Змеям слова не давали, или Попаданка на тропе еды (СИ)

— Цены мелкие тут, — подала голос Зинка, когда для формирований цен я подняла с полки старое заляпанное жиром непонятное пергаментное нечто.
— В три раза поднимем, — удовлетворенно ответила. — А потом раскрутимся и в пять раз повысим, авось вообще самым дорогим рестораном станем.
Встряхнула головой, прогоняя мечты, сегодня точно не до них. А вот названия блюдам придумывала сама, ну как сама, Зинка, конечно, решила подсобить.
— “Беспредел” пиши, не иначе, слушай, что я говорю, — в который раз она вредничает, когда я приступила, наконец, к десертам, но в итоге я все же уступила ей в одном пункте, который так и назвала «ореховый красный беспредел».
Орешки, облитые медом, клались в хрустящий вафельный корж, а сверху все это ореховое безобразие поливалось плотным ягодным джемом с тремя вкусами. В общем, Зинка от одного представления сего действия выпала в астрал, грезя о своем ореховом безумии, и дальше уже не мешала. А вот когда дело дошло до алкоголя, пришлось спускаться с уютного кабинета обратно на кухню, прямиком в подсобку, где за еще одной неприметной дверью было то, что мне нужно. Целый склад с бочками и бутылками разномастного вина, медовухи и чего-то, напоминающего самогон. Откупорила одну бутыль вина, чтобы понять, годится ли для соусов и маринадов. На вкус это было полной гадостью, я бы сказала, очень дешевым самопалом, но и из этого можно сделать конфетку, а точнее, глинтвейн. Наставила кастрюль на все свои новые конфорки магической плиты и, влив туда этой гадости, стала творить вкуснятину. Аромат стоял на всю кухню, и не удивлюсь, если и за ее пределами. Дальше решила подготовить продукты к блюдам, ведь если Тиль приведет к нам посетителей, то базовые нарезки уже должны быть, ведь я тут одна повариха, так что расширяемся и тут же находим себе помощников в будущем. Также приготовила пару супов в казанах и тушеное. Сделала те десерты, которые смогла вспомнить, и в тот момент, когда я уже почти закончила все приготовления, наконец, вернулся Тиль. Вид у него был до безобразия счастливый, сиял он, словно лампочка. Смотрю на него с вопросом в глазах.
— Привел! — кричит он сначала, а затем поясняет на мой ничего не понимающий взгляд: — Ваши булочки, будто магические! Люди шли за мной, как заговоренные! Их даже наша кривая вывеска не остановила! Это чудо, Лена!
— Много? — спросила, сразу переходя к деловому тону и настрою, прокручивая в голове, все ли готово.
И осилю ли я одна обслуживание и готовку…
— Девять! Среди них даже тот, который отвалил нам в прошлый раз так много золота! — не успел он закончить предложение, как я тут же побежала выглядывать из-за раздаточной стойки, чуть склоняясь, чтобы меня не заметили, и стала искать взглядом того мужчину.
Сначала даже не узнала его, а затем протерла глаза. Сегодня у него были светлые волосы. Как так? Я ведь помню, что в прошлый его приход они были черными, или нет?
— Тиль, а у него цвет волос поменялся, или это у меня уже шарики за ролики, тьфу ты… Крыша едет, в общем?
— Такое бывает у метаморфов, что хотят, то и воротят со своей внешностью, — с какой-то завистью поясняет Тиль.
Меня от его слов аж передернуло. Это что же получается, он, как писали в книгах на земле, даже тело и лицо менять способен? В кабинете были какие-то книги о местных расах, нужно будет почитать на досуге, а то не дай боже впросак попам.
— А чем это так вкусно и пряно пахнет? — не заморачивается и тянет носом в воздухе мальчишка, вызывая у меня умиление.
— Это наш новый напиток! Называется глинтвейн! — даже приосанилась от гордости, что все же осилила.
— Глибей… Климвтей… — ох, как только Тиль не пробовал произнести это слово, название у него застревало то ли в зубах, то ли на кончике языка.
— Просто дай людям в меню это прочитать, скажи, что фирменный напиток наш и все. Но если что, скажешь так: это сладкое теплое вино с травами. Хотя нет, вдруг они тоже не смогут прочитать, а люди все непонятное не всегда любят, так что пусть называется… Эм… — задумалась, как бы назвать этот божественный напиток.
 
И тут так вовремя ко мне подскочила задремавшая ранее в кабинете Зинка.
— Что тут думать-то? Фруктовая бодяга и готово! — качает головой она.
— Зинка, ты что? Надо что-то красивое! Чтобы и из высшего света заказывали! — цокаю, все думая над этим.
— Может, ягодная симфония? — предложил внезапно Тиль, и название мне понравилось.
Так что, дав напутствие нашему официанту Тилю, как единственному, кто у нас вообще есть, толкнула в общий зал. Сначала он тушевался, общаясь с местными, которые выглядели явно более презентабельными, чем обычные посетители, но потом вроде как втянулся. Меню было только в одном экземпляре, так что он мотался туда-сюда, передавая его от одного столика к другому. В общем, лепота… И тут я увидела пару нагов… Черт, еще же лорд должен явиться… Так что этих особой я разглядывала с затаенным страхом, но в то же время интересом. Хвосты скользили по полу непрерывно, кончиками обвивая ножки стульев и вызывая у меня внутри дрожь. Не избавилась я от своей фобии…
— Лена, Лена! — шепотом кричит Тиль, отвлекая меня от созерцания гостей и нашего первого гостя, в частности.
— А? — не с первого раза сообразила, чего он хочет.
— Ягодную симфонию кому? — кивает на содержимое подноса, который я держу в руках.
— Метаморфу. Скажи, что в подарок от заведения, — прихожу в себя и отдаю поднос Тилю.
Тот спешит к посетителю и ставит ему на стол мой глинтвейн. Ох, вот это я молодец. Стоило только его отнести нашему «метаморфу» бесплатно в благодарность, как разнесшийся запах сделал свое дело. Все стали принюхиваться, выискивая источник аромата, а затем, когда мужчина цокнул от удовольствия, заказы на него посыпались со всех сторон.
Пришлось даже Тиля подключить к своей работе. Он готовил тарелки, в которые я разливала готовые блюда, вытаскивал десерты из шкафа, в котором они сохраняли свежесть и температуру, помогал даже соусы добавлять к блюдам! В общем, работа кипела, заказы вылетали, будто из конвейера. В конце выглянула снова в общий зал и удовлетворенно хмыкнула. Все были довольны.
— Уже выручка за три месяца! Пятнадцать золотых! — довольно подпрыгивал Тиль у двери, не мешая мне двигаться зигзагом от плиты к печи.
Я улыбнулась, а потом вдруг почувствовала, как все замерло. Все звуки из общего зала прекратились, настала полная тишина. Ощутила, как остановилось время, а затем быстро выглянула снова в общий зал и… Наткнулась на лорда Шшариана, который с недоумением смотрел на далеко не пустой зал. Видно, что он удивлен. И тут его взгляд упал на меня… Мамочки… Зачем же так зло прищуриваться?
Беру себя в руки и иду в его сторону сама. Он как раз присаживается за свободный столик. Чувствую чужие взгляды на себе всеми клеточками тела, видимо, всем интересно, кто это такая смелая, чтобы подойти к самому лорду Шшариану.
— Приветствую в нашей таверне, лорд, чего желаете? — скалюсь во все свои тридцать два удивительно белых зуба, видимо, местный очиститель, которым я полощу их по утрам, очень хорош.
Ох, надеюсь, все зубы на месте, даже языком провожу, чтобы убедиться, но вроде как все хорошо. А то не удивлюсь, если стоматологи здесь аки вредители, что такое пломба, наверное, отродясь не слышали.
— Чего желаю? — вдруг морщится этот лорд и обводит брезгливым взглядом стол, будто он не в таверне, а в какой-то клоаке.
Я стискиваю зубы, но ни слова не произношу, продолжая улыбаться, хотя мой оскал явно на дружелюбный не похож, вон как мужик с соседнего столика испуганно икнул и отвернулся. Единственный, кстати, остальные как глянули на нас, так и пялятся бесцеремонно. Вот же бесстыжие.
— Давайте самое приличное, что есть, — говорит лорд Шшариан и вздыхает, окидывая взглядом общий зал, словно выискивает кого-то определенного, но все никак найти не может.
Принюхивается в воздухе, да так демонстративно, что я на всякий случай нюхаю одежду. Да вроде приятно пахну, все чистое, свежее. Ну и привереда же он.