Успехи Луны (СИ)

Убедившись, что все посты расставлены, все настороже, орк попытался было выяснить, почему не появляется главный пахан-огр, но его опять прервали, причем моими планами это предусмотрено не было.
Очередной гоблин-мародер решил втихаря полутать тушки, и на иссушенном орочьем трупе засек какую-то странную висюльку. Недолго думая, он снял ее, и напялил себе и с изумлением увидел, как иссохшийся труп превращается в очень даже свежий. Отметив такую странность, гоблин продолжил лутать неудачника, и только, услышав ругань своего орка-босса, бросился назад. Но по дороге столкнулся с собратом-гоблином, посланным за ним. По странному стечению обстоятельств, это оказался тот самый гоблин, что самым первым из всего лагеря поднял тревогу. И среагировал он — с точки зрения мародера — совершенно неадекватно: заорал и бросился в атаку. Гоблин-мародер, уверенный, что его сейчас собираются обобрать, естественно, дал отпор. Однако, ему не повезло куда кардинальнее. Прибежавшие хобгоблины, не говоря ни слова, вмиг добили несчастного. А потом еще некоторое время с ужасом смотрели, как трупик на их глазах ссыхается до состояния скелета.
Пришедший на шум орк-главнюк выслушал очередной доклад, раздал затрещины и зуботычины и строго-настрого приказал следить друг за дружкой, чтобы никому не пришло в голову отлучиться с глаз долой, как сделал этот идиот-мародер. И опять рванулся к логову. Благо, скрыться там теперь ему ничто не помешало. Я улыбнулась, зная уже, что именно он там найдет.
Сонный порошок, примененный против меня и «Ясинтры», действовал неторопливо, однако сон был крепок и, что главное, долог. Но не бесконечен и, в какой-то мере, хрупок. Сильной травматической болью он легко снимался, что и было использовано для имитации «встающих мертвяков». Ну а чтобы было совсем хорошо, к снотворному подмешали немножко давно уже освоенного в производстве Имаэри порошка псилоцибе, накладывавшего на жертву состоянии ментальной нестабильности. Для орков этого вполне хватало, чтобы впадать в ярость берсерка при малейшем нападении на свою персону. А что видели остальные оркоиды? Что нападают вампиры (в роли вампиров выступали мои скауты-близнецы и лунные воительницы), после их атак очевидные покойники внезапно встают, и нападают на живых. Именно такие слухи и шли сейчас среди племени. Но что за вампиры-некроманты нападают на них, и как с этим бороться, они не знали. Гоблинские шаманы-недоучки как могли успокаивали их своими завываниями, мелочь искренне старалась. Но орки все равно беспокоились. Не трусили, для этого чувства у них мозгов было маловато, честно говоря. Просто беспокоились, как любое нормальное животное, столкнувшись с чем-то непонятным, а значит, опасным. Конечно, моментик с гоблином-мародером не был мною запланирован, но произошел чертовски удачно, окончательно убедив орка-командира в том, что этой ночью трупы вполне могут оживать и нападать на живых. Потому, когда тот, как ошпаренный, выскочил из-под земли, я улыбнулась. Огры — оба — крепко-накрепко спали с некромантскими амулетами на шеях. То есть, выглядели, как пара пока еще не вставших зомби. И трогать их орк не решился.
Оставался еще один амулет, который уже был применен, и мне оставалось только ждать реакции существа, на чей шее он оказался, а также всех окружающих. К сожалению, применить на него снотворное с галлюциногеном не вышло, слишком уж оно было большим. Просто не хватило бы снадобья.
Бахамуты, вообще-то, самые добродушные из оркоидов. Не в том смысле, что не любят подраться, да и людоеды они куда там крокодилам или акулам. Но друг с дружкой и окружающими редко конфликтуют, если это не продиктовано голодом. Впрочем, голодные они практически всегда, и поступки бахамутов диктовались тем, давно ли он ел. Видимо, еды для оркоидов пока, все же, не хватало, и это было причиной того, что в данном лагере бахамуты конфликтовали друг с дружкой. Данный фактик был несомненным для меня подарком. А то, что оркоиды, во-первых, остались без руководящего центра, серьезно повышавшего их мораль, а во-вторых, всерьез стали опасаться живых мертвяков — все вместе делало захват лагеря делом не простым, а очень простым. Надо было только дождаться, когда бахамуты, наконец, проснутся. Орк-командир не будил их, справедливо опасаясь проблем в будущем. Против кого было выставлять чудовищ? Тем более, что после обнаружения гоблина-зомби никто больше не нападал, и орки помаленьку начали успокаиваться. Ситуация была относительно спокойной, если не считать общего непонимания и напряженности оркоидов, до тех пор, пока со стороны гоблинов, прислуживавших бахамутам, не раздались какие-то подозрительные вопли. Надо сказать, что работа у прислужников чудовищ есть местный вариант каторги с гарантированным смертельным исходом. Работа тяжелая, а рано или поздно, голодный бахамут схарчит заботящегося о нем служку. Так что сперва проснувшиеся от сигнала тревоги гоблины искренне молились Всехзохаваю, чтобы бахамуты продолжали спать, иначе кому-то из них точно быть съеденным. Потом, когда орк-командир организовал оборону в лагере, они остались без дел — убирать гоблинов-прислужников со своих постов тому, видимо, в голову не пришло. Но что происходит эта зеленая мелочь отлично знала. Так что когда один из них заметил, что вверенный ему бахамут немножечко мертвый, то сперва даже не знал, радоваться или огорчаться. Он прекрасно знал, что этой ночью мертвецы не совсем мертвые, и что будет, если встанет такое вот немертвое чудовище… Я не представляю фантазию гоблинов, но, полагаю, что картинки там нарисовались весьма яркие. Впрочем, все предыдущие мертвяки вставали только если их атаковали, так что среди гоблинской прислуги, наконец, прокатилась волна искренней радости. Орк-командир, который отвлекся на вопли, впрочем, этой радости не разделил. Видимо, тоже представил, что произойдет, когда эта немертвая туша встанет.
 
Время шло, а снаружи никто и не думал нападать. Орки, ожидавшие врага, начали ворчать на тему бессонной ночи, хобгоблины и гоблины им поддакивали. Орк-командир рычал на всех, но и сам хорошо понимал, что долго держать целую армию в напряжении при полном отсутствии активных вражеских действий нельзя. Так что он подал сигнал отбоя. Оркоиды, ворча, начали расползаться по своим лежкам, орк же какое-то время задумчиво смотрел на логово огров, а потом, подозвав еще парней покрепче, решительно направился внутрь. Что это означало поняли все без исключения, так что шевеление в лагере замерло. Спать тоже уже никто, кроме давно дрыхнувших огров, не собирался. Все сосредоточились на дыре, ведущей под землю. Даже я, не смевшая верить в такую удачу. И когда из-под земли показался новый пахан, швырнувший к ногам своего племени две синекожих головы с небольшими рожками, чуть было не закричала от радости вместе со всеми. Мало того, что противник самостоятельно ослабил себя! Была еще одна проблема с ограми-òни. После смерти их тел, злой дух, как правило, имеет достаточно сил и средств на какую-нибудь посмертную гадость, так что òни мало убить. Разбираться с этой проблемой я планировала просто: подставить под удар добровольца, на роль которого согласилась Искра. На дракону проклятье могло и вовсе не лечь, а ее влияние на оставшееся войско и замок было минимальным. Но орки решили проблему за меня, и, надеюсь, получили еще и какую-нибудь гадость в наследство. Так что демарш нового пахана-орка был уникальнейшим подарком!
Но оставался еще вопрос моего фокуса с бахамутом. Орки решили его неожиданно просто. Сперва разбудили живое чудовище, которое тут же изловило и сожрало подвернувшегося гоблина. Затем как-то подманили его к логову второго бахамута, считавшегося мертвым. И главный орк лично запустил тому в голову здоровенной дубиной. «Зомби» с обиженным ревом подскочил, и ринулся на обидчика, но на его пути встал живой противник. Бахамуты схватились в рукопашную, орки же бросились врассыпную, чтобы случайно не попасть под раздачу. К счастью, все это происходило несколько в стороне от меня, так что лучшего времени для проникновения в секретную часть замка придумать было сложно.