Школьный вальс (СИ)

Арсен в два шага сокращает расстояние, становясь впритык к Антону, и цедит сквозь зубы:
— Она моя девушка. Моя, Батонов. Не твоя. И твоей не будет, усек?
Девушка? Вот так сразу?
Шокировано таращусь на Герасимова, и он точно на сцене оборачивается к толпе и твердым голосом объявляет:
— Для всех умников, которые любят почесать языками! Да, мы встречаемся. И да, все серьезно. А ты, — грубо толкает кулаком в грудь Антона, — еще раз к ней подойдешь…
— То, что? Что ты мне сделаешь, Герасимов? Кем ты себя возомнил?
— Учти, парой синяков ты не отделаешься…
Парни снова готовы развязать драку, и я, наконец-то вырвавшись из хватки Долматова, встаю между ними и выкрикиваю:
— Хватит! Прекратите!
— Что тут происходит? Расступились все! — слышится позади толпы голос директрисы.
Парни (да неужели!) расходятся в разные стороны. Рука Арсена смыкается на моем запястье, и он тащит меня в толпу. Мы скрываемся как раз в тот момент, когда Маргарита Львовна прорывается в круг.
— Что произошло? Опять кто-то подрался? — слышится ее строгий голос, но все до единого отрицают.
Мычат что-то о баттле и танцах. Дальше я не слышу, потому что мы выходим из актового зала.
— Куда ты меня тащишь? — возмущаюсь, но Арсен лишь молча зыркает на меня.
Поворачивает и дергает дверь, но та оказывается закрыта. Пройдя чуть дальше, дергает вторую и она поддается. Отпускает меня и заходит.
— Закрой, — подойдя к раковине, отрезает.
Я нерешительно топчусь на месте, разрываясь между тем чтобы развернуться и уйти и послушаться этого кретина. Вздохнув, захожу и закрываю.
Ладно, нам определенно есть о чем поговорить.
Складываю руки на груди, облокачиваюсь на дверь и наблюдаю за тем, как Герасимов открывает кран и смывает кровь с лица.
— Ничего не хочешь мне сказать? — напряженным голосом спрашивает, устремляя на меня пытливый взгляд.
— А ты? — отвечаю вопросом на вопрос.
Арсен хватается побелевшими пальцами за раковину. Зажмурив глаза, тяжело дышит. Скулы на лице ходят ходуном. Он в бешенстве. И, честно говоря, меня пугает.
— Какого черта ты пошла с этим придурком танцевать? Ты не должна была…
— Не должна была? С чего бы это?
— Может с того, что ты, — криком выделяет он эти слова:— моя девушка!
— А ты не забыл меня об этом предупредить, Герасимов? — рассержено шиплю.
— А разве это было непонятно?
— Кому понятно? — раздраженно рявкаю. — Мне например ничего не понятно!
— Ты думаешь, я с каждой так себя веду? Ты думаешь, эти смс и прогулки для чего? Я же тебе сказал, что ты мне нравишься!
Нет, он все-таки непроходимый тупица!
Закатываю глаза и недовольно бросаю:
— Мали ли кто тебе нравится. У нас таких пол школы ходит кто тебе нравится. И что-то я не слышала, чтобы все они были твоими девушками.
Я жду. Жду, что сейчас Арсен предложит мне ею стать, но вместо этого он рычит:
— Ты сказала, что остаешься дома, а когда я пришел — танцевала с другим парнем, Нина. Как это по-твоему называется?
Прикусываю губу, виновато отводя глаза.
— Мы просто говорили. Я хотела извиниться, — буркаю, поджимая губы.
— И как? Простил? — с едкой ухмылкой заламывает бровь Арсен. — Вот думаю, может и мне пойти попросить прощение у… — притворно задумывается и щелкает пальцами: — скажем, у Ворониной? Приглашу ее на танец…
— Вперед и с песней, — пытаюсь произнести безразличным голосом, не то чтобы у меня получается, и отворачиваюсь от этого засранца. — Я никого не держу.
— Не держишь, значит? — пресекает между нами расстояние, буквально вжимая меня в дверь.
Чувствую его внимательный взгляд на своем лице, но голову не поворачиваю. Пусть катится.
— Уверена? — кладет руку мне на щеку, поворачивая голову к себе. Я дергаюсь, сбрасывая его руку. — Так значит… Проклятье! — шикает, хватаясь за затылок и делая шаг назад. — Ну и пойду я тогда к Ворониной!
Отхожу от двери, открывая ему проход. Даже дверь открываю. Арсен меня смиряет таким убийственным взглядом, что даже холодок пробегает по коже. Ударив кулаком стену, он пулей вылетает из туалета.
 
— Ну и иди, придурок! — кричу уже ему вслед.
Допрос он мне устроил, видите ли! Конечно, я хотела быть девушкой Герасимова, но я не хотела чтобы он поставил меня перед фактом! Правы были девчонки… Воистину, у парней все по-другому!
Впрочем, а что я еще ожидала от этого индюка? Красивых жестов? Серьезно?! От парня, который назвал меня стервозной ханжой?!
Эти мысли крутятся у меня в голове, когда я возвращаюсь обратно в актовый зал. Директриса после нашего ухода еще пару минут потрясла учеников, но поняв что это занятие бесполезное и ей никто ничего не скажет, махнула на все рукой.
Полину нахожу возле стола с напитками. Она стоит в компании нескольких девчонок, и когда я подхожу обеспокоенно на меня смотрит.
— Ты в порядке? — наклонившись, тихо интересуется.
— Угум, — угрюмо киваю головой, сканируя толпу глазами.
Стыдно признаться, но я ищу Герасимова. Неужели правда пошел танцевать с этой Ворониной?
— Он не заходил, — словно читая мои мысли, произносит Поля.
— Да я так просто, — небрежно отмахиваюсь, мол, мне вообще на все все равно.
В толпе мне на глаза попадается Воронина, отчего я чувствую облегчение. Значит, все-таки не пошел к ней. Полина неспешно цедит сок из бумажного стаканчика, что-то обсуждая с девчонками, пока я мысленно раз за разом прокручиваю наш с Арсеном разговор. Наверное мы оба погорячились. Нужно его найти и нормально поговорить.
И только я собираюсь отправиться на поиски засранца, как к нам подходят два высоких парня. Они заметно старше нас и явно не из нашей школы. Лица совершенно незнакомые.
— Девчонки, не хотите познакомиться? — спрашивает бритоголовый смуглый парень с татуировкой на шее.
— Мы не знакомимся, — грубо отрезает Поля, бросив на них подозрительный взгляд.
Видимо, тоже не понимает что два взрослых парня забыли на школьной дискотеке.
— Да ладно вам! Все свои! Мы пару лет назад школу закончили! — широко улыбается уже второй. Низкий со шрамом на брови.
— Что-то я вас не помню…
— Так и мы вас тоже! — подмигивает тот что с татуировкой. — Не хотите, чего-нибудь интересного?
Прошу прощения? Это он сейчас на что намекает?
Мы с Устиновой переглядываемся. Парни вдруг смеются, говоря:
— Мы пошутили, вы че! Так танцевать идем или нет?
— Спасибо, но мы постоим, — на этот раз отказываю я.
Бритоголовый усмехается и пожимает плечами, хмыкая:
— Не хотите — как хотите!
Они уже разворачиваются чтобы уйти, как вдруг один из них спотыкается и налетает на Устинову. К счастью, в последний момент он успевает схватиться за стол.
— Пардон, не устоял, — произносит, выпрямляясь.
— Ржавый, че ты там копошишься? Пошли уже!
Отсалютовав, парни удаляются и мы с подругой облегченно вздыхаем.
— Ну и экземплярчики, — фыркаю я. — Мне аж душно стало.
— На, попей, — протягивает Полина свой стакан и я делаю пару глотков, а потом отдаю ей и она допивает. — Пошли потанцуем?
— Нет, я хочу найти Герасимова, — соскальзывает с языка неловкое признание. — Нам нужно поговорить.
— Поговорите! И потом мне все расскажешь! — задорно подмигнув, Поля удаляется на танцпол, а я отправляюсь на поиски Арсена.
Выйдя из актового зала, спускаюсь на первый этаж и иду по коридору. Почему-то голова начинает кружиться, хватаюсь за стену и зову:
— Арсен! Арсен!
Меня мутит. Странное ощущение… Словно я в вакууме. Пытаюсь найти в сумочке телефон, но…
Где сумочка? Может, я оставила ее в актовом зале?
— Арсен…
Не могу. Хочу спать…
Глаза закрываются, и, прежде чем провалиться в темноту, я слышу:
— Нина?.. Нина!
  
Глава 26
 
Нина
Моя голова от боли разрывается на части, точно по ней бьют молотком. В ушах звенит, а во рту неприятный привкус и сухость. Приоткрываю веки, и тут же морщусь. Через светлые шторы пробивается яркий солнечный свет. С тихим стоном боли зарываюсь в подушку, и только потом до меня доходит…