От себя не убежишь (СИ)

- Нет, Даш. - покачал головой друг. - Здесь я с ним согласен. Поправься сначала.
Да они издеваются! Так. Вдох выдох. Спокойно, Даша.
- Ладно. - сказала. - Тогда другой вопрос. Как быстро я поправлюсь? Хочу поговорить с моим лечащим врачом.
- Он ждал, когда ты проснешься. - ответил мне Донской. - Сейчас.
Он бросил взгляд на Ковальчика, немного замялся, словно раздумывая, но все же вышел.
- Федь, а в чем проблема? - решила надавить на друга, пока мы были одни. - Почему нельзя ответить на мой вопрос? Я вроде не при смерти. Да и в твердом уме.
Федор тяжело вздохнул и взъерошил свои волосы.
- Вот умеешь ты, Дашка, задавать неудобные вопросы. - проворчал он. - Не в этом дело. Видела бы ты себя тогда… бледная вся в крови… Если бы я заранее не вызвал скорую, когда услышал, что в тебя стреляли, ты точно бы богу душу отдала. Мы двое суток не знали выкарабкаешься ты или нет. Донской со Стрельцовым лучших врачей-магов Москвы подняли. Тебя подлатали и сказали ждать, как организм себя поведет. Ты думаешь, мы настолько тебя не ценим, что готовы вывалить на тебя все, как только ты открыла глаза? - его слова заставили почувствовать себя виноватой. - Даш, давай ты придёшь в себя, тебя осмотрит врач, и когда он даст добро, мы все тебе расскажем? Поверь, там ничего не изменится за несколько дней.
- Хорошо. - согласилась с ним я. - И прости, что наехала.
- Все нормально. - улыбнулся Ковальчик. - Другого я от тебя и не ожидал. Так и думал, что, как только откроешь глаза, захочешь держать руку на пульсе.
Я улыбнулась в ответ, и в это время в палату вошёл Донской, а за ним мужчина в белом халате. Оборотень хмуро посмотрел на меня, потом на Фёдора и опять поджал губы. И что ему опять не нравится? Ревнует что ли?
- Молодые люди. - сказал врач, разряжая обстановку. - Прошу вас выйти, я должен осмотреть свою пациентку.
- Даш, я ещё зайду. - сказал Фёдор. - Но если что, телефон мой знаешь.
Я кивнула, и Ковальчик направился к выходу. Проходя мимо Донского, он весело хмыкнул и вышел за дверь.
Оборотень же не сдвинулся с места.
- Максим Вячеславович. - обратился к нему доктор. - Выйдите пожалуйста.
- Я не уйду. - вдруг сказал тот.
- Но… - мужчина явно был в замешательстве.
Он оказался в щекотливом положении. С одной стороны ему нужно провести осмотр, а для этого он должен остаться со мной наедине. А с другой Донской - не та фигура, с которой можно перечить. Я понимала, что врач может пойти ему навстречу, но не хотела, чтобы Донской присутствовал при осмотре. И раз доктор не может на него надавить, то я вполне это могу сделать.
- Донской. - я посмотрела на оборотня. - выйди.
- Не выйду. - прозвучало упрямое.
- Ну тогда я отказываюсь от осмотра. - заявила я и сложила руки на груди.
Некоторое время мужчина рассматривал меня, а затем скрипнул зубами и стремительно покинул помещение.
- Фух. - выдохнул доктор. - Спасибо.
И тут до меня дошло.
- Он что давил силой?
- Отпустил непроизвольно. - улыбнулся он. - Это нормально в его состоянии.
Доктор был мужчиной в возрасте. Среднего роста. Седой. Его темные глаза лучились добротой, и от них отходили морщинки, которые были более заметны, когда он улыбался. От него веяло спокойствием и надежностью, и это подкупало. В целом он мне понравился. Такому я бы без раздумий доверилась.
- Ну-с. Давайте вас осмотрим. - сказал мужчина.
Он отодвинул легкое одеяло, которым я была укрыта, и я поняла, что у меня перебинтовано левое плечо и живот. Доктор аккуратно снял бинты. На животе у меня были горизонтальные шрамы. Ещё небольшой шрам красовался на плече. Шрамы имели розовый цвет и выглядели вполне прилично. Затем он просканировал меня своей силой.
- Все просто отлично! - вынес вердикт врач. - Вы - не оборотень, поэтому если захотите избавиться от шрамов, то этим можно заняться немного позже. Они прекрасно убираются, но нужно дать организму восстановиться.
- Я поняла вас. - кивнула и продолжила. - Долго мне еще находиться здесь?
- Думаю, я могу вас уже выписать, но вы должны поберечься. Больше отдыхать. Не перенапрягаться. Несколько дней будет наблюдаться слабость, это от большой кровопотери, а потом все должно прийти в норму.
 
Я заверила доктора, что обязательно выполню все его предписания, очень уж не хотелось оставаться в больнице. Я лучше дома как-нибудь. Он покинул мою палату, а я решила посетить ванную комнату, которая находилась здесь же, раз уж мне можно двигаться. Медленно слезла с кровати, стараясь не делать резких движений. Огляделась и заметила халат. Вот его мне и нужно. Доктор снял бинты с верхней части моего тела, и там остался только небольшой топ, прикрывающий грудь. Решила прикрыться. В области живота и плеча оставались фантомные боли, что не упрощало мне достижение цели. Кое-как добралась до халата, надела его и доковыляла до туалета, ощущая дрожь в ногах. Там хватаясь за все, что можно, сделала свои дела, дошла по стеночке до двери, открыла ее и уткнулась носом в широкую грудь.
- Колючка, ты чего встала? - раздался надо мной голос Донского.
- В туалет хотела. - буркнула я, раздражаясь такой заминке. - Отойди. Боюсь, я не в том состоянии сейчас, чтобы мимо тебя просочиться.
И в следующий миг я взлетела в воздух и оказалась на руках у оборотня. Он донес меня до кровати и посадил на нее. Если говорить честно, это оказалось кстати, так как я явно переоценила свои возможности и держалась уже из последних сил.
- Спасибо. - решила поблагодарить мужчину.
На это он ничего мне не сказал, посмотрел на меня долгим взглядом, а дальше произошло то, что я никак не ожидала. Он встал на колени перед кроватью, обнял меня руками, уткнулся мне носом в ноги и застыл.
Я не знала, что происходит и как на такое реагировать. В душе от этого жеста почему-то образовалась нежность, и, не отдавая себе отчёта, я зарылась пальцами ему в волосы...
Момент разрушил сам оборотень. Он поднял на меня глаза и сказал:
- Колючка, я тебя точно запру, чтобы не влипала в истории.
Я убрала руки от его головы и сложила их на груди.
- Ну, во-первых, не имеешь права. - сказала ему. - Во-вторых, я тебя в известность ставить не собираюсь. А в-третьих, ты скоро укатишь к себе домой и...
Я не договорила. Донской рыкнул и встал на ноги. Миг. И я уже сижу у него коленях. Он обхватил руками мое лицо, погладил большими пальцами кожу и сказал, глядя мне в глаза:
- Знаешь, Колючка, если бы не твое состояние, я бы сейчас показал тебе, как ты не права. И заруби себе на носу, я никогда тебя не оставлю! Даже не мечтай!
А потом меня поцеловали нежно нежно и прижали мою голову к широкой груди. Я оказалась в кольце мужских рук, словно в коконе. И мне не хотелось оттуда вылезать. Нужно было признать, что своим напором, своей заботой, страстью и нежностью мужчина медленно, но верно продвигался все ближе к моему сердцу. И я совершенно не знала, что с этим делать.
  
Глава 15.
 
В этот же день Донской забрал меня из больницы. Он не дал мне идти самой и до машины, а потом от машины до моей квартиры, нес меня на руках. А дальше он стал моей персональной нянькой и ночной грелкой. Пару дней мне это действительно было необходимо, так как слабость была ужасная и помощь была как нельзя кстати, но на третий день я почувствовала себя намного лучше, и началась моя война за самостоятельность. Аргументы типа "Я так разучусь ходить" и "Мне уже намного лучше, дай я сама" никак не хотели им приматься. Донской упёрся рогом, и сдвинуть его было невозможно. А ещё меня бесило то, что со мной не хотят обсуждать то, что произошло. Я хотела знать, что стало с моей сестрой. Оборотень же твердил, что как только я поправлюсь, мы это обсудим. Но мне уже лучше! И проблема была вся в том, как донести до него, что я уже вполне нормально себя чувствую. Получалось, что по-хорошему никак.