться. И я понимаю – рыбка на крючке. Только не она – а я. Хотя я и раньше был совсем не против…
 
– Так может нам…
Но она качает головой.
– Где же? Прямо посреди коридора?.. К тому же не забывай – я не бугор, я обычный номер. Мне нельзя уйти с поста. А вот если ты сможешь в ближайшем будущем найти укромный уголок… И еще лучше, если это будет что‑то официальное, где мы сможем видеться постоянно…
Постоянно?! Да будь я проклят, если не смогу! У меня есть Армен! Побольше бумаги или прочей канцелярии – и я наверняка смогу заручиться его поддержкой! У меня есть Док – если откажет Армен, можно обратиться к нему! И в конце концов – за хороший хабар через капо можно купить графу в Журнале НТБ! Это значит – Нора… Правда, в Норе у меня Ласка… Но эта проблема не кажется мне такой уж серьезной. Люди сходятся, люди расходятся… И я многообещающе улыбаюсь в ответ.