За это я тебя и ненавижу (СИ)

Нет, не правда. Это просто ни к чему не обязывающий отдых с человеком, который мне приятен. Тем более, что я совершенно не собираюсь в него влюбляться.
На самом деле я не шутила про ружье. Чтобы вы понимали, туризм в Антарктиде, пожалуй, развит сильней, чем в нашем регионе, поэтому я совершенно не удивлюсь, если загородный отель, или что там Илья заказал, на самом деле окажется чем-то типа сарая, и нам еще очень повезет, если там хотя бы будут двери.
Мой опыт поездок на природу заканчивался, прости Господи, корпоративом, который в прошлом году решил устроить Валерий Степанович. Ну, вспомнил вдруг наш бывший руководитель, что живем мы не в каменном веке, и существуют всякие там тимбилдинги и тому подобное.
Если вкратце, то хорошо там отдохнули только мужики. Они еще в автобусе настолько натимбилговались, что по приезду не обратили внимание ни на полуразрушенную базу отдыха, построенную еще в тысяча девятьсот(если не восемьсот) дремучих, ни на ливень на улице, ни на отсутствие какой-либо инфраструктуры поблизости.
Нам же с тетей Галей пришлось всю ночь придерживать стены, чтобы тот шалаш, которой в рекламном буклете гордо звался апартаментами, нежданчиком не сложился. Конечно, шансы на то, что в случае его падения, мы с коллегой смогли бы что-то сделать, практически равнялись нулю, но, по крайней мере, так было спокойней.
В общем, с тех самых пор я и решила, что отдых на природе в наших краях — это не мое. А тут, нате, такой подарок судьбы.
Может, все-таки стоит палатку взять или начать уговаривать Илью одуматься, пока не поздно? Для стопроцентного эффекта можно ему и в ноги кинуться. На что только не пойдешь ради спасения собственной жизни.
Терзаясь сомнениями, подошла к окну и увидела, как начальник складывает в багажник машины свои вещи. Блин, реально, что ли, поехать хочет? И что теперь делать? Ну не портить же человеку настроение…
Ладно, пару кухонных ножей в сумку положу. Чисто на всякий случай.
Спустя пятнадцать минут я была полностью укомплектована и, теоретически, готова к труду и обороне. Помимо ножей, которые я действительно взяла с собой, в сумку отправился спальный мешок, две пары варежек и валенки. Теперь можно и выходить.
Интересно, а шансы на то, что Илья передумал, есть?
Я рассуждала об этом, когда закрывала дверь в квартиру, однако размышления были прерваны голосом тети Зои:
— Собралась куда-то, Анютка?
— Ну, не то чтобы собралась… — повернулась к женщине и улыбнулась. — Здравствуйте!
— Привет-привет. — бабушкина подруга улыбнулась в ответ.
— Давайте, помогу спуститься. — проговорила, оставив сумку возле двери, и поднялась на пролет выше.
— Спасибо, Анечка.
В последнее время лестницы давались тете Зое все трудней, все же годы брали свое. Вот и сейчас женщина стояла, опершись рукой на подоконник, и с неудовольствием смотрела на ступеньки. Когда я поднялась, она, правда, перевела взгляд на окно, из которого открывался отличный обзор на двор, где, конечно же, именно в этот момент, нужно было появиться Илье.
Ну вот, сейчас начнется. Я бабушкину подругу любила, но ее излишнее внимание к моей личной жизни иногда порядком злило.
Для того, чтобы сложить два и два у тети Зои не ушло много времени. Моя дорожная сумка была ответом на все вопросы.
— С Илюшкой вместе едите?
— Ага. — смысла спорить с очевидным и растягивать беседу не хотелось. Сейчас понесется про детей и свадьбу…
— Он хороший человек, Анюта. — сломала шаблон женщина, я даже растерялась как-то.
— Да, наверное.
— Ты держись за него.
— Тетя Зой, не придумывайте лишнего, мы просто общаемся, ничего серьезного. Тем более, что Илья уезжает скоро, а я остаюсь. Так что, это просто приятное общение. — ответила с улыбкой, однако игнорировать гадкое ощущение от этих слов где-то внутри, было сложно.
— Хватит себя корить, Анечка. — непривычно серьезно проговорила бабушкина подруга. — Твои родители были бы счастливы, если бы счастливой стала ты. А ты не желаешь с этим соглашаться, тянешь себя на дно этим городишкой.
 
— Пойдемте. — протянула руку, воспользовавшись паузой. Тема, которую подняла тетя Зоя была далеко не самой приятной, я вообще старалась ее не касаться, однако женщина продолжила уже на ходу.
— Ты Леву и Машу не вернешь, к сожалению, как не старайся. Подумай о себе, Анюта.
— Хорошо. — ответила хоть что-то, лишь бы закончить разговор.
— Пообещай подумать!
— Обещаю. Только, пожалуйста, давайте не будем об этом сейчас…
В ответ бабушкина подруга нахмурилась, но в итоге все же кивнула. Вот и хорошо…
Я подумаю, тетя Зоя, обязательно подумаю. Когда-нибудь.
Илья
Настроение Ани оставляло желать лучшего, это безошибочно определялось с первого взгляда и читалось во всем — в движениях, в тоне голоса, в глазах. Хоть девушка и старательно делала вид, что все в порядке, не верилось в это совершенно.
И почему-то я искренне сомневался в том, что причиной такой перемены была поездка на природу. Ну не может человек со смехом рассуждать о ружье, которое нужно взять с собой, а меньше, чем через час сидеть с таким видом, как будто жизнь кончена. Честно, сейчас я бы ей в руки мыло и веревку не давал.
Неужели патроны дома не нашла? Хотя, нет, маловероятно.
Как бы я не пытался ее разговорить, ничего не выходило — немногословный ответ, слабая улыбка. В общем, клиент был больше мертв, чем жив, и меня это совершенно не устраивало.
И дело было даже не в том, что Аня своим кислым видом портила мне настроение, нет. Тут все гораздо хуже. Уже хуже.
Сложновато объяснить, но я действительно ощущал себя хреново из-за того, что хреново было ей.
Да, блин, она мне нравится, из башки никак не выбить, чего уж спорить с очевидным. Сегодня, вернувшись домой, я и вовсе поймал себя на тупой улыбке, когда ненароком вспомнил о прошедшей ночи. Да и как тут не вспомнить.
Но мне совершенно не нравится то, что она пытается закрыться.
Знаете, создавалось ощущение, что в определенный момент ее как будто переклинивало, срабатывала какая-то защита, и Аня переключалась в оборонительный режим.
Мне хорошо запомнился момент, когда эта в то время еще колючая девушка внезапно начала рассказывать про завод, однако споткнувшись о свои же слова, резко замолчала.
Я и потом не раз замечал такие переходы, и чем больше я с ней общаюсь, тем сильнее мне хочется докопаться до причины.
Конечно, наши отношения и отношениями назвать пока сложно, я не имею никакого права на нее давить, но, черт возьми, эта таинственность с ума сводит. Я сомневаюсь, что в прошлом Аня была маньяком-рецедивистом, а теперь перевоплотилась в милую сексуальную секретаршу, а вот в том, что ее секрет ее же саму на дно тянет, совершенно не сомневаюсь.
Хотя, возможно, я просто превратился в гребаного параноика, но как тут остаться равнодушным, когда она сидит с таким видом. Хоть за плечи тряси, заставляй раскрыться. Жаль, правда, что не ответит.
В этот раз переключение в режим жизнерадостной Ани получилось таким же внезапным, как и всегда. Она просто смотрела в окно, а потом повернулась и, накрыв своей ладонью мою, тепло улыбнулась. Вот так, словно и не было этого получаса тоски.
Господи, как будто она не понимает, что со мной делает?!
— Кажется, у нас немного разные понятия о «за городом». Ты бы уточнил за каким.
Ну да, мой косяк, приврал немного. Аня была права, с туризмом в их районе дела обстояли не то, что хреново, они вообще никак не обстояли. Его тупо не было, а вот выбраться куда-то хотелось, поэтому пришлось забронировать номер в загородном отеле в соседнем районе.
— Я посчитал, что сочетание тебя и ружья достаточно опасно, и решил увезти подальше от цивилизации. — ответил, пожав плечами, с удовольствием наблюдая за тем, как Аня загорается энтузиазмом.
Ей было интересно, и она совершенно не умела это скрывать. От этой черты просто невозможно оставаться равнодушным. Этот блеск в глазах, нетерпение во взгляде. И было совершенно неважно, о чем шла речь — о работе или, например, просто о желании.