Мир Дому. Трилогия (СИ)
– Вот прям жопой чуешь, да? – усмехнулся Серега. – Вот прямо нутро зудит?.. Все самые интересные приключения начинаются со слов: ребята, я знаю короткую дорогу!..
Знайка помотал головой.
– Нет. Не только! Сам подумай!.. Сопоставь! Неужели не просится?..
Серега озадаченно поглядел на него. Ничего такого он сейчас не чувствовал. И не просилось ничего. Трехсотый – лишь один из горизонтов на пути к пятидесятому и нулевому. И почему вдруг Илюха так возбудился – он не понимал.
– Никогда не возникало у вас вопроса, почему над воротами Дома написана цифра «300»?
Серега снова моргнул… и почувствовал вдруг, как помимо его воли нижняя челюсть уходит куда‑то вниз и рот принимает форму буквы «О». Вот это ни хрена себе подача… Такой же вид был и у Злодея.
– Хочешь что‑то спрятать – положи на видное место, – ухмыльнулся Илья. – Я это не к тому, что кто‑то что‑то скрывает от нас… Просто зачастую мы сами не видим очевидного. Сталкиваемся каждодневно – и не видим. Глаза зашорены.
– Ты что же, думаешь… – начал было Серега.
– Лучше молчи… – Знайка рубанул рукой воздух. – Я в такие моменты суеверен до ужаса. Заговорил – спугнул. Ну что? Дойдем?
Сотников задумался. Не в километрах‑то дело. Семь километров – не много. Даже если плюсовать еще десятку обратной дороги – итого семнадцать, два дня пути. Останавливало другое – что там, на нулевом? Не влипнут ли в очередную передрягу? В то время как цель совсем не трехсотый, а много выше… Но и отказывать после сказанного Знайкой не хотелось. Если цифры над воротами обозначают именно номер горизонта… черт возьми, как Дом мог оказаться на триста пятидесятом?!..
Он открыл рот, чтоб дать добро… и замер. С запада, постепенно нарастая, послышался звук, который ни с чем не спутаешь – стук колесных пар по стыкам рельсов.
Шустренько отодвинувшись глубже, обойма изготовилась – но драки не получилось. Мелькнул мимо одинокий тягач – и перестук стал удаляться. Серега переглянулся с Пашкой, и тот пожал плечами. Один мотовоз. Без сопровождения, без охраны, без нихера… С ума сойти.
Теперь вопрос о нулевом километре даже не стоял. Получалось несусветное – на пятьдесят горизонтов выше, тютелька в тютельку над Домом, что‑то происходит. И выяснить – прямая обязанность обоймы.
На переход потребовалось часов шесть. Шли медленно, буквально ползли, ощупывая каждый метр транзитной и ныряя в боковые коридоры. Серега перестраховывался – уж коль здесь мотовозы одинокие гоняют, значит наверняка обитатели уверены в безопасности горизонта; а безопасность только наличием кучи вооруженного народу достигается. Но чем дальше двигались – тем все яснее становилось, что горизонт пуст. Чист, исправен, вылизан, освещен… и пуст. Ни патруля, ни единого механизма…Пусты оказались и узлы – хотя многие из них подверглись такому же разорению, как и первый. Знайка выдвинул было предположение, что здесь прибарахлялось шлявшееся туда‑сюда племя дикарей – спускались вниз, могли и по трехсотому пройтись – но потом отбросил эту версию. Племя не нуждалось в телевизионных панелях, электроплитках и прочей бытовухе. Мясо они в сыром виде предпочитали…
Еще одна странность – гермоворота. Серега ожидал их на третьем километре, стандартно – но здесь переборка резала галерею на четвертом. Знайка, завидев издали, разразился было шипящими проклятиями… но тут же и смолк – в левой стене транзитной неподалеку от гермоворот виднелась дверь.
– Нам, кажись, туда… – нерешительно пробормотал он, ткнув пальцем в освещенный прямоугольник.
Дверь вела на лестницу. С виду – типовая лестница… если б не одно но. Над дверным проемом входа висела табличка, на которой в три строки знакомым трафаретом значилось: «ПУ ДОМ. ВШ/300. Восточная галерея». И второй строкой, ниже: «Эвакуационный выход. Только для персонала ПУ». И Серега почувствовал, как по спине, от самых пяток до макушки, поднимается волна мурашек. Это было предвкушение…
– Я чет ссу, мужики… – пробормотал Знайка, нерешительно перетаптываясь перед дверью. – Столько лет ждали… Столько мозга сломано… Кажется, сегодня мы узнаем всё.
– Пэ‑У… Пункт управления? – полувопросительно сказал Серега.
Научник кивнул.
– Скорее всего. Ну что… идем?
Лестница оказалась вдвое короче типовой. Наверху площадка и мощная стальная дверь. Серега, который шел с разведкой – ситуация нестандартная и первым должен работать именно командир, – решил, что придется рвать… Но нет. Дверь была не заперта и даже не заминирована, зря только веревкой дергали.
Стоило открыть дверь – включился свет. Автоматика. Внутри обнаружился коридор на запад. И тоже нестандартный, метров шесть в ширину. Световые панели на потолке, две красные полосы на стенах с надписью «Эвакуационный выход. Только для персонала ПУ», рельсы, утопленные в пол. На рельсах стояла небольшая дрезина и вереница пассажирских вагонеток с мягкими сидушками. Коридор прям как стрела, но дальняя часть не просматривалась – и Серега, даже вытащив бинокль, не смог четко опознать, где он заканчивается. Напрашивалась единственная догадка – коридор, так же как и транзитная, вел к нулевому. А значит – четыре километра.
Дрезину трогать не стали. Видно было, что ей пользуются – протертое кресло и рукояти управления, свежий запах масла… Тронешь – наверняка демаскируешься. А вот с вагончиками наоборот – пыль внутри, рельсы под колесами тусклые, не отполированные постоянным использованием.
– Дрезину гоняют, – осмотрев состав, сказал Тундра. – А вагонетки стоят. И давно. Очень давно. Внутри даже слой пыли нарос, хотя ее здесь почти и нет… И от дрезины отцеплены.
Пока шли по коридору, Серега все никак не мог привести к повиновению мечущиеся в башке мысли. Он уже догадывался что к чему – и о Люке, и о Грохоте, и о переборках на каждом горизонте… Вспомнился и шарик, который катал Знайка… Все как‑то склеивалось, вставало на свои места, встраивалось в единую картину. Пункт Управления торчал ровно над тем местом, где пятьюдесятью горизонтами ниже находился Дом. И если Дом теперь внизу, а его ПУ здесь… Да соотнести с цифрой «300»… Интересно, что там Илюха соображает?
– Знай… Ты понимаешь? – запросил он по связи.
– Да, – буркнуло на другом конце. Знайка хоть и выпрыгивал из штанов пойти вместе с разведкой, все же был оставлен в ядре. – Встает на места. У меня щас башка лопнет…
– Тут трудно не сообразить… – донеслось от Злодея. – Это жопа, товарищи…
– Чё у вас там встает? – бухнул Дровосек. – Выкладывайте.
– Как только – так сразу, – ответил Сотников. – Дай осмотреться…
Длина коридора и впрямь оказалась равна длине отрубленного переборкой отрезка транзитной. Через пару километров Серега смог, наконец, высмотреть дверь впереди. Уже стало понятно, что здесь, в коридоре, опасностей не предвидится – ни тебе пулеметов за фальшстенами, ни ловушек в полу, ни даже примитивного минирования… Судя по дрезине, тут обитала небольшая группа. А то и вовсе один человек. Дрезина одноместная… И он, этот человек, никак не ожидал гостей. Учесал куда‑то на мотовозе…
Вторая дверь тоже оказалась не заперта. Серега и ее вскрывал веревкой – и снова, подтверждая ожидания, чисто. Беззаботное создание здесь обитает, совершенно беззаботное…
Вошли. Сразу за дверью обнаружилось что‑то вроде тамбура – пустое квадратное помещение метров тридцать в поперечнике. Далее – КПП. После КПП обойма попала в широкий коридор с севера на юг – и здесь сразу же стала понятна конфигурация ПУ: на стене у самого выхода висела схема объекта. Фактически, он один в один копировал любой из уровней Дома – тот же транспортный коридор по периметру, те же коридоры‑улицы, делящие внутреннее пространство на блоки, та же площадь в центре… разве что потолок здесь висел гораздо ниже, всего и было до него метра четыре.
– А жирно обитает… – пробормотал Хенкель, изучая схему объекта. – Одному столько места…
– Может, и не один еще… – озираясь и держа ствол наизготовку, пробормотал Злодей. – Вы не расслабляйтесь раньше времени. Смотрите у меня…